Владимир Бабушкин – Борей. Книга 3. Искины (страница 10)

– Извини, граф, я слегка погорячился! Но я бы советовал тебе не прибегать к самосуду! – склонив в почтении голову, ответил мне этот умный человек.

– О каком самосуде идет речь? Мой основной принцип – призыв к совести! А я тут при чём, если, к примеру, завтра появятся новые последователи Алена Паризо? Ты даже представить себе не можешь, на какие муки готовы пойти просветленные преступники для того, чтобы заглушить в себе эти внутренние терзания! Знаешь, мне кажется, что они все принесут мне свои признания в содеянном. Я, в этом случае, обязательно передам тебе эти откровения, полные раскаяния и искреннего покаяния!

Возмущение в глазах следователя сменилось сожалением. Шериф, как честный человек, подумал, что по долгу службы ему придется разгребать последствия обещанной Арманом вендетты. А ему не хотелось ссориться с этим смелым дворянином, которому он искренне сочувствовал. Но он был профессионалом своего дела и даже не мыслил поступиться своими принципами.

– Граф, я вынужден предупредить тебя! Я буду тщательно расследовать случаи с «новыми последователями». И мне будет искренне жаль, если кто-то из твоих людей, а тем более, если ты сам окажешься причастным к этому делу, – сыщик смотрел мне в глаза с вызовом.

– Что же, я рад, что мы услышали друг друга! И я нисколько не сомневаюсь в твоей порядочности! Однако впредь прошу тебя больше обращать внимание на факты! Флейты, перья ворона и монеты во рту – это всего лишь предмет пересудов для публики. А вот предсмертная записка, написанная в порыве раскаяния – это уже неоспоримый факт! А если к ней еще прикладывается список ужасных злодеяний, написанных несчастным перед своей кончиной, то на эту сопровождающую мишуру можно и не обращать особого внимания. Остальное – это домыслы и легенды, люди все равно исказят по-своему!

Мы вежливо раскланялись, и я вернулся к своим друзьям. Но оказалось, что уровень моей популярности на этом рауте существенно приподнялся. К нам приближался богато наряженный брюнет возрастом около тридцати лет.

– Граф, баронесса, разрешите представиться – барон Николя де Сен Марк, – назвал свое имя этот холеный господин. – Прекрасная Изабель, позволь пригласить тебя на следующий танец?

По моему мнению, это был просто повод для разговора. Танцевать после последних событий не было желания ни у меня, ни у моей невесты. Мы оставались на приеме только из вежливости, а все праздничное настроение мгновенно испарилось после покушения. Этого аристократа я видел впервые, но то, что именно он затеял ссору с моей племянницей в гостинице, я помнил очень хорошо. Оценив его внешний вид и мимолетно проявившиеся манеры, я внезапно осознал, что такой человек не оставит без ответа унизительные последствия дуэли. Слухи о поединке уже пошли по городу, причем, как докладывал мой «диверсант», с довольно обидными подробностями. А вдруг, это и есть тот человек, «заказавший» Жозефину? Эта мысль разрядом ударила мне в голову, и я посмотрел на Шарля в поисках поддержки своей догадки. Мой друг отчаянно мне «семафорил» глазами. Нужно было переходить на «мыслесвязь». Мое кольцо безжалостно вибрировало на пальце. Но как активировать протокол без ключевого слова «Борей» на русском языке, мы не продумали.

– Извини, барон, но после этих страшных событий у меня пропало всякое желание вальсировать, – подтвердила мои предположения Изабель. Я вдруг заметил, что девушка слегка скривила свое личико в брезгливой эмоции. Причину этого я также уловил – от барона веяло характерным амбре перегара. Как говорят в таких случаях: «Если у Вас изо рта пахнет луком, съешьте головку чеснока!»

– Очень жаль, баронесса, хотя я мог бы и сам догадаться, что мое предложение весьма не своевременно. Но ты сегодня выглядишь так восхитительно, что это помутило мой разум! Слава Богу, не ты, не Жозефина не пострадали, – вежливо поклонился барон и продолжил, обращаясь уже ко мне: – Надеюсь, шериф быстро найдет преступников, я заметил, граф, что он подходил к тебе. Что-то уже известно?

Вопрос был чересчур прямолинеен и слабо оправдывался сложившейся ситуацией, но барона явно беспокоило отсутствие оперативной информации, а возлияния лишили его инстинкта самосохранения.

– Действительно, полчаса назад умер некий Ален Паризо. По словам шерифа, его повесили в парке на фонарном столбе. Эта банда уже начала «зачищать хвосты». Но надеюсь, шериф сможет размотать эту ниточку и «Борей» ему поможет! – под удивленный взгляд собеседника, ответил я и поправился: – Извини, уважаемый Николя, «Борей» на языке племени маракоя – бог правосудия!

