Владимир Батаев – Магия Слова (страница 20)

У меня не было особых способностей к поиску, но и я все острее ощущал присутствие чего-то недоброго.

Мы продирались через деревья, ветки били по лицу. Я почти ничего не видел в темноте и мысленно молился, чтобы вышла луна.

— Нашли! — азартно сказала Таня без тени страха. — До мутанта где-то метров пятьдесят.

— Так едем, — пробормотала принцесса, которая тоже выбилась из сил.

И тут мы уткнулись во что-то деревянное. Да куда же забрались? Это же непроходимая чаща.

Перед нами стоял деревянный забор, за которым даже в темноте можно было разглядеть низкие домики.

— Что это за деревня?

— Сейчас же уезжаем, — скомандовала принцесса. — Это не просто деревня в лесу, а логово черных эльфов. Эльфов-предателей, приютивших мутанта.

Глава 12

Мне снилась поздняя осень. Я снова был в нашем мире, на паре по физкультуре, в лесу, по которому препод немилосердно гнал ленивых филологов.

Я опять поскользнулся и упал носом в прелую листву. Кажется, такое уже случалось. Надо бежать, а то не видать мне зачета в зимнюю сессию. Только почему я не могу встать? И почему болит все тело…

Открываю глаза, потягиваюсь. Нет, я по-прежнему в мире меча и магии. Надо будить Лота и девчонок, мы же собрались охотиться на мутанта.

Я вдруг понимаю, откуда этот странный запах. Да потому что я лежу на земляном полу в подвале. Пытаюсь сесть и не могу сдержать стон. Кажется, мне вывихнули руку.

Кое-как устраиваюсь, облокотившись на стену. Рядом всхлипывают девушки, а Лот на удивление спокоен, и это пугает больше всего. Лучше бы он ругал на чем свет стоит поганую эльфятину.

— Аль, мы попали в плен, — шепчет принцесса.

И я вспоминаю все: как убегали от эльфов по ночному лесу, как пытались отбиться и как бессвязно выкрикивал алфавиты из разных языков, ставшие бесполезным набором звуков.

Самое обидное, что эльфы справились с нами без единого заклинания. Лесной воздух даже не шелохнулся, потревоженный магией. Короткий бой на мечах проходил в темноте, освещаемой луной и фасеточными глазами чудовища, созданного самым одаренным в синкретизме народом.

— Болит? — поинтересовалась Ульрика, глядя на мою руку. — Я помогу, я умею. Изучала основы медицины, это входит в программу обучения принцессы клана. Мы обязаны лечить больных, помогать нищим и обездоленным. Держи его крепче, Лот.

Троглодит взял меня за плечи, и я смог разглядеть синяк под глазом и рану внизу живота.

Кошмар! Вот же твари… Да как он вообще передвигается с такими повреждениями.

— Ускоренная регенерация — одно из свойств чешуйчатой кожи, — будто прочитав мои мысли, объяснил Лот.

Короткий хруст, и я заорал так, что заглянул охранник. Высокий и худой молодой мужчина, даже скорее парень, почти ничем не отличающийся от людей. Лишь бесцветными глазами и чуть вытянутыми ушами.

— Кто-то желает познакомиться со знаменитыми эльфийскими кандалами? Прекрасные украшения для идиотов, которые шатаются в чужих владениях.

— Я — принцесса троглодитов, — выдохнула Ульрика. — Вы не смеете обращаться с нами, как со скотом.

— А разве троглодиты являются дружественным кланом черным эльфам? — усмехнулся эльф.

Девушка сплюнула кровью, и я заметил, что у нее рассечена нижняя губа:

— У черных эльфов вообще нет друзей! Ничего, недолго вам осталось. Скоро король пришлет войска, и вашу грязную деревушку сотрут с лица земли.

Эльф бросил нам буханку хлеба и кастрюлю с кашей.

— А ведь вы способные к магии и имели все шансы победить наших стражников, даже в темноте в незнакомом лесу. Почему же не сработало ни одно заклинание? Почему не случилось изменения реальности? Почему синкретизм выключился? Дайте ответ, и мы вас отпустим.

— Ты — лживая ушастая тварь! — крикнула троглодитша. — Изгой для всего королевства. Так и просидите всю жизнь в своих норах.

Эльф усмехнулся:

— А ты неплохо владеешь мечом. Люблю горячих женщин! Думаю, после допроса король разрешит мне немного поразвлечься…, — наш тюремщик сорвал с Ульрики штаны, под которыми оказалась льняная рубашка.

Еще один рывок, и у него в руках несколько полосок ткани. Я даже на минуту забыл о боли, засмотревшись на крепкие ноги троглодитши.

