Владимир Батаев – Магия Слова (страница 41)

Я сказал, пытаясь выглядеть убедительным:

— Не в тебе дело. Ты желанна для любого мужчины. И для меня тоже. Но не хочу я спать с тобой на спор, по приколу. Противно как-то.

Кураторша усмехнулась и ущипнула меня за щеку:

— А ты знаешь, я все же привыкла сдерживать свои обещания. Ладно, мы поговорим об этом потом. Иди, собирай вещи, студент. Завтра тебя ждут незабываемые приключения! Мутанты, бандиты, маги.

Я поцеловал её руку и попрощался. Чувствовал, что так будет правильно. Не только ж вампирёнышу иметь аристократические манеры. Я — бывший студент филфака и тоже способен на галантность. Особенно с дамами, обладающими пятым размером груди.

Впрочем, в ту ночь мне снились вовсе не прекрасные округлости Альмиры и даже не эльфийская рожа. Снилась мне бабушка с пирогами — смородиновыми, мясными и с «нетом» — без начинки, но с сахаром внутри.

Сон оказался в руку.

Глава 23

Альмира щекотала мне пятки. Никакой реакции. Щипала за ухо. Я перевернулся на другой бок и укрылся одеялом с головой. Затем кураторша потянула меня за ногу и попыталась сбросить на пол. Я лягнул ее и опять уснул.

Часы пробили половину четвертого утра. Это была самая изощренная пытка в моей жизни.

Наконец Мира потеряла терпение:

— Да вставай же, соня! Иначе хуже будет. Ты сейчас опоздаешь на задание!

Я оперся на локоть, пытаясь сфокусировать взгляд на своей мучительнице:

— Какие подвиги в такое время! Монстры еще сладко спят в своих норах, артефакты полежат до моего пробуждения, и даже воинствующие кланы не успели пересобачиться.

— Молодец! Мыслишь связно, — похвалила меня Альмира. — Да ты проснулся! Осталось встать. Хочешь, помогу тебе одеться?

Сама кураторша выглядела свежей: волосы заплетены в две золотистые косы, шнуровка корсета туго затянута. Может, она и не ложилась, выбивая у ректора разрешение на мою прокачку? А я тут дрыхну мертвым сном. Неудобно получается.

Титаническим усилием я заставил себя встать с кровати. Но одеяло и подушка оказались сильнее, и я тут же рухнул обратно.

Альмира всплеснула руками.

— Ну, держись, лентяй!

В этот момент постельные принадлежности превратились в моих врагов.

Одеяло змеей обвилось вокруг тела, подбираясь к горлу, а подушка решила выбить из меня последний дух, нанося стремительные боксерские удары.

Я оказался бессилен перед взбесившимися предметами.

— Мира, уйми их. Я встаю, клянусь.

Девушка сделала пасс левой рукой, и одеяло с подушкой тут же обмякли, освободив меня из плена.

— Вот поэтому тебе и надо открыть в себе способности к земной магии. Каждый синкретист должен обладать силой четырех стихий — воздуха, земли, огня и воды. А теперь идем в ванную комнату, помогу тебе помыться и проснуться. Ты должен быть чист духом и телом перед заданием.

Со смущением я обнаружил, что моя одежда куда-то исчезла.

Альмира спокойно провела рукой по обозначившимся мускулам, впалому животу и ниже. Погладила, затем нежно сжала маленькой ручкой.

— Ты с ума сошла! — я готов был провалиться сквозь землю. — Извращенка!

Кураторша послушно убрала руку и пожала плечами:

— Я всего лишь хотела помочь тебе проснуться!

Я взглянул в ее невинное личико:

— И у тебя получилось. Ладно, пойду приму ванну.

— Она уже готова и ждет тебя, — прощебетала кураторша.

Я молча пошёл в ванную комнату. Девушка последовала за мной. Интересно, зачем? Спинку потереть, как банщица из таверны?

Вспомнилась Танриель, и по телу пробежала сладкая дрожь. Моя любимая эльфийка. Самая желанная и недоступная женщина мира.