– «Наконец-то ты разглядел мою истинную, божественную сущность! «На пятый день индеец Тачечана понял, что в его тюрьме четвертой стены нет»! Теперь по делу! Этот чел уже с месяц как префект полиции. Самое интересное, через неделю своего пребывания в должности он умудрился выкупить свой особняк из залога! Ни на что не наталкивают размышления? Кроме того, этот барочник приказал шерифу сразу, без допроса, перевести наших фигурантов в муниципальную тюрьму! А по дороге их отбили бандиты! При всем при этом он наверняка затаил обиду на нашу девочку за унижение на дуэли! Есть все основания думать, что он связан с криминалом и именно он «заказал» Жозефину!» – в голове звучали взволнованные эмоции Борея, решившего головоломку. Вся эта информация промелькнула в голове, практически, мгновенно. Тем временем новоиспеченный префект вновь включился в разговор:

– Ален Паризо? Это же один из преступников, сбежавших от правосудия по вине этого безалаберного шерифа! Воистину рука Господа всегда вовремя карает преступников! Жаль, что твой кузен не сможет помочь в поиске остальных фигурантов. Хотя, судя по всему, и Соломон был далеко не ангелом, – взгляд собеседника стал острым и сосредоточенным.

– А что помешает этому великому мистификатору найти бандитов? Не очередная ли его смерть? Блажен, кто верует! Да и насчет его сущности ты, конечно, прав он совсем не ангел, а скорее паладин! – уже не скрывая неприязни, ответил я. – Мало того, я думаю, что его нукеры уже встали на тропу войны! И смерть Алена Паризо – это косвенное подтверждение этого. Но ты, мой друг, не переживай, завтра мы все узнаем виновных в покушении. Этот ваш «Черный ворон» думал, что поймал сочком тигровую бабочку, а на самом деле неосторожно разбудил полосатого хищника. У бедолаги теперь только один шанс в чистом поле – это если котик поскользнется на его экскрементах. Но он почему-то совсем не вызывает у меня сочувствия.

– Что же, граф, – тигр, согласись – это достойный трофей! У меня на стене висит много голов животных, шкура этого представителя кошачьих хорошо будет смотреться на полу кабинета, иногда и жертва может превратиться в охотника, – с вызовом ответил барон. Он явно перебрал и от этого практически потерял осторожность. С другой стороны, он наверняка уверен в своей безнаказанности – этот траппер думает, что я не знаю о его засаде.

– Тогда удачной охоты! А я посмотрю с трибуны цирка на это увлекательное зрелище! Не смею больше тебя задерживать, уважаемый барон де Сен Марк, – изобразив легкий поклон, я вновь развернулся к своим друзьям. Катрин с Жаном и Изольда со своим кавалером кружили в танце и рядом со мной остались только дорогие мне люди.

– Изабель, дорогая, если мы сейчас уйдем отсюда «по-английски», не прощаясь, это будет невежливо? – с надеждой посмотрел я на баронессу.

– Не думаю, мы выполнили все правила протокола и покинуть раут можно в любой момент, а наши друзья, как это не странно, будут этому даже немного рады. Что за удовольствие смотреть на наши кислые мины! – обворожительно улыбнулась Изабель.

– Замечательно, милая, вот тебе моя рука, а ты, Шарль, послужи нам до выхода тараном. Только прошу тебя, без фанатизма! Вежливо улыбаемся и кланяемся, – мы импровизированным клином прошли за спины зрителей и спокойно направились к выходной двери в достаточно свободном пространстве. Наша карета, как ей положено, стояла в двадцати шагах от парадного крыльца. Мы расселись на места, я умостился рядом с Изабель, Шарль с Пьером сели напротив нас.

– Шарль, друг мой, мне кажется, что мы могли бы сделать кольцо связи для баронессы, – вспомнив о своем девайсе, обратился я к своему соратнику.

– Зачем делать то, что и так есть на ее руке! Перстень, который ты просил меня сделать, обладает полным функционалом. Госпожа де Ланси инициирована и может спокойно пользоваться этой услугой, – буднично поведал мне эту новость Шарль

– Изабель, давай проверим эту возможность. Надень перстень на безымянный палец правой руки, смотри на него, словно хочешь услышать ответ, и вызови Борея. Общаться можно только на русском языке, и для защиты от подслушивания мы это менять не будем. Ты я заметил, уже понимаешь этот язык. Попробуй, дорогая! – с надеждой посмотрел я на притихшую в волнении девушку.

– Борей? – произнесла Изабель кодовую фразу и стала прислушиваться к своим ощущениям. В какой-то момент я увидел, что она вздрогнула и удивленно посмотрела на меня рассеянным взглядом.

– «Раз-раз-раз, часы, трусы, противогаз! Хьюстон, Байконур, кто меня слышит, прием? Земля, Земля, я Хабибуллин, кто я?⁽²⁾» – внезапно раздались в ее голове частью незнакомые фразы.