Впрочем, не только я. Эльф провел рукой по внутренней стороне бедра, выше и выше… Девушка взвизгнула и рефлекторно свела ноги.

А эльф уже смотрел на Таню:

— Миленькая какая, хоть и человек.

Он грубо стиснул ей грудь, так что девушка завизжала.

Меня затрясло. И сейчас бы я отдал все, лишь бы сразиться с эльфом. Разорвал бы его на клочки. Как он вообще посмел приставать к моим девушкам?!

Впрочем, наш тюремщик быстро утратил к нам интерес. Видимо, появилось новое черное дело — например, скрестить слона и дракона или же свинью и енота.

— Готовьтесь к допросу. И перевяжите уже этого самонадеянного идиота…

Дождавшись, пока шаги в коридоре стихнут, Ульрика вытащила откуда-то бутылочку с мазью регенерации. Аккуратно смазала руку и перевязала, почти как фронтовая медсестра.

— Как тебе удалось сохранить артефакт? Нас же обыскивали.

Девушка опустила глаза:

— Некоторые особенности тела троглодитов. В подробности вдаваться не буду, а то тебе станет неприятно.

— Ты не можешь быть для меня неприятной. Никогда, — я осмелел настолько, что погладил ее по ноге.

— Хватит уже этих телячьих нежностей, — усмехнулась Таня. — Может, я тоже хочу.

Я приобнял одногруппницу за плечи, и тут уже насупилась принцесса.

— Поешьте, девчонки. Нам нужны силы. Кстати, рука почти не болит.

— Утром и совсем заживет, — пообещал Лот. — Правда, драться я бы тебе неделю не советовал.

Мы пожевали хлеба, запив водой из кувшина, который стоял вместе с ведром в углу. К каше никто не притронулся, хотя кто знает, что будет через трое суток, если больше кормить не будут. Может, это месиво покажется нам чудесной трапезой, сопоставимой с яствами из Школы магии.

Я уснул в обнимку с Ульрикой, не хотелось лишний раз тревожить руку, поэтому Таня прижалась к Лоту.

Солнечные зайчики игриво расположились на стене нашей темницы, пробившись через единственное окно на потолке. Настоящий попаданец обязательно бы сбежал через него, убив или подкупив стражей.

Но я бы даже не смог вылезть наружу по веревке, несмотря на обязательные ежедневные тренировки с мечом. Что поделаешь, я словесник, а не студент факультета физического воспитания.

Задерживаю взгляд на солнечном зайчике и мысленно вытягиваю его в форму буквы И. Отлично! Магия возвращается!

Буква И ассоциируется с медициной и регенерацией. Солнечный зайчик перепрыгивает со стены на мою больную руку, обволакивает ее светом и теплом. Не скажу, что кисть, как новенькая, но сегодня я хотя бы смогу удержать меч.

Лот храпит, крепко сжимая Таню во сне. Ульрика же беспокойно ворочалась, тихо всхлипывая. Мне вдруг захотелось обнять ее и защитить от врагов. Странно, никогда не испытывал ничего подобного. Скорей уж хотел, чтоб защищали меня.

Я чихнул. Воздух застоялся, и пахло сыростью. В этом мрачном месте мы долго не протянем. Еще неделя, и привет простуда, а там и воспаление легких. И тут уж не обойтись магией слова. Понадобится помощь лекаря.

Ульрика закашлялась. Я лег рядом и обнял, пытаясь согреть. Погладил ноги и живот, легонько сжал упругую грудь. Неужели так и помирать девственником? Чувствую, что Ульрика была бы не против, но я так не могу: в сырой темнице, под ехидные комментарии стражников и дружеские советы Лота.

Девушка вздрогнула и открыла глаза. Я тут же отдернул руки и откатился от нее подальше. Ульрика сделала вид, что ничего не произошло:

— Привет, Аль. Как твоя рука? Выглядишь получше.

— Отлично! Ко мне вернулась магия.

Принцесса поморщилась и что-то зашептала под нос. В этот момент темница украсилась белыми цветами, дышать стало гораздо легче.

— Теперь наша темница выглядит лучше, чем нищебродский дворец эльфов, — усмехнулась Ульрика. — Кстати, ты знаешь, что вчера нас навещал ни кто иной, как его величество, принц Раам, наследник Черного леса и дырявых подштанников.

— Почему эльфы нищеброды? Они же лучшие синкретисты королевства.

— Да потому что безмозглые изгои, — принцесса закатила глаза. — Поставили себя выше других. Вот и прозябают в своем лесочке, изредка вылавливая заблудившихся путников. Ну, отделились. Ну, боятся их. Думаешь, от этого они стали счастливее? А могли бы жить достойно, если бы торговали с королевством гомункулами-слугами. Но они предпочли творить мерзких мутантов… Знаешь, кажется, я поняла…