Владимир Буров – С радостью и любовью каждый день. Эссе. Часть первая (страница 7)

– Не могу поверить, ибо древо жизни пышно зеленеет, а здесь натюрлих:

– Искусственный зоопарк.

Создали же культурологический клеткум. Не в кино, имеется в виду, а:

– На самом деле. – И кино, следовательно, это не карикатура, а и есть та реальность Кассиопеи, где, однако мы и:

– Зивём.

Фантастика в том, что фантастики в виде её невидимой части априори в фильме не:

– Полозено.

И эта невидимая часть есть не что иное, как:

– Связь между сценами, – её не только нет, но и вообще:

– Сия премудрость даже в голове не укладывается.

Получается, фильм о том, что самая большая фантастика – это и есть ваше бесплатное восьмилетнее образование, плюс ШРМ в виде добавки к этому рабочему питанию.

Тавтология, как единственная реальность соцреализма.

Даже собака и то не может сказать ничего вразумительного, ибо:

– Я хочу домой для собаки – нонсенс, так как:

– Собаки намного любознательней людей.

Цель фильма доказать, что место, где мы зивем – это именно есть та избушка Папы Карло, где узе:

– И так всё давно вам приготовлено, вплоть до квартирного интерьера.

Единственная правда, которая удивляет:

– Не похоже, что сам человек и придумал себе этот гульбарий – резервацию:

– Кассиопея успела припереться сюды-твою раньше, – и оплодотворила местных хомо сапиенсов вплоть до полной угорел-о-сти.

Честное слово:

– Страшно смотреть.

Если бы такое кино получили инопланетяне, то однозначно поняли только одно:

– Ах, вот оно како рабство-то пресловутое! – Разум под колпаком.

Так скать:

– Пымали и измываютцца.

Говорили – на передаче Вяземского дочь режиссера Ричарда Викторова, которую пока не могу узнать здесь – хотя была в оглавлении – что космонавты приходили, советовали, а вот что:

– Похоже так и не удастся догадаться.

Никто не знал тогда, похоже, что фантастика:

– Фантазирует-ся. – А не повторяет то, что даже:

– Не задавали в школе про ручьи под мостом, – ибо:

– Зачем, если мы их сами практикуем, запуская ранней весной, когда радуются дети и думают о жизни старики:

– Натюрлих.

Этот фильм снят, как опровержение известного утверждения:

– Я мыслю – значит ты существуешь. – А уж тем более предыдущего:

– Я мыслю – следовательно существую. – Ибо:

– Мысли – это не аборигены не только не нашей сверх реальности, но и здесь еще не бывали никогда.

А даже если и залетали, то как грится:

– Как пришел – так смысля, – а мы тут думай, – а:

– Чем, спрашивается?

Какая серьезная аномалия нормы жизни!

Значит, точно:

– 17-й год не здесь, на Земле придумали, а как минимум на Кассиопее.

Как в фильме Мела Гибсона Апокалипсис:

– Взяли в плен, привязали всех оставшихся в живых к одному бамбуку, – а:

– Зачем, спрашивается? – У Мела Гибсона объясняется просто:

– Половину принесли в жертву на пирамиде, вторую использовали для бегущих мишеней в виде их однократного применения, даже не посчитали нужным гонять их по открытому полю хотя бы неделю.

Даже, кто не хилый:

– Сразу в хгроб, – несмотря на то, что даже Высоцкий рекомендовал:

– Экономить:

– Если только хилый сразу в хгроб, поэтому нужна профелактика в виде ресторана – кабака, где люди распускают нюни, и становятся, можно сказать:

– Без-клеточными зивотными, – способными хулиганить.

Здесь в кино всё хулиганство предусмотрено тоже, но только в виде:

– Что такое А плюс Б, – и кстати:

– Не любовь ли это? – И последующая драка, как противостояние этой беспочвенной испорченной аномалии.

Такой фильм хорошо показывать в защиту животных:

– Вот посмотрите, что бывает с людьми, когда их эксплуатируют в клетках!

Сомневаюсь, что у Ричарда Викторова – режиссера этого фильма – был хоть промельк маховой мысли рассказать о степени порабощения здесь человека. Хотя, не исключено, что мог и:

– Ужаснуться.

Для большинства, конечно, реакция только одна известная:

– Равнодушие, – ибо:

– Не интересно.

Сейчас – ужасно.

История кино, как:

– Фильм ужасов.