Владимир Еркович – Тараканы! С восклицательным знаком на конце. 30 лет в панк-роке вопреки всему (страница 68)
– Мы не успевали уже вернуться в гостиницу, и нам сказали ехать сразу в клуб, – вспоминает Андрей Шморгун. – Конечно, получилось не очень красиво, что ему пришлось все одному носить, но просто возникла ситуация, в которой мы были не виноваты. А потом разговор пошел уже на тему того, почему он вообще должен таскать общее имущество вроде сумок с мерчем. Я не отказывался носить что-либо, но у меня и своего было очень много (гитара, жесткий кейс, личные вещи), и предъявлять мне за то, что я еще дополнительно что-то не ношу, было странно. Начался спор на повышенных тонах, и мы с ним конкретно зарубились.
Мы даже периодически с ним встречались, он рассказывал о своих психологических проблемах, я ему старался давать какие-то советы, помогать. Я считал, что мы достаточно сблизились, и после всего этого он уходит в такую тупую бытовуху, наезжая на меня из-за каких-то сумок. Его глюкануло, что мы козлы и не хотим ничего таскать, хотя просто так ситуация сложилась.
– Я очень сильно на них наехал, – говорит Дмитрий Спирин. – А когда я в таком состоянии, то слова я не подбираю. Я точно не помню, что именно я кричал и в чем конкретно обвинял, но этот конфликт стал именно той трещиной, которая в итоге привела к тому, что Денис Хромых и Андрей Шморгун через какое-то время ушли из группы.
– Конфликт был между Димой и Андреем с Денисом, – рассказывает Сергей Прокофьев. – Мы с Васей заняли нейтральную позицию, но, конечно, это было неприятно, когда твои друзья ругаются в гримерке перед концертом. Никто же не мог предположить, что выезд на чек будет на час раньше. Я считаю, что в этой ситуации неправ был Дима. Он молодец, что все погрузил и все сделал, но такого конфликта это не стоило.
– Все это происходило перед концертом, и я подумал, что это жопа какая-то, – продолжает Абадон. – Нам сейчас идти на сцену, вместе играть, веселить публику, а мы этого сделать не можем, потому что настроения тупо нет. Я тогда зарубился, и весь тур прошел на фоне этой зарубы. У меня вообще есть такая тема, что я могу надолго обидеться и дуться. Все эти дни мы толком не общались, и мне кажется, что Димон тоже от этого обламывался. Вообще, эти гастроли довольно тухло прошли.
Мы с женой прилетел в Берлин, потусили несколько дней у наших друзей и потом присоединились к парням на последние четыре концерта в Германии. Я предвкушал отличную тусовку и крутое времяпрепровождение, что, конечно, получилось, но не совсем так, как я думал. С первого момента я понял, что что-то идет не так. Атмосфера была очень напряженная и враждебная. Фактически единой группы не было, были Дэн и Абадон отдельно, Дима и Вася отдельно. А Серега в принципе всегда сам по себе. Меня это очень сильно удивило и напрягло. В процессе общения я понял, что, по большому счету, бытовой конфликт стал причиной взаимного игнора и практически полного прекращения общения в туре. Как рассказали парни, они тяготятся Димиными диктаторскими замашками и периодическими включениями «мудака», накопилось много взаимных обид, и они хотят сваливать из группы. Дима же в свою очередь рассказал, что парни часто ведут себя не очень профессионально, и это порождает конфликты. Надо сказать, что на выступлениях эта ситуация не сказывалась. Они звучали очень круто и фирмово, на сцене это была настоящая единая группа. Но после концерта чуваки тут же замыкались и расходились по углам.
– Этот евротур показал Димона с такой стороны, с которой я бы не хотел его знать, – рассказывает Денис Хромых. – Надеюсь, он уже изменился с тех пор. А тогда это выглядело дико. Я ехал в Европу угарнуть и приколоться, а в результате постоянно было какое-то психологическое давление с его стороны. Это угнетало. Но я бы не сказал, что приехал оттуда с говном на душе. Я купил там бас-гитару, у меня появилось много новых друзей, к которым я потом ездил в гости и общаюсь до сих пор. Я отлично провел время, отдохнул. Благодаря «Тараканам!» и идее Сида сыграть там концерты я получил опыт европейских гастролей. Конечно, я благодарен ему за такую возможность, но говнюком он тогда себя показал редкостным. Можно сказать, что после этой поездки я окончательно разочаровался и в группе «Тараканы!», и в нем лично, и в том, что происходит вокруг меня.
