Владимир Дроздовский – Тайна века (страница 11)
Поэтому, когда Сергею Черняеву в 11 классе вручали аттестат зрелости, в котором оказались вполне приличные оценки, то его мать Ольга Николаевна была просто вне себя от счастья и даже расплакалась на последнем звонке. Отец же Иван Петрович достаточно равнодушно на все это отреагировал и не присутствовал на данном событии.
Зато когда сына сняли с учета в ПНД, на котором тот состоял почти 15 лет, тут уже оба супруга были единодушны в своей радости, правда оба по своим, личным причинам. Иван Петрович вздохнул с облегчением, посчитав, что черная полоса в их семейной жизни пройдена и сын, наконец-то, выздоровел.
Тем не менее, как оказалось несколькими годами позднее, радоваться было рано. Вместе со снятием с учета в ПНД, в связи с совершеннолетием Сергею Черняеву пришла повестка из василеостровского военкомата. И вот тут уже Ольге Николаевне вновь стало не до смеха.
Дело в том, что Черняев окончил школу уже в 1993 году. Советский Союз, в котором он начинал учится, развалился к тому моменту, а новая Россия переживала не самые лучшие времена. Последствия августовского путча 1991 года, голод и разруха, нарастающий бандитизм не добавляли семье оптимизма. К тому же, в стране вместе с ростом организованной преступности начали расти и сепаратистские настроения в отдельных южных регионах. Да и у соседей, в бывших союзных республиках тоже было крайне неспокойно. Азербайджан и Армения делили Нагорный Карабах. Таджикистан атаковали маджахеды из Афганистана, народные волнения прокатились по Узбекистану и Казахстану. Молдавия и вовсе обьявила войну Преднестровью. Только на Украине и соседней Белоруссии тогда было относительно спокойно, хотя и там антироссийские настроения тоже проскальзывали.
Ольга Николаевна очень не хотела, чтобы ее сын после призыва в армию оказался в какой-либо горячей точке. А в связи со снятием с учета в психоневрологическом диспансере, такая вероятность оказалась крайне высокой. Но и тут Черняеву невероятно повезло. Во время прохождения медицинской комиссии в районном военкомате, на парня обратил внимание местный пожилой психиатр, который временно замещал своего коллегу, заболевшего ангиной. Он провел с Сергеем Черняевым 40-минутную беседу и потом вынес свой однозначный вердикт его матери Ольге Николаевне, дожидающейся сына в коридоре военкомата.
… – Вашему сыну в армию никак нельзя, Ольга Николаевна. Несмотря на то, что его диагноз – ассоциативное расстройство личности не потвердился ранее, это не означает, что он полностью психически здоров. Безусловно, по сравнению с тем, что с ним было раньше (как вы рассказывали мне), он сделал определенные успехи. Такой дикой замкнутости и отчужденности, какая у него была в детстве, я давно не встречал. Сейчас же он ведет себя всполне адекватно. Однако… Однако я прекрасно понимаю, что в суровом мужском коллективе, в изоляции от остального мира ему будет крайне тяжело адаптироваться, так сказать. Случай в школе – наглядное тому свидетельство. Он снова может сорваться. А армия это – не школа как вы понимаете. Там подобный срыв может закончится весьма плачевно. Поэтому я поставлю ему категорию «Д». Уверен, что при наличии его истории болезни, у военкома это не вызывет никаких вопросов. На учет во взрослый ПНД его конечно надо бы поставить, но я этого делать не буду. Зачем парню жизнь окончательно ломать, но под наблюдением его все таки оставлю. Он должен будет являтся в свой районный психоневрологический диспансер два раза в месяц для обследований. Как и делал уже ранее.
– Огромное вам спасибо, Самуил Петрович! Вы не представляете как я вам благодарна! – Импульсивно заявила тому Ольга Николаевна, и чуть ли не на колени упала перед пожилым психиатром. Тот же только хмыкнул в ответ. Пожилой доктор вовсе не заботился о безопасности и здоровье Черняева. Наоборот, ему было наплевать на него. Однако он прекрасно понял, что этот нелюдимый молодой человек в армии 100% станет изгоем. А это в свою очередь обязательно обернется каким-нибудь
Таким образом, Сергей Черняев избежал прохождения срочной службы в российской армии. И это решение психиатра районного военкомата оказалось одним из самых судьбоносных в жизни молодого человека. Потому что в 1994 году в Чечне начался вооруженный мятеж, и на территорию кавказской республики были введены регулярные российские войска, в составе которых оказалось много солдат-срочников, среди которых мог быть и наш герой. Но судьба-злодейка приготовила ему другой, не менее, трудный путь.
Глава 13. Схрон
– Доброе утро, крошка!
