Владимир Голубев – Калужские берега (страница 23)
После этой истории я по-другому взглянул на жизнь: стал больше интересоваться историей семьи, проводить время с мамой, занялся учёбой, собой. Я стал активистом и поэтому никогда не скучал, участвуя в различных мероприятиях и по-разному помогая школе, людям и животным. Конечно, было трудно измениться. На это требовалось время, но я справлялся. Окружающие изумлялись переменам во мне: перед ними как будто предстал другой человек! Мама теперь каждый день улыбалась и сияла от счастья, уделяя мне больше времени в выходные дни и после работы. Мы больше не ссорились и даже вместе вы́ходили одного кота, подобранного на улице. Окружённый заботой кот расцветал на глазах.
Те страшные сны пропали. Не знаю, действительно ли прадед на меня обозлился тогда или же кто-то сверху, но я только благодарен случившемуся. Не хотелось свои юные годы прожить в эгоизме и пустоте. Да, развлечения и свобода от дел – это здорово, но нужно обращать внимание и на реальность, чтобы двигаться дальше в жизни. Чтобы оставить свой след в истории, как наши предки. Так, на Девятое мая я сделал макет в виде семейного древа, пометив красными звёздами своих трёх прадедов, а также рассказал о них ученикам младших классов. Меня распирало от гордости. Теперь я серьёзно относился к подобным мероприятиям, поэтому каждый год обязательно что-то делал, чтобы почтить память тех, кто отдал жизнь за Родину. Я был уверен, что нельзя забывать их подвиги и обесценивать то, что они сделали для нас. Не отдали бы они свои жизни – не было бы мира, радости, горя, да и всех нас. Это заставляло меня делать всё, чтобы донести память о Великой Отечественной войне до тех, кто был младше меня.
Ведь память о прошлом страны – необходимость для её будущего. Нам нужно сделать всё, чтобы впредь не допускать страшных событий. Только тогда мы сможем быть счастливы в мире и ценить каждый прожитый нами миг.
Марина Козлова, Людиново
Весна всё равно настанет…
(рассказ основан на реальных событиях)
В ночной тишине гулко стучали рельсы, и каждый удар пронзительно отдавался в сердце Сергея. Эшелон уходил всё дальше, вглубь страны, подальше от фронта, туда, куда не прилетят фашистские самолёты и не придут оккупанты. Паровоз, выбрасывая клубы дыма, что есть силы тянул нагруженные оборудованием платформы. Это была эвакуация.
Ещё до прихода фашистских войск в Людиново было решено эвакуировать завод на Волгу, в Сызрань. Почти с первых дней войны предприятие подверглось нападениям вражеской авиации. 15 августа 1941 года в Сызрань прибыли первые эшелоны с оборудованием эвакуированного Людиновского локомобильного завода. Эвакуация завода длилась полтора месяца. Последний состав ушёл 17 сентября 1941 года.
С оборудованием были отправлены люди, чтобы организовать производство необходимой фронту продукции в тылу, и Сергей, к тому моменту уже заместитель начальника модельного цеха, попал в их число. Мелькали придорожные столбы, безмолвно отсчитывая километры пути, а все мысли Сергея были о доме и семье. Там остались мать, сёстры и младший брат Александр. Как они будут жить в оккупации без его помощи и поддержки? Ещё один брат – Василий – на фронте, и от него уже давно не было писем. Рядом кто-то тяжело вздохнул, и Сергей оглянулся. Неподолёку на платформе, неловко облокотившись на укрытый брезентом фрезерный станок, спал мастер механического участка. «Видимо, тоже о семье переживает, вот и приснилось что-то», – решил Сергей и укрыл товарища своим пальто. На небе начала заниматься заря.
Миновав километры пути, состав прибыл в район города Сызрани. Площади, где изначально предполагалось разместить прибывшее оборудование, оказались недостаточными, кроме того, имели неудобное расположение – в стороне от города и железнодорожных путей. Поэтому массивные станки было решено разгружать прямо под открытым небом, на завокзальном пустыре, рядом с проходящей линией электропередачи. Разгружали оборудование вручную, без разгрузочных платформ и кранов, станционные пути были забиты десятками поездов. Сергей и его товарищи работали с шести часов утра до девяти вечера, часто и по ночам, насколько хватало сил. Для экономии времени станки устанавливались и запускались под открытым небом, и лишь потом возводились стены будущих цехов, а прибывшим людям были выданы палатки. Палаток всем не хватало, и многим приходилось жить в наскоро вырытых землянках.
Основные строительные работы на площадке начались с подготовки котлована и закладки фундамента под 700-тонный гидравлический пресс, без которого запуск оборонного производства был невозможен. Люди работали по четырнадцать и более часов. Для рытья этого огромного котлована были привлечены жители Сызрани и окрестных деревень. Здесь Сергей и познакомился с Марией. Он увидел её, промокшую под дождём, в больших, не по размеру, сапогах, облепленных комьями мокрой глины, и сердце его сжалось. Сергей вспомнил о своих сёстрах, оставшихся в Людиново, и понял, что он просто обязан помочь этой девушке. Был перерыв, все разошлись, спрятавшись от холодных капель дождя в палатках или землянках, а она так и стояла одна у края котлована. Дождь неумолимо бил её по щекам, смывая слёзы. Сергей подошёл к ней.
