Владимир Буров – Конец Света? – Пока нет. Часть Первая (страница 12)
– Дорого.
А то, что дотянет до уровня того же самого, что и было – в этом нельзя сомневаться ни на минуту, так как другое – удивительное – узнал и рассказал уже Владимир Высоцкий:
– Оно же ж очень даже рядом, – но – посмотрите сами:
– Так и находится за решеткой. – Ибо:
– ЗАПРЕЩЕНО, – несмотря ни на какие сказки-присказки:
– Перестройка-Ура.
И, следовательно, стоит его только суть-суть попробовать Кэт Мэт, как будет уже, как Кара-Мурза, мести улицу, – хотя и удобным для себя способом:
– Чтобы было, как у Эрнеста Хемингуэя – чисто и светло.
Хотя новые русские там и не ходят, так как априори летают на Экибастузском:
– Пластике.
Зам: Катя Метелица – Кэт-Мэт.
П.С. – Тавтология – это расшифровка вопроса тем же самым, – ибо:
– Новое – оно же ж слишком удивительно, потому что находится слишком рядом, – а, значит, друзья мои:
– Запрещено.
Почему и понятно, что Яго Шекспира знал всё, а его друг-начальник Отелло – ничего не понимал в этом деле сплошных междометий, – и русские – даже старые – так до сих пор и не соображают:
– Автор этих междометий не Яго, а сам Отелло и есть.
И на хрена тогда и унижать себя посещением спектаклей, несмотря на то, что вы учились в той школе, где кружок Умелые Пластики вела Кэт Мэт, – хотя и вела именно за этим, – так как на умные весчи:
– Здесь патентов, как на изобретение новых букварей не только не дают, но и не:
– Продадут даже.
Хотя и непонятно, конечно, почему мы всегда должны играть на стороне:
– Сёных-сёных.
Надо иногда меняться местами, как на школьных утренниках:
– Вы бежали туда?
– Есс!
– Теперь второй раунд: будете за КПСС.
И вот тогда он как раз и заплакал, что понял – уже грохнувши в первом раунде Дездемону:
– Второй раз, скорее всего, у нее не получится целоваться так же горячо, как в первый, – а:
– Мороженое я и так уже ел – в перерыве. – Яго надоумил, знал – значит – что откажусь от ее прелестей в замороженном виде.
Привыкать – тем не менее – придется:
– На войне, как на войне – всех убили, – а:
– Кто второй, второй, кто?
– Да остался, остался, чё ты репу чешешь, как и не знал никогда:
– Я всех убил, всех зарезал?! – Да вы что?
– А что, не умеешь? Научим, научим, располагайся, как дома.
– Ваши нары – даже второго неба – не так высоки, как был мой любимый дом на Земле, – как я любил называть ее:
– Остров Кипр.
П.С. – Трагедии и происходят из-за полной и – видимо, уже окончательной гоблин-иди-в-зад-ции программ воспитания – однако – не учеников, которых не так-то просто взять этим мытьем и катаньем в виде:
– Да, То Есть, Как Бы, – а именно прохиндиады, специально подготовленной даже для учительниц, только что родившихся от 85 до 91 годов.
Сшиты были, оказывается, не двести тыщ наручников специально для всех сторонников Горбачева, а вот эти Ежови Рукависы для учительниц младших классов, чтобы опупение их не только казалось, но и именно было:
– Искренним, – хотя и как зомби, конечно, не без этого.
– — – — – — – — – — —
26.12.18
Радио Свобода – С. Медведев – Археология
Вокруг смеха, – говорит:
– Смех без причины – это значит, русские в отличие от других граждан своих стран, от Америки до Кука – нэ лубять смеяцца-а, так как и очень нуждаются в том, чтобы их называли дурачинами.
Но и в этом, как и в других примерах – сие рассуждение есть не что иное, как полный, – и, скорее всего, как обычно, на пятьдесят, или даже, пусть на пять процентов:
– Сознательный обман.
И, действительно, надо – и хотят – чтобы мы посмеялись над этой передачей РС, – ибо:
– Копают, копают, – а, спрашивается, зачем, если, иметь в виду, что только, наоборот, закапывают.
И именно для этого случая смеха над Археологией сказано:
– Смех без причины – признак дурачины. – Так как – повторю – здесь, как минимум, плакать надо, имеется в виду, самим работникам этой передачи – нам:
– Ужасаться.
Полному – частично сознательному – отсутствии логики, так как повторяют слова, давно написанные в школьных учебниках, – а:
– К чему, к какой реальности они были приклеены – прочитать нигде нельзя, т.к. априори на этих шутках невидимым за рекламой пропаганды языком написано:
– Милый мой, хороший, догадайся сам-м!
– Да вы что?!
– А что – это же не людоедство, – так сказать:
– Не только думать, но и мыслить и страдать.
И если всё-таки иметь в виду, что в этих поговорках есть акцент и на то, что, да, смеяться надо, но не всегда же ж, на самом деле, – то это только и значит, что здесь, действительно, можно начать с утра и не остановиться до вечера, как резюме:
– Так вот было смешно весь день, и не только во время прослушивания передач Радио Свобода, но всё остальное не оставляет равнодушными никого, – а:
– Ругаться – это же ж еще трудней.
Почему люди в России и смеюца, как на Театере:
– Я спросил: зачем ты, Нинка – так скать, стукачем на меня работаешь по совместительству?
– Боюсь женишься, а денег у тя всё равно нет – на что жить будем, сукин ты сын, жениться он захотел – и:
– Не смешно?!