Владимир Еркович – Тараканы! С восклицательным знаком на конце. 30 лет в панк-роке вопреки всему (страница 71)
– Обычно таких персонажей я очень жестко шлю на х…, – рассказывает Дмитрий Спирин, – потому что я воспринимаю это как попытку каких-то халявщиков меня, стреляного воробья, поиметь. В девяноста девяти случаях из ста это оказывается именно попыткой просто на халяву вписаться на концерт или без приглашения попасть на закрытое мероприятие. Но в этот раз по какой-то причине я Эльдара не слил. Сам не знаю почему. В итоге он пришел, поснимал и смонтировал вполне приличный видос, особенно с учетом того, что сцена в малом зале «Икры», где шла вечеринка, освещалась очень плохо.
Эльдар Асанов заснял Спирина с Лопатиным в музыкальной школе в московском окраинном районе Митино, потом отснял приезд детей на репетиционную базу, где они записывали хоровые партии, а финальные кадры были сделаны уже на выступлении в Crocus City Hall, одной из самых статусных площадок столицы.
Видео получилось очень простое, но динамичное и вместе с тем трогательное. На момент написания этой книги клип, выложенный весной 2012 года, набрал 4,2 миллиона просмотров. Больше, чем любое другое их видео за всю карьеру.
Это был случайный трек и случайный клип. Ничего такого не планировалось. К этому времени Дима меня уже познакомил с компанией C.A.T., организаторами «Чартовой дюжины», и я стал делать проморолики выступления на фестивале для всех участвующих артистов. У всех были коллаборации друг с другом, и было понятно, что можно снять для промо, а с «Тараканами!» идеи никакой не было. Мы до последнего дотянули, не зная, что снимать. Дима предложил мне приехать в музыкальную школу на репетицию с хором. Я там снимал просто на всякий случай. В следующий раз я поснимал, когда дети приехали на репетиционную базу. И я предложил собрать промовидео из кадров, отснятых на репетиции. Мы начали обсуждать, как это будет, и родилась идея доснять материал на концерте и собрать видео под целую песню. Показать, как дети прошли путь от зала в музыкальной школе до сцены Crocus City Hall. Тем более «Тараканы!» только что записали эту песню в студии. Почему бы и нет? В итоге все сложилось, и получился неплохой клип.
– Это выступление в «Крокусе» запомнилось жуткой нервозностью, – вспоминает Сергей Прокофьев. – У нас не было саундчека, а группе без настройки играть практически невозможно. Пять человек с инструментами, а тут еще и хор. У нас было всего минут пять, но это значит, что ты вышел, включился и давай играть. Выступили мы, конечно, здорово, всем понравилось, но это был огромный стресс. Мы себя практически не слышали, играя по памяти.
В таком составе с Богдановым и Стравинским команда просуществовала всю весну, отыграв больше десяти концертов, включая празднование двадцать первого дня рождения в клубе Milk.
В то время я периодически писал в российский журнал Billboard и в том числе аккредитовался на этот концерт в «Милке». Там в двух залах одновременно шли два концерта. В одном играла Stigmata, а в другом – «Тараканы!». Мы к этому времени уже были немного знакомы с Димой Спириным. За несколько лет до этого мы тусовались на фестивале «Старый новый рок» в Екатеринбурге, когда я играл в составе Tracktor Bowling, а потом Дима поучаствовал в записи трека для дебютного альбома группы Louna. Но вживую, внимательно я послушал «Тараканы!» только на этом концерте, и они произвели на меня очень сильное впечатление. Потом я написал позитивный репортаж в журнал.
– В последнее время коллеги не так часто респектовали нашей группе и тем более писали о нас в серьезных музыкальных изданиях, – рассказывает Дмитрий Спирин. – И этот репортаж в Billboard меня очень тронул. Я до сих пор об этом помню и испытываю большую симпатию к Виталику, Лусинэ и вообще ко всем ребятам из группы Louna.
На майское выступление в Рязани группа «Тараканы!» приехала в совершенно удивительной конфигурации. Они играли вчетвером, а не впятером, и место барабанщика занимал Николай Стравинский. Как известно, на ударных он играет так же уверенно, как и на гитаре. Собственно, в «Ракетах из России» Коля был именно барабанщиком. Дело в том, что незадолго до выезда в Рязань Сергей Прокофьев попал в больницу с очень неприятной хренью, которая называется «спонтанный пневмоторакс». Простым языком – дырка в легком, и это очень опасно. Сергей отыграл с одним рабочим легким серию концертов в Ижевске, Челябинске и Екатеринбурге. После каждой песни он опускал голову на малый барабан, чтобы зрители не видели, как он задыхается. Каждый трек давался ему как спринтерский забег на время.
