Владимир Дроздовский – Ректор МГУ (страница 6)

Мозгалев прекрасно понимал логику Залужного, но вместе с тем и осознавал, что тот сам себя закапывает благодаря неуступчивости и … обостренному чувству справедливости. Он бы на месте Владимира Сергеевича вел бы себя иначе, более гибко, хорошо отдавая себе отчет, что отката назад в социализм не будет. А значит с капиталистами надо дружить и договариваться.

Когда в России произошел дефолт, Мозгалев даже обрадовался этому, так как был уверен, что Залужный, верный своему слову, сразу же уйдет в оставку, открыв ему дорогу. Но, этого в 1998 году не произошло. Тем не менее, ветер перемен задул с новой силой. По стране (в том числе, и в столице) прокатилась целая волна антиправительственных митингов и забастовок, которые только ухудшали и без того тяжелое экономическое состояние России, и в частности Москвы.

Если в остальных городах митингующие в основном критиковали президента и правительство, то в столице основной удар оппозиции пришелся как раз по мэру. Но, реальной причиной отставки Залужного стал не экономический кризис, а то самое явление, с которым он так усердно боролся на посту мэра Москвы.

— Владимир Сергеевич, добрый вечер! Я могу зайти?

— Да конечно Гриша, проходи! Ты сегодня тоже решил задержаться на работе?

— Благодарю. Да срочные дела были. Пришлось один очень любопытный отчет дописать, — спокойно ответил Мозгалев, показав черную папку в руке.

— Что за отчет? — спросил мэр, откинувшись в кресле. — Опять эти бесконечные статистические справки? Будь они не ладны! Я вот кстати думаю как подготавливать бюджет на будущий год. Каким прогнозам верить? Ты то как считаешь? Выберемся мы из этой задницы?

— Выбраться то виберемся, только уже без вашей помощи, Владимир Сергеевич, — так же спокойно ответил Мозгалев, хотя в душе уже предвкушал свою победу над старым партийным служакой.

— Как это? — Удивившись, переспросил того мэр и недовольно посмотрел на подчиненного. — Ты какими-то загадками говоришь, Гриша. Как это, без моей помощи? Я все таки главный в столице, мне и решать.

— Ну пока да, вы главный, но это временно, — с ледяным спокойствием произнес Мозгалев.

— Что значит временно? Я тебя не понимаю, Григорий.

— А вы, Владимир Сергеевич почитайте этот самый отчет. Тогда все и поймете.

— Ну давай сюда свой отчет. Что ты там такого важного понаписал? — Спросил мэр и жестом попросил у Мозгалева папку. Тот молча протянул Залужному стопку бумаг, которые извлек из своей папки.

— Так, так... что у нас тут за ... цифры... Погоди-ка, Гриша! Что это? Ты никак в бухгалтерию подался? Так это не твой профиль.

— Это, Владимир Сергеевич не просто цифры, а настоящая коррупция, статья 291 УК РФ.

— Не понял? О какой еще коррупции ты говоришь? — Взревел Залужный и поднялся со своего кресла. — Что значат все эти цифры? Толком объясни! — Потребовал он строго, приблизившись к подчиненному.

— А что тут непонятного? Это взятки и откаты, которые ваша администрация проводила в течении последних трех лет. Там все написано. Кто, у кого, сколько. За что, и так далее.

— Какие взятки? Какие откаты??? Ты в своем уме, Гриша! — Закричал Залужный, находясь уже вне себя от негодования. — У меня в мэрии нет никакой коррупции! Ты же знаешь как я к ней отношусь! Узнал бы кто балуется, сам лично руки бы поотрубал! Что это за филькина грамота? Откуда она у тебя? Принес кто-то?

— Нет, не принес, — торжествующе ответил Мозгалев и внимательно посмотрел на побледневшего мэра. — Сам составил. Мне на это около полугода понадобилось. Там, если по максималке, то лет на пятнадцать, с конфискацией потянет.

— Гриша, ты часом умом не тронулся? Откуда все эти цифры взялись? Какая конфискация? О чем вообще речь идет???

— Нет, Владимир Сергеевич, я в полном порядке. А вот у вас проблемы и очень большие. Однако...

— У меня... проблемы? — Перебил его мэр, нервно дернув плечами. — Ты как по...

— Не перебивайте меня пожалуйста, Владимир Сергеевич, — на этот раз уже Мозгалев позволил себе оборвать речь мэра. — Я к вам не ругаться пришел, а с деловым предложением так сказать, — добавил он с ехидной ухмылкой.

— Что??? Что ты о себе возомнил, щенок! — Прогремел на весь кабинет голос столичного мэра. — Угрожать мне вздумал??? Да я...

— Заткнись, старик! — Не менее грубо оборвал его Мозгалев и жестом указал тому на его место. — Хватит ломать комедию! Сказано же, что у меня предложение есть! Сиди и слушай! Пока я не передумал.

— Да...

— Так вот, отчет этот самый, что ни есть настоящий. Все цифры подлинные. Тут простым выговором вы не отделаетесь. Если и не посадят, то голову в Кремле намылят вам знатно. Никакой тебе почетной пенсии, и так далее.