– Почему ты никуда не идёшь? – спросил он.
– Мне некуда идти, – ответила она.
– Тогда пошли со мной! – скомандовал Сергей, и они быстро, насколько это было возможно, ступая по скользкой размытой дороге, направились в его землянку.
В землянке Сергей жил не один: кто-то из его товарищей был на работе, кто-то спал после трудной смены. Маленькая печь, сделанная из железной бочки, создавала уют и дарила тепло.
– Как тебя зовут? – спросил он.
– Мария, – ответила она.
– А меня – Сергей, – представился он и протянул ей небольшой кусок подсохшего хлеба. – Подкрепись, силы ещё нам понадобятся, чтобы немцев одолеть.
Мария съела хлеб и сняла промокший до нитки платок.
– Можно я его обсушу? – спросила она.
– Конечно, – ответил он.
Сергей взглянул на Марию внимательнее и увидел перед собой настоящую русскую красавицу: коса по пояс, в руку толщиной и удивительные васильковые глаза.
Они разговорились, и чем больше они рассказывали о себе, тем сильнее понимали, насколько им хорошо вместе. Так они и подружились. Сергей стал помогать Марии. Ему выдавали паёк, которым он делился с ней, а всё, что Мария зарабатывала на стройке, она отправляла матери и двум младшим сёстрам.
Силами многих людей завод начал выпускать необходимую фронту продукцию. В декабре 1941 года, спустя всего четыре месяца после эвакуации, возрождённый завод отправил первую партию продукции на фронт – тридцать пять тысяч морских мин; но строительство не прекращалось. На стройплощадке всю зиму жгли костры, обогревая бетонные конструкции и рабочих. Громадный пресс, на установку которого отводилось два года, заработал уже через шесть с половиной месяцев.
Возводились новые цеха, рабочих рук не хватало, у станков на сколоченных подставках трудились даже мальчишки, наравне со взрослыми внося вклад в общую победу над врагом, и Мария решила не возвращаться в деревню, а остаться работать на заводе. Так как жить ей было негде, она попросилась на квартиру. Хозяйка квартиры, Павла, тоже работала на заводе, они стали подругами, и их дружба продлилась всю жизнь. Однажды зимой они никак не могли отогреться у скудно протопленной печки после работы, но тут к ним в гости зашёл Сергей.
– Не грустите, девчонки, весна всё равно настанет! – шутливо сказал он, и от его слов вдруг как-то сразу сделалось теплее.
Несмотря на войну, Сергей и Мария продолжали встречаться. Оказалось, что Мария не только красива, но и прекрасный собеседник, а её умение играть на семиструнной гитаре и петь старинные романсы не оставляло слушателей равнодушными. Они поженились после Победы и прожили вместе пусть недолгую, но счастливую жизнь. У них появилось трое детей, среди которых была и моя бабушка. Родители дали ей удивительное имя – Любовь.
Сергей умер от туберкулёза, полученного во время эвакуации.
Указом Президиума Верховного Совета СССР от 6 июня 1945 года за добросовестную работу в период Отечественной войны Сергей был награждён медалью «За доблестный труд в Великой Отечественной войне 1941–1945 гг.».
Артём Юрченко, с. Кольцово Ферзиковского р-на
Двойник
(рассказ)
За окном шёл промозглый осенний дождь, смывая не только пыль с дорог, но и улыбку с лица. Он начался ещё вечером и всю ночь не утихая барабанил по крыше.
Герман, потягивавшийся в кровати в своей квартире, уже забыл, когда ставил будильник, чтобы проснуться пораньше и отправиться на бодрящую пробежку. По правде говоря, он давно уже потерял счёт дням и перестал каждый вечер отчитываться перед собой о проделанной за день работе. В последний раз, когда он бегал по утрам, радовался жизни и не забывал питаться правильно, стараясь исключать из своего рациона всё сладкое и мучное, на календаре было 15 сентября. Сейчас же было 21 ноября, однако Герман никогда об этом сам бы не вспомнил. Благо есть смартфон, который всегда напомнит о том, какой сегодня день.
Теперь, когда пробежки и здоровый образ жизни остались позади, превратившись лишь в сладкое мимолётное летнее воспоминание, телефон стал той вещью, которую Герман брал в руки первым делом, едва открыв глаза. Конечно, так поступает большинство людей, однако есть и те, кто в нём зависает на час и больше, забывая о завтраке и утренних процедурах. Герман стал относиться ко второму типу. А ведь ещё летом, просыпаясь каждое утро ровно в шесть, он не позволял себе брать в руки телефон, пока не позавтракает и не соберётся на пробежку.