Владимир Головков – О языке и буквице. Первое приближение (страница 2)

Существует ещё одна, более логичная теория возникновения человека, которую донесли до нас шумеры, то есть теория о том, что человек – создание искусственное. По их версии, человек был создан Богами, но не так, как об этом говорится в Ветхом Завете – из глины и праха, а из уже готового материала, существа типа обезьяны, к которой методом генной инженерии были добавлены гены Богов, то есть гены какой-то другой инопланетной цивилизации. Для чего это понадобилось Богам, оставим пока за рамками данной книги. Я же лично предполагаю, что человек существовал всегда, как бы дико это не звучало. По крайней мере, он появился так давно, что мы даже представить себе не можем такой большой промежуток времени. И совершенно необязательно, что появился он именно на нашей планете. Но пусть это будет ещё одной моей гипотезой.

Но вернёмся, однако, к гипотезе о возникновении Языка. Я пишу «Языка», а не «языков» по той простой причине, что глубоко убеждён в том, что возникновение сразу нескольких языков не возможно в принципе. Даже два полноценных языка – это нонсенс. Это всё равно, что кушать кашу, держа в одной руке сразу две ложки. Какой в этом смысл?

Для того, что бы возникло сразу несколько языков, нужно, что бы разные народы в одно и то же время находились на абсолютно одинаковом уровне развития. При этом они должны иметь одинаковые предпосылки и необходимость в возникновении языка. Вдобавок, они должны проживать изолированно друг от друга. А самое главное – у них у всех должен быть одинаково развит речевой аппарат. А этого-то как раз не может быть даже в принципе. Разные народы, по теории происхождения человека от обезьяны, находились на разных ступенях развития, и те, у кого языка ещё не было, кто ещё просто не дорос до него, не до эволюционировал, так сказать, могли впоследствии просто воспользоваться уже существующим языком, когда бы они наконец-то до него бы до росли. Вернее сказать, не «могли воспользоваться», а «обязаны были воспользоваться», потому что у них в качестве примера ничего другого не было. Подражать и заимствовать они могли только тот язык, который уже существовал. И тогда всё равно был бы всего один язык. А там, глядишь, и ещё у какого-нибудь народа появились бы возможности и потребности в овладении языком. Ну, так и этот народ освоил бы тот язык, которым уже пользуются другие, а не мучился бы в создании своего. По всей видимости, первоначально был всё-таки всего один язык.

Железную аргументацию в пользу этого довода приводит в своей книге «5 сенсаций» А.Н.Драгункин (3.стр. 75—76): «… на обозримом горизонте есть один язык, в котором все эти «следы» (имеются ввиду «следы» более раннего языка. – авт.) не являются «разрозненными следами», а являются органической составной частью единого целого – то есть представлены в нём в наиболее полном виде – и не в виде хаотическом и разрозненном, а как часть одной системы, образующей, повторяю, единое целое!!!

В свою очередь данная информация даёт все основания полагать, что этот язык и есть тот праязык (или его наследник!), из которого или образовались, или черпали, или от которого отошли (все) «новообразования» – но что бы такое могло произойти, он во всяком случае должен был существовать раньше, чем другие языки… И этот язык — русский!!!» (сохранена авторская орфография – авт.)

Но обо всём этом можно говорить лишь в том случае, если принять теорию происхождения человека от обезьяны. Я же в эту весёлую историю с амёбами и обезьянами не верю, а стало быть, не верю и в «постепенное» возникновение языка. И здесь уж совершенно не важно, русский это был язык или какой-то другой.

Постараюсь понятно довести до вас свою аргументацию.

Начну с того, что человек в принципе не способен умнеть постепенно, от поколения к поколению, от отца к сыну и так далее. Внук, например, может получить от деда только те знания, которыми владеет дед, и то только тогда, когда внук будет находиться ещё в раннем детстве. Многие, наверное, знают русскую пословицу: «Не научился Ванечкой – Иван Иванычем не научишься». О чём говорит эта пословица? А говорит она как раз о том, что способность обучаться и воспринимать всё новое человек способен только в самом раннем детстве. Если уж в возрасте «Ванечки» человек ничему не научился, то в более зрелом возрасте он уже точно ничему не научится.