– Тебе не спится что ли? Ошалел в такую рань приезжать? – возмущенно переспросила девушка, стоящая в дверях своей квартиры, посмотрев недовольно на нежданного гостя. – Какое нахрен утро? Ночь на дворе! Тот в ответ за словом в карман не полез и грозно цыкнул на нее. Фразы его были короткие и хлесткие как удар кнута.
– Рот закрой, а то получишь у меня. Распустилась. Собирайся.
– Куда собираться то? Ночь на дворе, – уже более миролюбиво уточнила девушка, в миг присмерев.
– На дачу к тебе поедем. Схронить мне там надо кое-что,– ответил ей мужчина уже более человечнее и отодвинув девушку в сторону, вошел в прихожую ее квартиры. Затем развернулся и закрыл за собой дверь. – Ну что встала как памятник? Собирайся поживее! – Снова прикрикнул он на нее, заметив, что та стоит как вкопаная и посмотрел грозно. Девушка быстро опомнилась и как сразу сжалась, скукожилась. От ее былого недовольства не осталось и следа. Только покорность и раболепие.
– М-м-м… понятно. Ладно,не кипятись. Дай мне 15 минут, – тихо произнесла она и собралась вернуться в комнату, как неожиданно развернулась и кокетливо стрельнув глазами, произнесла томно: « А может сначала пошалим»?
– Давай пошевеливайся. Не до этого сейчас, – буркнул недовольно мужчина и присел на банкетку, стоящую в коридоре. Сумки положил рядом. Посмотрел на наручные часы и добавил строго: «У тебя 5 минут на сборы, дорогуша.
– Ладно, поняла уже. Один момент, – ответила ему девушка и запахнув свой почти раскрытый халатик, выскочила из коридора обратно в комнату.
– Давай, поторапливайся, пока дороги еще пустые, —крикнул ей в след мужчина, нервно похрустывая пальцами рук.
– Хорошо, хорошо, уже одеваюсь, милый – проворковала та нежно, натягивая трусики и поправляя лямки бюстгалтера.– Дима, кофе пить будешь?
– Времени нет. Потом пить будем и кофе и какао с шампанским. Все потом! – Поторопил ее Крот.
– Как скажешь, милый уже бегу!
– И не называй меня милым. Сто раз тебе говорил. За такое на зоне на пику быстро опускают.
…Через 10 минут эта крайне колоритная парочка: седой как лунь, крепко сбитый мужчина средних лет со шрамом на голове, одетый в джинсовую куртку и черные брюки и молодая, стройная девушка в коротком тлисовом пальто, цвета кофе с молоком— вышла из дома. Они сели в старенький Форд, припаркованный недалеко от нее дома, который девушка купила на подаренные ей любовником деньги и вскоре отправились в долгий путь. Награбленное он быстро переместил из своей машины в ее автомобиль. Свой не менее потрепанный жигуленок мужчина предусмотрительно оставил в нескольких кварталах от дома молодой любовницы.
– Не могла себе дачу поближе найти? – Недовольно спросил он, когда они выезжали со двора.
– Ну извините, что моя бабка там родилась, – тем же раздраженным тоном ответила ему девушка, которая даже не успела выпить кофе из-за спешки мужчины. И из-за этого очень переживала.
– Еще название деревни какое-то… стремное… Вартемяги… – продолжал недовольно бубнить мужчина, сидящий на заднем сиденье автомобиля рядом с сумкой.
– Не нравится – ищи себе другую дачу, – огрызнулась вдруг девушка и едва не вписалась в поворот. Автомобиль даже немного занесло вперед, но к счастью для них все обошлось.
– Ладно, ладно, не злись Маришка. Сам на нервах, – примирительно ответил ей недовольный пассажир и криво ухмыльнулся ее отражению в зеркале заднего вида. – С меня презент, обещаю.
«Ну это само собой», – подумала Мария Андреева и снова зевнула, глядя на пустынную дорогу. В слух же ничего не произнесла. Через полчаса они уже выехали из города и направились по выборгскому шоссе в сторону развязки с КАД (которая к тому времени уже была частично введена в эксплуатацию). Мужчина вскоре расслабился и уснул удобно расположившись на заднем сиденье, а Мария в полной тишина продолжила вести свой автомобиль, погрузившись в невеселые думы.
«Угораздило же меня влюбиться в уголовника»…
По пути она решила, что не повезет любовника на свою дачу (на которой тот еще ни разу не был), а проедет по поселку чуть подальше, остановившись у соседского дома, ключи от которого у нее тоже были. В этом доме когда-то жила подруга ее бабушки, скончавшаяся несколько лет назад. Она поддерживала с Марией хорошие отношения и поэтому доверяла той, оставляя ключи от дома. А после смерти ее дом оказался бесхозным и заброшенным, потому что внуки давно забыли про свою бабушку и не интересовались ее судьбой. Мария же по старой памяти продолжила поддерживать в нем чистоту и порядом.