– Давно ожидаемая и предвкушаемая поездка в Европу была омрачена еще до того, как мы первый раз вышли на сцену в этом туре, – вспоминает Сид. – Худо-бедно мы эти гастроли откатали, как-то терпели друг друга, общались сквозь зубы в микроавтобусе, пытались не встречаться взглядами. С нами ездил Базука, который снимал видео и в итоге сделал бодрый клип на песню «Спасибо тебе». Но если присмотреться, то там нет ни одного момента, где бы я был в одном кадре с Денисом и Андреем. Уже тогда было понятно, что у нас в коллективе очень-очень серьезная проблема и я так сильно травмировал этих двух человек, что они вряд ли захотят продолжать быть частью нашей группы.
Несмотря на проблемы в коллективе, этот тур был познавательным и интересным. Собственно, какими и должны быть европейские гастроли. Французы оказались очень клевыми и компанейскими чуваками. Надо понимать, что для них самих это были не рядовые концерты. В группе Le Bal des Enragés собирались музыканты из разных команд, и все концерты с сопутствующими им тусовками проходили в атмосфере нескончаемого праздника. Это как на летних фестивалях, когда все счастливы, хотят тусить, общаться и дико радоваться всему происходящему. Москвичей тоже активно подтягивали на все застолья. После каждого концерта в обязательном порядке накрывалась мощная поляна с вином и классными закусками. Все это проходило очень позитивно и душевно.
– Мы выступали на большом фестивале Zikenstock во Франции, где играла куча крутых команд, – продолжает Спирин. – Например, Oi Polloi из Шотландии, сольный проект бывшего вокалиста Dropkick Murphys под названием Street Dogs и еще много прикольных коллективов. В сольной части нашего тура мы тоже перезнакомились с большим количеством клевого народа и сыграли несколько очень хороших концертов. Помню, что в немецком городе Пассау было очень круто, в Праге, где около трети публики в зале были русскими. В том числе приходили ребята, которые были на нашем концерте еще в 2005 году с Марки Рамоном.
На выступления подтягивались русские чуваки с местности, а некоторые специально приезжали из России или из других регионов Европы, чтобы попасть на концерты «Тараканов!». В одном из городов парней поселили в старинном замке, благодаря чему в видеоклипах группы «Тараканы!» появился второй ослик за год. Ушастый мирно тусовался на поляне возле дома, и режиссер клипа «Спасибо тебе» Александр Соломахин запечатлел его для истории рядом с отжигающим на басу Абадоном.
Из Европы группа вернулась в несколько разобранном состоянии. Тут невольно вспомнишь, что вскоре после гастролей с Марки Рамоном в 2005 году «Тараканов!» ждали драматические события, в результате которых Диме Спирину пришлось полностью обновить состав группы. В этот раз изменения тоже казались неотвратимыми, но еще не было понятно, насколько безболезненно команде удастся пройти эти пороги на реке жизни. Они уже давно сплавлялись в таких бурных водах, куда могут зайти только опытные профессионалы. А профессионалов от любителей в первую очередь отличает то, насколько уверенно они смотрят в лицо трудностям и как быстро реагируют на вызовы стихии.
Денис Хромых и Андрей Шморгун уже несколько месяцев работали над материалом для собственной группы, которую они создали вместе с актером театра и кино Александром Ильиным. Команду назвали «План Ломоносова», и к лету 2011 года встал вопрос о том, что пора записывать первый альбом.
– Мы с Денисом хотели играть абсолютно любой панк-рок, все, что в голову приходит, – рассказывает Андрей Шморгун, – а у «Тараканов!» был уже большой багаж, сложившийся стиль, и многие наши идеи не подходили. Придумываешь какую-то простую, понятную песню, а Диман говорит, что такое уже было, это не подходит, надо двигаться вперед. И это абсолютно нормально. Плюс у «Тараканов!» было постоянное желание сделать хит, и присутствовали какие-то условности, которые не имели большого отношения к творчеству. А когда мы создали «План Ломоносова», то стали играть все что хотели. Двух-трехаккордные песни – это для нас норма. К тому же мы с Дэном всегда что-то вместе играли, у нас существовали всякие наработки, но не было фронтмена для группы. А когда появился Санек Ильин, то все наконец срослось.
Первую пластинку группы «План Ломоносова» парни решили записывать в Англии. Для этого им надо было на продолжительное время уехать из Москвы, что не могло дополнительно не повлиять на отношения внутри группы.
– Когда стало известно, что мы не сможем сыграть на «Нашествии» и еще на паре летних фестивалей, то Димона, наверное, внутри разорвало, и он с нами мысленно попрощался, – вспоминает Денис Хромых. – Но я уже давно начал ощущать некое вытеснение из группы. Когда не берут твои песни, съемки клипов проходят без тебя, и твоим мнением уже не интересуются, причем демонстративно. Такие дурацкие приемы НЛП. Я все это понимал и думал: «Ну какое же дно происходит!» Просто спокойно ждал, когда это все закончится. А когда встал выбор между тем, чтобы ехать в Лондон записывать пластинку своей новой группы или играть на «Нашествии» пять песен днем под палящим солнцем, то, конечно, я выбрал Лондон.