По возвращении в Москву Сергей пошел в частную клинику, где ему сделали десяток анализов за огромные деньги, но на флюорографию его отправили уже в государственную поликлинику. Оказалось, что все эти анализы были нужны только этой клинике для увеличения выручки, а для постановки диагноза хватило только этой копеечной флюорографии. Увидев на снимке, что у Прокофьева работает только одно легкое, врачи тут же вызвали скорую и отправили его в больницу. Кстати, и в больнице, и в скорой Сергея узнали как участника группы «Тараканы!». С одной стороны, это было приятно, но с другой – лишнее внимание барабанщику было ни к чему. Он не хотел, чтобы его проблемы со здоровьем как-то широко обсуждались. Собственно, об истинной причине пропуска концерта в Рязани знал только самый ближний круг.
У Дмитрия Спирина была идея объединить составы групп «Ракеты из России» и «Тараканы!». Если бы Богданов и Стравинский стали участниками «Тараканов!», то планирование гастролей упростилось бы в разы. Не было бы никакой нужды согласовывать графики двух команд. Понятно, что если играют «Тараканы!», то все музыканты задействованы, а если на сцене «Ракеты», то выходной только у Сергея Прокофьева.
Примерно в это же время решался вопрос с возвращением «НАИВа» из творческого отпуска. Видимо, на этой почве Диме хотелось бы иметь чуть больше моей вовлеченности в творческий и рабочий процесс с «Тараканами!». Я же, находясь практически без работы, не считая клубных выступлений с «Фантастикой», нуждался в оплачиваемой работе, здесь и сейчас. Вообще, «Тараканы!» – это группа, состоящая из тех, кто помогает Диме, а «НАИВ» же всегда был группой именно в традиционном понимании, где нет второстепенных участников. И эта разница влекла за собой сразу много вопросов. Например, я не мог бы в «Тараканах!» претендовать на такую же долю от доходов, как в «НАИВе». Там я автор музыки и текстов у большинства произведений, которые оказывались в теле- и радиоэфирах. А в «Тараканах!» я был бы вынужден еще лет пять «подавать надежды».
С выпадением из таракановской обоймы Николая Богданова эта ловкая схема разрушилась. А «Ракеты» в то время были на подъеме и пользовались хорошим спросом у промоутеров как для концертов привычного «билетного» формата, так и для заказных мероприятий.
– Незадолго до этого по совету Димы Спирина я переехал из Ульяновска в Москву, – рассказывает Николай Стравинский, гитарист группы «Тараканы!». – Я сперва очковал, не понимая, на что я буду жить, но Дима меня тогда очень сильно мотивировал фразой: «Ты сначала сними квартиру, а потом думай, как на нее заработать». И это оказалось правильной стратегией. Как только я снял комнату, дела пошли в гору. В «Ракетах» стало больше концертов, и буквально через месяц Дима предложил мне перейти в «Тараканы!». Мы вообще тогда с ним очень хорошо дружили, общались, и когда мне говорили, что он сложный человек, я отвечал: «Да вы чего? Это лучший в мире чувак!» На тот момент я даже не хотел вдаваться в обстоятельства ухода из группы Дениса и Андрея. У меня была своя личная мотивация. Я хотел показать своим самарским и ульяновским чувакам, что я все-таки не зря столько лет занимался этим и бился головой об стену. Для меня это был серьезный шаг вперед.
Стравинского в составе утвердили сразу. Из статуса временных пассажиров он быстро получил штамп о прописке в символический паспорт музыканта. А нового бас-гитариста решили выбирать серьезно. Чуваки пустили по музыкальной тусовке слух, что им нужен басист.
За двадцать один год в группе «Тараканы!» сменилось много музыкантов, но ни разу не объявлялся настоящий, серьезный кастинг. То есть прослушивания были, но, как правило, на них уже приглашали того, кто и так подходит. Просто в ранние годы в принципе было мало музыкантов, разбирающихся в этом стиле. Играть-то люди умели, но в панк-роке ничего не понимали. Или наоборот. Сейчас же ситуация изменилась. За те годы, что «Тараканы!» и их коллеги по сцене формировали субкультуру, выросло много толкового народа, воспитанного уже на их музыке, и молодые пацаны, уверенно высекающие панк-рок в десятых годах, в буквальном смысле выросли на песнях группы «Тараканы!».
За год до описываемых событий на пыльном танцполе фестиваля Kubana в Веселовке стоял молодой парень из подмосковного Реутова и, щурясь от палящего солнца, смотрел на огромную сцену. Там маленькие фигурки музыкантов группы «Тараканы!» яростно вонзали панк-рок. В голове у него крутилась мысль: «Каково это – вот так фигачить рок, когда перед тобой несколько десятков тысяч человек, а над головой огромными буквами написано Kubana?» Это был Александр Пронин, бас-гитарист групп Purgen и Agitators.