Владимир Каржавин – Небесные мстители (страница 34)
– Да уж, весело. – Игорь грустно усмехнулся, но Милена не уловила иронии.
– Как зовут вашу маму? – спросила она.
– Антонина Васильевна
– Она работает?
– Да, она учительница, так же, как вы, преподает немецкий язык в школе.
– Правда? – Милена всплеснула руками. – Как здорово! Может, поэтому вы неплохо говорите по-немецки.
– Раньше говорил, сейчас подзабыл.
Игорь предвидел, каким будет следующий вопрос. Он не ошибся.
– Вы женаты? – спросила она и тут же добавила: – Простите, что задаю такие вопросы, но о брате своего будущего мужа я хотела бы знать как можно больше.
– Был недолго.
– Развод?
– Развод.
– Не сошлись характерами?
– Да, что-то в этом роде, – вялым голосом ответил он.
Не мог же он сказать, что разлучницей явилась теща, мать Риты, да еще по политическим причинам. Здесь, в этой стране, такого не поняли бы.
Опять нужно было менять тему.
– Милена, а как дела у моего товарища Яна? – осторожно спросил Званцев.
– Я готова была поговорить с начальником полиции о его освобождении, но он и без меня был отпущен.
– Как? Ян Клапач на свободе?
– На свободе.
– Прекрасно! Он знает, где меня искать. Как только Ян появится, я уйду, чтобы вас больше не стеснять.
Лицо Милены стало каким-то ироничным и даже властным.
– А вот и нет. Так я вас и отпустила.
Игорь не сводил с нее глаз. Теперь и на его лице появилась усмешка.
– Вы хотите сказать, что я пленник? – осведомился он.
– Да, пленник. Вы будете им, пока не появится Петр. – Сказав это, она рассмеялась и уже не походила на строгого директора гимназии. – Хотите выпить? – вдруг спросила женщина.
Последний раз Званцев выпивал еще до того рокового полета двенадцатого ноября прошлого года, когда был сбит. Они отмечали тогда новые звездочки на погонах у двух его однополчан. Фронтовые сто грамм, а может, и двести – разведенный спирт в алюминиевых кружках. На закуску хлеб, скорее сухари, по кусочку сала и две банки тушенки на шесть человек. Вот и все яства.
– Пожалуй, не откажусь, – не удержался он.
Милена открыла дверцу небольшого бара и осведомилась:
– Что желаем? Есть шампанское, коньяк, сливовица.
– Сливовицу, – недолго думая ответил Игорь.
Милена наполнила две хрустальные широкие рюмки, одну, почти полную, подала Игорю и сказала:
– Предлагаю за знакомство.
Званцев выпил, ощутил приятное тепло.
– Да ведь это же…
– Да, наша чешская водка, – с усмешкой сказала Милена. – А вы думали, вино?
– Можно еще? – неожиданно для себя спросил Игорь. – Давайте выпьем за победу.
– Давайте. У нас люди ждут, когда придут русские, – поддержала его Милена и тут же спохватилась. – Ой, что же это я? Ведь у вас в России принято пить и закусывать.
На столе тут же появились хлеб, сыр, колбаса и моченые яблоки.
– Еще?
Званцев утвердительно кивнул. Свою рюмку Милена наполнила лишь чуть-чуть.
– За прекрасный город под названием Быстрица! – провозгласил Игорь.
– Почему он вдруг стал прекрасным?
Игорь выпил, поставил рюмку, поднялся, подошел к хозяйке дома, стоявшей напротив.
– Потому что в этом городе живет… – Он не договорил и попытался нежно взять ее за плечи.
Она спокойно отстранилась от него и сказала:
– Игорь Николаевич, остыньте. Пойдемте, я покажу вам вашу комнату.
Утром Званцев проснулся от женского крика. Он мигом оделся, прощупал в кармане пиджака «вальтер», подаренный Купцовым, и осторожно вышел в коридор. Крик прекратился. Теперь в прихожей шел громкий разговор на чешском.
Званцев прислушался. Стоп! Да это же…
Он сделал несколько шагов вперед.
При его появлении человек, обнимавший Милену, обернулся и в тот же миг бросился навстречу ему.
– Игорь! Вот это встреча!
Братья обнялись. Милена с улыбкой следила за ними. На ней был тот же самый костюм песочного цвета с удлиненной юбкой, очень подходящий для директора гимназии. Видимо, она уже собиралась на работу.
Так оно и случилось. Милена надела пальто, шляпку, взяла в руки сумочку.
Затем последовали строгие указания:
– Дорогие братья, без моего разрешения ни шагу из дома!
– Есть, ни шагу из дома! – приставив руку к голове, отозвался Игорь.
Братья расположились на кухне. Петр расспрашивал Игоря о том, что да как с ним произошло. Свои вопросы он сопровождал одними и теми же комментариями:
– Как же я рад, что ты живой! Как здорово, что немецкие пули тебя не достали.
«Зато свои могли достать», – хотелось сказать Игорю, но он промолчал.
Наконец-то Петр задал самый главный вопрос:
– Тебя ведь интересует завод, о котором я тебе говорил, не так ли? Тот самый, который делает крылья для «Саламандры», да?
Игорь утвердительно кивнул.
– Ты прибыл один? – осведомился Петр.
– Нет, у нас группа. Вернее сказать, была таковая.