Владимир Бабушкин – Борей. Книга 3. Искины (страница 2)

– Кроме хорошей координации у меня еще и очень острый слух! – с вызовом заявила она, рассматривая с ног до головы разговорчивую даму. – Мое имя, как я поняла, тебе, мадам, известно, а я, к своему стыду, не знакома с неразумной жертвой местных сплетен.

– Я баронесса Надин де Турнье, мадемуазель! И что с того? Ты вызовешь меня на дуэль? – с видом превосходства засмеялась рыжая красивая представительница местного бомонда возраста около тридцати лет. Она чувствовала поддержку подруг и по этой причине вела себя вызывающе. Мадам была у себя дома, а эта пришлая красотка нарушала своим видом и славой местную расстановку предметов поклонения. Изабель, внезапно перейдя в статус невесты, видимо, не вызвала у нее сопернических чувств. Жозефина воздушным розовым мотыльком подлетела к ней и, встав на цыпочки, шепнула испуганной заводиле в ушко, прикрытое красивыми витыми кудрями, пару фраз. Отстранившись на шаг, она оценивающе с любопытством смотрела на покрасневшую собеседницу.

– Бедный мальчик! – жалостливым голосом пропела Жозефина, сочувственно покачивая головой. – Полагаю, милая Надин, мы могли бы стать хорошими подругами? Ты, как считаешь?

– Пожалуй, ты права, баронесса де Комей! Сочту за честь иметь знакомство с такой замечательной девушкой, – слегка дрогнувшим голосом под удивленные взгляды подруг сказала эта не состоявшаяся скандалистка. Она в ответ склонилась к Жозефине, и они обменялись еще парой фраз.

– А как я счастлива, просто нет слов! Ты не поверишь, госпожа де Турнье, как тяжело найти в обществе такую, как ты, умную и красивую собеседницу, – Жозефина сделала книксен и поспешила назад под руку удивленному Шарлю.

– Что она тебе сказала? – услышал я вопрос одной из подруг этого женского цветника.

– У нас с Жозефиной оказались общие хорошие друзья и покровители, дорогая Николь. И мне теперь кажется, что я очень поспешно сделала выводы по поводу этой замечательной девочки, – ответила красотка, продолжая смотреть на мою протеже. Жозефина по-доброму улыбнулась даме и кивнула своей белокурой головкой. Изабель посмотрела на меня, на губах ее играла ирония, а в глазах мелькали искорки веселья и прыгали любопытные чертики. Она явно хотела услышать от меня комментарии к возникшему казусу. Не знаю, правильно ли я истолковал ее взгляд, но я решил покаяться:

– Дорогая, я взял на себя ответственность за Жозефину, но даже не представляю, как можно ее защитить в такой ситуации, – грустно шепнул я, чуть склонившись к ее волшебным локонам.

– Это я поняла! Но успокою и одновременно разочарую тебя. Здесь не обойтись восьмью трупами и кучей пленных! Тут не место шпагам и мечам. Но зато веером можно ударить в самое сердце. А Жозефина владеет этим оружием не хуже шпаги. Так что, не переживай за нее, – весело смеясь, прошептала она мне в ответ.

– Но ты, любимая, как то смогла поразить мое сердце без веера! – перевел я разговор на более приятную для меня тему.

– Нет, Арман, это ты меня опоил! Сознайся, что ты намешал в вино при нашей первой встрече? – ее волшебная улыбка напомнила наше свидание в фургоне.

– А как, по-твоему, я смог бы приблизиться к тебе? Я до сих пор не могу вспоминать без содрогания историю нашего знакомства, – насупившись и напустив на лицо угрюмое выражение, пожаловался я ей на свою скорбную судьбу.

– Странно, я почему-то ничего такого не припомню? – ее взгляд отражал растерянность, перемешанную с обидой.

– Ну как же, а твое обвинение «Ты кто, старик?», – состроив грозную гримасу, вытянув лицо и выпучив глаза, хриплым голосом попытался я ее спародировать. Ее удивленный взгляд через секунду сменился неудержимым смехом.

– Что, я на самом деле так страшно выглядела? – попыталась она успокоиться и соблюсти приличия.