Я с размаху погрузился в воду, только через секунду осознав, что ехидная Альмира налила ледяную.

— А-а-а! Ты решила меня угробить!

— Не ори, — оборвала меня кураторша. — Сейчас всех студентов перебудишь. Это необходимо. Потерпи пару минут. Отдайся магии воды…

Отдался. Перед глазами возникли причудливые вензеля, подобные почерку аристократки из позапрошлого века.

А потом в метре от нас с Альмирой возник портал в мой мир. К счастью, в этот раз не в женское отделение общественной бани. Я узнал гербовый зал Эрмитажа. Год назад мы с однокурсницами ездили на экскурсию в Санкт-Петербург, обязательную для студентов филологического факультета.

Предполагалось, что воздушные девы и пламенные юноши, цитирующие Гомера и Еврипида, посетят литературный музей, возложат цветы на могилы великих писателей, проникнутся атмосферой «Преступления и наказания».

А на деле же мы неделю пили портвейн под мостами и ходили по рок-клубам. Спохватились только в последний день, когда надо было написать отчет о поездке. Тогда мы и ломанулись в Эрмитаж, пытаясь за пару часов объять необъятное.

Я вдруг понял, как сильно соскучился по своим девчонкам. По огромному гарему, который назывался филологический факультет.

Да что я тут делаю? Какие вообще артефакты, магия, мутанты? Меня ждет моя жизнь!

Я вдруг почувствовал ненависть. Кто забросил меня в миры синкретизма? Почему именно я? Что же вообще случилось?

— Не отпущу! Не ходи туда! — Альмира повисла на мне, и мы вдвоем рухнули в ванну с холодной водой.

Девушка лежала на моей груди, дрожа и извиваясь.

— Я хочу уйти назад!

— Нет, не отпущу!

По закону Архимеда вода вылилась из ванны, не выдержав нашего веса.

Я держал мокрую и дрожащую кураторшу, пока портал не исчез. Он даже не растворился, он будто размазался в воздухе.

Не могу терпеть женских слез! Я встал и позвонил в колокольчик, вызвав слугу.

— Принеси нам с госпожой Альмирой горячий чай. Немедленно. А потом убери здесь!

Когда тот вышел, я заставил Миру раздеться и растер ее полотенцем. Затем протянул одну из своих льняных рубашек, которая сидела на невысокой девушке, как платье.

— Я тебя не отпущу, — повторила кураторша. — Я не отдала вашему миру своего отца, не отдам и тебя. Еще не время.

Я опустил глаза, стараясь не замечать торчащих от холода сосков Альмиры, которые дерзко просвечивали через ткань. Подарить ей, что ли, эту рубашку?

Слуга принес не только обжигающий чай, но и половину яблочного пирога.

— Простите, господин синкретист, это все, что нашлось на кухне. Я сейчас быстро уберу воду. Еще будут пожелания?

— Спасибо. Протри пол, и можешь идти досыпать, — я протянул ему мелкую монету в два сита.

Слуга поклонился, принимая подношение. Мы с Мирой даже не успели попробовать пирог, как вода была убрана.

— Символично, — усмехнулась кураторша, разглядывая кусок.

— Что символично? Моя голая задница, ледяная вода или портал?

— А ты мощный, — девушка проигнорировала вопрос. — И кто бы помог подумать, что начинающий маг создаст такой устойчивый портал в иной мир. Прости, но я обязана сообщить ректору. Мы — друзья, но за кураторство я получаю немалые деньги. В вашем мире говорят: кто девушку ужинает, тот и танцует, верно?

— Верно. Это означает, кто девушке заплатил, тот и трахнет. А еще говорят, что с настоящими друзьями пуд соли надо съесть.

— Ты — хороший филолог, Аль. И в потенциале сильнейший маг, — Альмира ущипнула меня за щеку. — Но девушку может трахнуть не только тот, кто ей заплатит, представь себе. Впрочем, речь о другом. Я говорила о символизме яблочного пирога, потому что ты отправляешься работать в пекарню!