— Ах ты, паскуда! На кого работаешь, иуда! Кто тебе заплатил за этот сраный отчет??? — Прокричал Залужный. Но, теперь в его голове звучало даже больше обиды, чем гнева.

— Фу, как грубо! Не ожидал от вас такого, Владимир Сергеевич, — спокойно парировал Мозгалев. Он уже почувствовал вкус крови и приготовился добивать своего политического оппонента. — Держите себя в руках. Я еще не закончил. Повторяю, что у меня к вам деловое предложение.

— Пошел во...

— Вы добровольно уходите в отставку, зимой. А я сохраню этот отчет себе на память. И о нем никто никогда не узнает. А если...

— А если я сейчас вызову службу охраны и тебя скрутят как миленького и отправят в холодный подвал, то...

— Я бы на вашем месте не делал этого. У меня есть подстраховка. Если я не выйду из этого кабинета добровольно, то завтра же об этих материалах узнают все столичные газеты.

— Да кому они поверят??? Какому то мальчишке??? Ха!

— Я бы на вашем месте так не веселился, Владимир Сергеевич. Здесь не просто цифры, а реальные деньги. А, за этими деньгами стоят реальные люди. И если вы хотите проверить насколько эти люди дорожат этими деньгами, то можете попытаться сами что-то нарыть. Но, я бы вам не советовал этого делать. Сейчас не 1980 год и Политбюро давно сгнило в могиле.

— Ну даже если они и воровали, то они же за это и ответят! Я здесь причем? Все знают мою безупречную репутацию! —Продолжал уже на автомате говорить Залужный, слабо веря в свои же слова.

— Ну Владимир Сергеевич, ну вы сейчас серьезно что ли? Вы хотите сказать, что если все эти махинации в столичной мэрии вскроются, то вас никто не тронет? Мол, он тут не причем, он ничего не знал... Да вас первого же закатают в асфальт! Вам протестов мало? Так их станет еще больше! А так и до массовых столкновений недалеко! Как по вашему отреагирует ваш народ, который за вас голосовал, на то, что в вашей мэрии собрались одни воры и коррупционеры??? Да они вас же первого на вилы и поднимут!

— Сукин ты сын! И чего тебе не хватало! Как ты мог так поступить со мной??? — В отчаянии простонал Залужный, закрыв лицо руками. Он уже давно все понял, но не хотел верить до последнего.

— Я? Простите конечно, но вы мне благодарны должны быть. Скажите спасибо, что этот отчет принес вам я, а не майор ФСБ. Я вас спасаю, Владимир Сергеевич! Спасаю от позора! А вы меня оскорбляете... Как вам не совестно, — произнес Мозгалев, убирая документы обратно в свою папку.

— Пошел вон, иуда! Видеть тебя не хочу!

— Да и помните! Сроку у вас до утра! — закончил свою речь Мозгалев, обернувшись у выхода из кабинета, который уже считал своим. — Если утром вы подпишите заявление об уходе в оставку, то я за последствия не ручаюсь.

— Вон!!!!

Мозгалев вышел из кабинета мэра, плотно закрыв за собой дверь. Он шел по пустынным коридорам мэрии широко улыбаясь. А в это время Владимир Сергеевич Залужный готов был наложить на себя руки.

Глава 6. Новая эра

После того злополучного разговора прошло несколько месяцев. Естественно Владимир Залужный не стал устраивать никаких расследований.

Он давно был в политике и прекрасно понимал, что дыма без огня не бывает. Воровали всегда, во все времена. Все зависело от того, кто воровал и сколько. Ну и ловили естественно далеко не всех.

Сам он конечно никакого отношения к возможным серым махинациям не имел, но прекрасно отдавал себе отчет, что если начнется официальное расследование, то его голова полетит первой. Вне зависимости от результатов этого самого расследования. Мозгалев грамотно загнал его в тупик и выход из него был только один. Добровольная отставка.

Поэтому, скрепя сердцем и проклиная на чем свет стоит своего крайне талантливого ученика, Владимир Сергеевич той же ночью подписал заявление о собственном уходе с поста мэра Москвы. И даже после этого хотел застрелиться, благо в ящике письменного стола у него давно лежал наградной пистолет, который ему подарили еще во времена Советского Союза. Но, поборов минутную слабость, Залужный отругал себя и поклялся отомстить Мозгалеву за унижение.

«Ты еще поплатишься за это, сучонок...»

...— Нет, ну представляешь, каким наш мэр оказался лохом! Ха-ха! Он поверил в этот липовый отчет!

— Липовый? Да ладно? Никакой коррупции в мэрии нет что ли?

— Да ну тебя, юморист! Есть конечно. Как и везде. Только я не сумашедший чтобы залезать в это грязное болото. Мне все эти людишки еще пригодятся. Поэтому зачем молодому и крайне перспективному политику на старте карьеры наживать себе столько врагов. Разве я не прав?

— Ну ты даешь братишка!!! Да ты же прирожденный игрок! Это ж надо же так блефовать, что старик искренне поверил! Молодчина! За тебя!