А теперь давайте вернёмся к нашим обезьянам, от которых, по всей видимости, и произошли некоторые «учёные». Продолжим ту же самую логическую цепочку, которую я начал чуть выше. Представим себе, что детёныш обезьяны способен обучаться и даже страстно желает этого. Представим себе, что он даже обезьяний гений. Но у кого, простите, он будет обучаться? Кто ему передаст свои знания? Обезьяна-мама? Так она сама ничего не знает, и обучаться ей уже поздно, коль у неё у самой уже есть дети. Да и обучиться она могла только у такой же, как и она сама, обезьяны-матери или обезьяны-отца. Как ни крути, а ни какого развития не получается, неоткуда черпать знания и навыки. Да и зачем обезьяне развиваться? Она же понятия не имеет о том, что жизнь её может быть гораздо лучшее, чем та, которая у неё уже есть. Там, где она проживает в данный момент, её всё устраивает. А когда всё устраивает, то никакой эволюции не будет – нет смысла. Природа рациональна, она и пальцем не пошевелит, если и так всё хорошо. Эволюция – это трата драгоценной энергии ради непредсказуемого результата. Обезьяне-то это зачем? И не только обезьяне, но и амёбе тоже.

Вспомним замечательную книгу Р. Киплинга «Маугли». Весь сюжет, конечно же, я пересказывать не буду, напомню только, что в ней говорится о том, что детёныш человека в младенческом возрасте попал в волчью стаю и был ею воспитан. Причём воспитан он был почему-то по «образу и подобию» человека, а не волка. И только став возмужалым юношей, он впервые встретился с людьми, в конце концов ушёл из волчьей стаи и из джунглей и стал жить среди людей. Очень красивая сказка. Непонятно только, почему волки не воспитали Маугли как волка. Разве они знали что-то другое? Ну да ладно, это всё-таки сказка.

Но, к большому сожалению, существует и быль по мотивам этой красивой сказки. И не одна. И не где-нибудь в далёких джунглях, а, можно сказать, среди нас. В 2011 году в Приморском районе Петербурга были обнаружены две девочки-«маугли». Цитирую: «В Приморском районе в органы опеки и попечительства попали две сестры – Лена и Варя, 6 и 4 лет. Они никогда не ели горячей пищи, дети до сих пор не умеют говорить, а благодарность выражают, как собаки – пытаются лизать руки. Родители девочек – алкоголики со стажем.

Младшая сестра молчит, старшая может невнятно выговорить лишь несколько коротких слов: «Катя» и «аф-аф». Соцработники предполагают, что «Катя», скорее всего – кукла, «говорившая» девочке свое имя, а «аф-аф» – результат общения с жившими в комнате собаками.». (1).

История, конечно же, шокирующая, но к возникновению человека в результате эволюции от обезьяны, как пример невозможности такой эволюции, имеет самое прямое отношение. Представим себе, что этих девочек воспитывали не родители-алкоголики, а какие-нибудь обезьяны. Намного бы отличался результат «обезьяньего воспитания» от воспитания родителями-алкоголиками? Думаю, что результат был бы точно таким же. А теперь давайте представим себе, какими бы воспитали своих детей девочки, выросшие в таком окружении? Да точно такими же, какими же ещё. Какой-то замкнутый круг получается. И ещё: человек так устроен, что он не может в своём развитии стоять на месте. Полученные когда-то знания не будут у него храниться неизменными до конца его жизни. Он может или развиваться, получая всё новые и новые знания, накладываемые на старые, львиную долю которых он получил ещё в раннем детстве, или деградировать, если он никаких знаний не получает. Tertium non datur, как говорили латиняне.

И таких историй, когда человеческие дети воспитывались дикими зверями, очень много. Есть даже случаи, когда детей воспитывали действительно самые настоящие волки. В интернете подобных историй можно найти, к сожалению, сотни. Но при этом никогда дети, воспитанные животными, вернувшись в человеческое общество, людьми не становились. Никогда! Слишком поздно они вливались в человеческий коллектив, даже если их возвращение было в десятилетнем возрасте и ранее. Так что возникновение человеческой речи и её эволюция, основанная на возможностях и знаниях в этой области предшествующего поколения, никакой критики не выдерживает.

Исходя из этого, я делаю простой вывод о том, что постепенно Язык появиться и тем более развиться до современного его состояния никак не мог. Это подтверждается ещё и тем фактом, что когда-то в древнерусской Буквице было 49 букв, и всеми ими пользовались, ни одной лишней не было. А теперь наш алфавит довольствуется всего 33-мя. Где развитие? Не мог же, в самом деле, язык первоначально возникнуть в более сложном состоянии, чем он находится сейчас. Как мог человек, находящийся на более низкой ступени развития, в соответствии с нашими современным понятиями, придумать алфавит из 49 букв, а потом, постепенно умнея и развиваясь, вдруг осознать, что с некоторыми буквами он явно погорячился и их следует исключить из алфавита?