Владимир Готлейб – Элирм IX (страница 3)
– Увы, на столь могучее существо не подействует.
– Про эффект плацебо слышал?
– Как вариант, – согласился «чертеж». – Однако, боюсь, на тренировку Гундахара он так или иначе не успеет. В результате чего генерал просто вышвырнет его за дверь, сочтя крайне ненадежным.
– Не волнуйся, я сам его разбужу. И даже суну в ладонь «мячик-блевун», если потребуется.
– Планируете протянуть ему руку помощи? – светящиеся глаза хитро прищурились.
– Да, но без лишнего усердия, – ответил я. – Все-таки пару раз я имел дело с алкашами. Знаю. Можно им отдать всего себя, потратить кучу времени и сил, без конца перечитывая Эрика Берна, а потом узнать, что на самом деле помощь им и не требовалась. Поэтому нет, тут надо действовать аккуратнее. В идеале сделать так, чтобы он сам отчаянно захотел справиться с недугом.
– «Отчаянно захотел», – многозначительно повторил Конструкт. – Пожалуй, это стоит записать. В личном дневнике по философии.
– Троллишь меня?
– Отнюдь. Ведь вы подняли поистине любопытную тему, где вопрос решается не верой, а настоящим, побуждающим к действию желанием. Абстрактное против реального. Интересно, не правда ли?
– Это ты еще с Гласом не общался. Он тебе за минуту накидает фразочек на годы вперед.
– Охотно верю, – усмехнулся дворецкий. – Доброй ночи, наследник.
Конструкт исчез, а я между тем двинулся дальше, мысленно привыкая к потенциальному члену нашей команды.
Странно, наверное, но несмотря на все свои недостатки Сераф мне искренне нравился.
Большой, добродушный, славный мужик, чем-то напоминающий соседского батю. Да, с проблемами, причем достаточно серьезными, но не настолько, чтобы ставить на нем крест. По крайней мере, в этом я был уверен наверняка, потому что минимум один положительный прецедент уже был: когда мы проходили испытание Диедарниса, он две недели сидел с Зарандой и не пил. Вообще.
Ну а в будущем – кто знает. В любом случае скоро мы это увидим, подумал я, войдя в спальню спутницы.
Прошел комнату до конца, понаблюдал за улыбающейся во сне титанидой, лег на кровать рядом с ней.
Осторожно перехватив синюю ладонь, прикрыл глаза, чувствуя, как ее длинные пальцы слегка сжали мои.
Затем минут десять лежал тихонько, как мышь, в надежде снова уснуть, пока не убедился, что это бессмысленно. Не только ввиду того, что я напрочь сбил себе биоритмы, но еще и потому, что даже обычное, казалось бы, безобидное прикосновение к ее гладкой коже заставляло мое сердечко биться быстрее.
– Две-три недели… Да это же на хрен целая вечность. Особенно когда рядом со мной лежит самая сексуальная женщина в мире, – прошептал я, поднимаясь с кровати. – Ада, я, безусловно, никоим образом тебя не тороплю, здоровье важнее, но давай-ка ты уже просыпайся быстрее. Иначе я скоро на стенку полезу. Это же реально просто невыносимо.
С этими мыслями я направился в ванную комнату. Принял ледяной душ, немного успокоился и под конец снова вышел за дверь, решив отправиться в лабораторию – место, где, как выяснилось минутой позднее, уже кто-то был: деловито прохаживался от стеллажа к стеллажу, последовательно вскрывая десятки коробок.
«Глас мародерит», – догадался я, трансформировав Стихиалиевые Сапоги в пушистые тапочки. Так называемые «лапки рыси», позволившие мне незаметно подкрасться к самому входу, а потом и вовсе высунуть в проем половину лица, терпеливо дожидаясь, пока тот не посмотрит в мою сторону.
– Бу!
– АЙ, БЛЯХА!!! – вздрогнув от неожиданности, Эстир опрокинул на себя содержимое ящика, звонко покатившееся по гладкому полу. – Ну вот зачем?! Зачем ты заставил меня испытать жуткий стресс?! Чертов разбойник!
– Так в этом же и заключалась вся соль, – широко улыбнувшись, я шагнул в комнату. – А ты чего не спишь?
– Кто? Я? – переспросил шаман. – Да… – махнул он рукой. – Беспокойная ночь. Сперва бабуля одной темой все мозги прожужжала, потом с Гондваной переписывался. И под конец так перевозбудился, что мучиться кошмарами уже не хочу. Вот и решил поискать приключений на усатую задницу. Поблуждал по атрию, облизал кору Грозового Древа – между прочим, по вкусу как батарейка, – потом отправился на кухню пошуршать в холодильнике, но на полпути передумал – поддался непреодолимому желанию поплескаться голеньким в бассейне. Пришел в «спа-комплекс», убежал из «спа-комплекса», затем минут пятнадцать прятался на улице чисто для профилактики. Подышал свежим воздухом, пописал с террасы, проверил, заперта ли входная дверь, постучался к Мозесу. И в конечном итоге притопал сюда, чтобы заняться по-настоящему важным делом.