– Конечно же, нет, милая! … Г-о-р-а-з-д-о страшнее! – уже равнодушно ответил я и вновь услышал этот милый перезвон колокольчиков. Мы приблизились к графской чете. Пара, стоящая вместе с ними, оказалась на удивление мне знакома. Ничего сверхъестественного в этом не было, свой круг формировался здесь по признаку положения в обществе. Рядом со знакомой мне привлекательной блондинкой стояла графиня Изольда д’Альбер. Эта девушка, которую я заметил на приеме в аллее, стояла со своим кавалером. При нашем приближении стало заметно, как она с опаской смотрит в мою сторону. Что-то в образе этой привлекательной девушки диссонировало с привычным уже для меня обликом присутствующего здесь прекрасного пола. Пытаясь понять причину этого чувства, я еще раз окинул ее взглядом. Темное бордовое платье с глубоким декольте с жемчужной ниткой и тугим корсетом, заканчивающимся ватными валиками, и более светлой юбкой, не отличалось от подобных нарядов других дам. Белоснежный стоячий кружевной воротник и такие же широкие кружева на рукавах ниже локтей только подчеркивали яркий наряд, но и это вписывалось в представление о местной моде. И я, наконец, с удивлением осознал, что всему причиной была «свободная прическа» ее черных волнистых волос. В этом она точно походила на Жозефину с ее свободно падающим белым водопадом. Будучи продуктом другой цивилизации, я не обращал особого внимания на построение шедевров парикмахерского искусства, принимая на веру общий вид модниц, но здесь это было вызовом. Девица явно относилась к категории бунтарей и разрушителей местных устоев. Бриллиантовая саламандра была на том же месте, что и на увиденной в замке картине

– Ну, где вы пропали? С минуты на минуту начнутся танцы, и ты, дорогой Арман, вместе с нами обязан по статусу открывать этот музыкальный менуэт. Надеюсь, пару ты себе уже подобрал? – последние слова Катрин сопроводила самодовольной улыбкой, рассматривая Изабель.

– Прекрасная Катрин, подобрать никого не удалось! – под удивленные взоры девушек с напускной грустью начал я оправдываться. – Все царевны-лягушки куда-то исчезли! Но зато я успел поймать, пытающуюся вырваться в небо, голубку! И теперь, чтобы она не смогла упорхнуть, приходится держать ее все время за руку.

Все вежливо засмеялись над этой незатейливой шуткой, но Катрин решила продолжить эту веселую тему.

– А ты, граф, окольцуй ее! Тогда все будут знать, что эта птичка принадлежит только тебе, – с прищуром начала она меня провоцировать.

– Согласен с тобой графиня, но боюсь, что баронесса слишком горда, чтобы кто-то посмел на нее заявить свои права! По этой причине я решил пойти по более жесткому сценарию, нам бы только дойти до ближайшей кузни!– с наивным выражением пожал я плечами.

– Узурпатор! Ты собираешься посадить меня на цепь? – со смехом возмутилась Изабель.

– Что ты, дорогая, пока ограничимся клеткой! – продолжил я и добавил уже шепотом – какое-то интуитивное чувство свербело в моей душе. – Милая, это все глупая шутка! Если честно, то меня теперь почему-то беспокоит только твоя безопасность.

Я никак не мог освободиться от гложущего меня чувства опасности. Что-то из увиденного сегодня в этом дворце давило на мозг холодом угрозы. В чем причина этого ощущения, я пока понять не мог. Мои размышления прервал мажордом, появившийся на подиуме перед оркестром. Он призывно похлопал в ладоши и предложил всем занять свои позиции для танцев. Пока мы шли к подсказанному Катриной месту, Изабель с беспокойством смотрела на меня, видимо, опасаясь кавалерийских вывертов во время танца.

– Дорогая, не переживай, я на самом деле очень хорошо вальсирую, а уж менуэт вообще не представляет для меня трудности, – успокоил я ее, занимая место в двухрядном строю и в очередной раз с восхищением рассматривая эту девушку. Всего неделя знакомства, но мне казалось, что я знаю ее уже целую вечность. Открытость и простота общения с ней окончательно разрушили все мнимые преграды, и теперь она стала для меня самым близким человеком. Зазвучала музыка, и мы начали в ее такт перемещаться по паркету, совершая движения, немного схожие с гимнастикой ушу. Наклоняясь в изысканном поклоне, поворачиваясь и подхватывая ладонь Изабель, я старался правильно и в нужный момент выполнять необходимые па. Изабель успокоилась и уже смотрела на меня спокойно, словно педагог на безошибочные движения ученика у балетного станка. Что скрывать, я очень волновался, но после пары верных позиций и одобрительных взглядов, незаметно выдохнул с облегчением. Краем глаза я заметил, что Шарль бочком покинул свое место и пошел в сторону соседнего зала. Понятно, эти, по его мнению, кривляния не могли привлечь его внимания. В соседнем зале стояли накрытые столы с яствами, и барон решил не терять время даром. Благо Жозефина не осталась в одиночестве. Как можно догадаться, рядом с ней образовался Антуан де Бомон, и они вполне мирно беседовали. В позах молодых людей, вначале разговора, просматривалась некоторая скованность, но по мере беседы видимое отчуждение растаяло, а на лицах уже мелькали счастливые улыбки. Что же, я совсем не против, конечно, Жозефина еще слишком молода, но за здоровье девочки я был спокоен. За мной стояли медицинские ресурсы целой цивилизации. Музыка смолкла, и все пары на мгновенье замерли напротив друг друга в первой фигуре. Я шагнул к Изабель и под удивленные взгляды окружающих, сняв шляпу, склонился, целуя ее пальчики.