Владимир Буров – Графские развалины. Эссе (страница 12)

– Их есть у меня, кто будет разгонять нового Булата Окуджаву.

Что значит, подчеркивается, что ваше безобидное на первый взгляд мяуканье – наз:

– Уже не устраивает.

Что и значит фундамент этого дела:

– Мы знаем, что вы все суки против власти, – и даже не по опросам социологов – несмотря на то, что у нас есть свои, которые могут точно узнать, за что вы За, а кого очень не любите, – но, главное есть метод стопроцентной точности в определении противника:

– Поступайте с другими так, и только так, чтобы им было тошно, – как вот мне сейчас слушать Бориса Парамонова – и ничего не проверяя будете знать:

– ВСЕ протиффь.

Не думаю, впрочем, что такие проповеди можно читать без доппайка.

Так на что не хватило бабла-то, мил херц?!

Скорее всего, обещались послать на пензию, если не будет слушаться.

Но уж больно насрал большую кучу на всю мировую – и не только, но и временную – логику. Так просто и вообще:

– Не бывает.

Чтобы столько белиберды и в одном месте. Корректором лучше надо было работать, там работы много, безработных киргиз-кайсацких учителей всё прибавляется, а они идут на Москау с прописями уже готовой на все варианты и случаи:

– Художественной литературы, – вот такой же точно, как у Солженицына:

– Ни бе – ни ме – ни ку-ка-реку.

Да и Борису Парамонову, пожалуй, пора вставать в этот же строй. И так скать:

– За-а-пе-ва-й-й: путь далек у наз з тобою, веселей зольдат мотри, вьется, вьется знамя коммунизма, как от онанизма раньше не сойти.

– С рельс, однако, хорошо налаженной дезинформационной програм-мистики.

13.12.18

Вчера закончил на:

– Опять не хватило очереди для моей туалетной бумаги.

Продолжу попозже, но вот сейчас опять началось, прерванное вчера Сол-м кино, и удивительно, его название очень подходит для названия всех трех, четырёх, пяти Эссе о встрече – не думаю, что страной – но некоторыми ее любителями – прямо:

– Road to Perdition – в переводе:

– Не такой уж кривой путь, как хочет представить кто-то.

Говорится:

– Герой, – ТО ЕСТЬ, деятельный человек, – но, повторю еще раз, человек, мечущихся по тексту без полей, ничего сделать не может. Как ничего и не сделал Солженицын.

Кроме того, что это НИЧЕГО и было – цель этой репетиции к будущей – сегодняшней программе равнодействий, т.к. аккумулятор-то был уже заряжен, – а:

– Вы опять, что ли, ни хуя не знали?

– Да не художественный еще, а жити-ий-ный! – Б. П. о деятельности Сол-на, как героя своего романа. – След-но:

– Житиё-моё становится выше художественности – по теории познания мира Бориса Парамонова.

Что еще нелепей можно придумать, что лепит сейчас РС?

Говорит – с восхищением в голосе:

– Дождались-ь! – разъяснения марксизма всему западному миру.

Это разъяснение можно считать только одним возможным действием, впрочем, умозрительным:

– Восстановлением Иерихонской стены, которая по легенде так и не была построена.

Мы – умеем возвращать даже То время, чтобы достроить.

Сказки. Хотя для России реальные. Страшных сказок нам мало – давайте ишшо!

Мастерство русского языка, – сейчас подчеркивается у Сол-на, тогда как он не знает даже, как закончить предложение, чтобы найти смысл, – но, да:

– Здесь он и не нужен.

Нанес Архипелаг Гулаг Солженицына хоть по чему-то удар? Нет, все уже были давно витаминизированы радио, газетами и политинформациями в техникумах – пятнадцать минут каждую неделю, – как:

– Пожелтевшая естественным образом трава на лужке близ водного объекта в виде баклуши, куда мы с детства ходим купаться:

– Так сказать: а он идет купаться! – след-но:

– С гуся вода, – это имеется в виду удар по людям, а по организациям не мог, так как они Иво загазировали, как теплую абрикосовую у Патриарших, – но мы все, как написал Михаил Булгаков:

– Убежать успели, – так как улица при прибытии самого Герберта Ав-ври-больше-Лакского – ищи, так сказать, меня только по карте, ибо:

– Мы уже бросаем камешки с крутого бережка Далекого пролива Лаперу-уза-а.

Борис Парамонов всё-таки, я думаю, принял Дозу перед излагательным наклонением этого эссе. Получил перед атакой на всё, на всех оставшихся здесь Хомиков заградотрядовские – не меньше, чем 250-т. Чистого.

Впереди еще Эссе с Генисом, что там будет нового – не знаю, ибо:

– Что им еще мине сказать?

В принципе тоже самое – будет иметь не меньший эффект барабашковости. Как и упомянута была сейчас Чуковская:

– Я почувствовала. – Но повторю, только одно, что это Явление – нет, пока не цунами – а просто реальности нахождения здесь сгустка материи с чисто отрицательной энергетикой.

Так-то, конечно, людям в начале 90-х могло сие показаться страшным, но к счастью:

– ОНЕ не умеют писать книги абсолютно, чтобы их можно хоть как-то расшифровать от полной белиберды.

Поэтому все их и бросили в дальний угол сначала, потом вообще на помойку, так как муку-куку, на макулатуру перестали принимать, ибо им не надо, а мы и не хотели никогда.

Интересно, что многие даже не захотели прикасаться, один знакомый мужик любил читать, и скупал на корню всех попадавшийся Дюма и Вальтер Скоттов заодно с Копями Царя Соломона – эту:

– Не взял!

Думаю, несмотря на Перестройка-Ура, не верили, что про это Хуё-Моё разрешат сказать правду.

– Соли сам стал солнцем, – Б. П.

Но в том-то и дело – по реальному устройству вещей – что даже солнце не может ни затмить, ни засветить, Хомо Сапиенса – Человека, как Пушкин и Шекспир – Разумного.

Сама суть Солженицына именно та же, что и советской власти по глубине пропасти ОДНОМЕРНОСТИ мира, что многие долго не могли понять:

– А чё такого сделал Гегель, да и Кант тоже, чтобы их клеймить, как Владимира Высоцкого в роли загнанного на охоте волка?

Всё, что они, эти философы, Гегель и Кант делали – это разделывали Новый Завет на более-менее понятные научные формулировки, – а он:

– НОВЫЙ ЗАВЕТ БОГА – и есть цель революции 17-го года, – ибо был этим Новым Заветом поглощен и Ветхий Завет, как Часть Нового, – а, следовательно, ничего не оставалось, как запретить оба.

И ради насмешки взять на вооружение задних сторон ученических тетрадей прописи этого завета, который может быть написан большими буквами только, если эти заповеди применяются вместе с:

– Богом! – иначе они только издевательство над слабостью человека, как почти майского жука – вчера был – сегодня:

– В землю закопался.