– Каким именно? Провести инвентаризацию?
– Обижаешь, – фыркнул Глас. – Естественно, покопаться в коробках и прикинуть, что полезного отсюда можно спереть.
– Хороший план. Только давай ты больше не будешь писать с террасы.
– А мне больше и не надо. Это была лишь разовая акция, – с невозмутимым видом Эстир продолжил изучать стеллажи. – Да и можно подумать, у тебя не возникло желания оттуда поссать. Это же почти инстинкт, глубоко вшитый в мужскую подкорку. Метка территории, легкая доминантность, маленький бунт против социальных ограничений. Ну и наконец ты можешь почувствовать себя водопадом, – шаман развел руки в стороны, гордо выпятив грудь. – Там, кстати, Сераф порнуху смотрел. Представляешь?
– Порнуху? – не понял я. – Ты про журнал?
– Нет. Про весьма красочное видео на весь экран. Я даже хотел сфоткать, но Конструкт вмешался. Сказал, мол, это неэтично.
– Быть может, архангел просто спал с открытыми глазами, а видео само включилось?
– Может, и так. Но лично мне бы не хотелось ненароком вляпаться в шестнадцать терабайт. А потому прошу меня извинить, но на тот диван я больше не сяду. Ни-ког-да.
– «Шестнадцать терабайт», – весело улыбнулся я. – Знаешь, дружище, надо быть крайне эрудированным человеком, чтобы понять эту шутку.
– Ну ты же понял, – хмыкнул шаман. – Да, и между нами… – друг подошел вплотную, понизив голос, – наш дворецкий начинает меня пугать.
– Ты о чем?
– А ты сам подумай: все знает, все видит, бесшумно перемещается по дому словно невидимый ниндзя и без конца покупает за твой счет всякую хрень. Ты бы хотя бы лимит по карточке установил, а то оставит тебя к утру без штанов. Слуги только и делают, что таскают коробки туда-сюда. А один так вообще попросил меня забрать доставку с улицы. Здоровенный ящик, который в наш портал не пролезет. Я едва спину не сорвал, пока его приволок.
– Интересно. И что в нем?
– Понятия не имею.
– Хочешь сказать, ты не заглянул внутрь? Вот ни за что не поверю.
– Пф-ф, само собой, я первым же делом туда заглянул, но все равно ничего не понял. Какой-то плоский каменный овал диаметром метра три. Магическая сетка-решетка, руны-сенсоры, деревянные колья, плюс несколько черных мешков с то ли дровами, то ли щепками. Ей богу, это какой-то помост для сжигания заживо. Подозрительно. Очень.
– Признаю, у вас невероятно богатое воображение, господин Глас, – прозвучал из пустоты голос Конструкта.
– Мистер Уинтерс, – обратился я. – А если серьезно: что это?
– Туалет для панды. Самоочищающийся. С навесом из листьев и декоративным заборчиком, а не кольями, как некоторые могли подумать.
– Ты серьезно?
– Абсолютно. Заранде тоже надо где-то справлять нужду. Желательно не возле бассейна, а в оранжерее. Ему там больше нравится. Если не верите – можете сами пойти посмотреть. Слуги уже все собрали.
– Ну вот, а ты беспокоился.
Подмигнув шаману, я опустился в изогнутое кресло напротив стола с тускло мерцающим в его центре Кубом.
– К слову, раз уж мы заговорили о доверии, – произнес дворецкий, обращаясь к Эстиру, – то я бы хотел попросить вас об услуге: будьте добры, верните кристалл на место. Тот самый, который вы забрали из коробки четверть часа назад.
– Ничего я не собираюсь возвращать, – помотал головой Глас. – Я его честно украл.
– Он вам в любом случае не подойдет. Там сбоку на одной из граней изображены символы стихиалиев. Следовательно, единственный, кто может его использовать, – господин Эо.
– А, да? – материализовав в ладони предмет и убедившись наглядно, друг на секунду смутился. – Понял. Тогда пардон. Влад, лови!
Перехватив артефакт в воздухе, я коротко взглянул на его описание:
– О как. Недурно.
По идее, я мог бы приберечь его на будущее, когда у меня станет куда больше способностей, но, немного поразмыслив, решил не откладывать дела в долгий ящик и попросту сжал кристалл, одновременно почувствовав, как по коже пробежали «иголочки» статического электричества.
И последовавшая за первой вторая вспышка: