18+
реклама
18+
Бургер менюБургер меню

Владимир Бабкин – Император мира (страница 38)

18

– Ваше Высочество.

Жилин склонился в глубоком официальном поклоне. Принцесса слегка кивнула:

– Советник.

Волконский меж тем продолжил:

– Думаю, что господин Жилин сможет в ближайшие дни представить на суд Вашего Высочества несколько вполне достойных кандидатур из числа тех, кто находится сейчас в Италии. Если же Ваше Высочество соблаговолит, то мы вполне можем выписать для Вашего Высочества прекрасных учителей прямо из России. Единственное, что омрачает мой оптимизм, так это расстояние и война, которая заставит добираться до Италии окольными путями. По этой причине, я бы в первую очередь рассматривал бы тех, кто уже здесь.

– Благодарю вас, князь!

Личный посланник русского Императора обозначил поклон и добавил:

– Ваше Высочество, прошу вас располагать мной и господином Жилиным. Думаю, что господин Жилин может быть полезен Вашему Высочеству и в деле охраны личных тайн. Кроме того, статский советник весьма сведущ в делах закулисных.

Помощник князя Волконского склонился в глубоком поклоне и сказал:

– Ваше Высочество может располагать мной так, как сочтет нужным.

– Благодарю вас, советник. Думаю, что нам будет, о чем поговорить в ближайшее время. И я жду от вас кандидатуры на преподавание мне русской словесности.

– Все будет, как прикажет Ваше Высочество!

* * *

МОСКОВСКАЯ ГУБЕРНИЯ. ИМПЕРАТОРСКАЯ РЕЗИДЕНЦИЯ «МАРФИНО». 8 (21) июня 1917 года.

С утра в усадьбе было тихо и непривычно пусто, поскольку Георгий и остальная имперская пионерия укатили в Москву в рамках организованного культпохода. Экскурсии всякие, музеи, посещение гаражей Собственного моего Величества бронедивизиона и Большого театра, где им будет петь сам Шаляпин. И пусть не смущает такое разнообразие в программе, чем разносторонне моя пионерия будет образована, тем лучше для будущего. А на будущее у меня были кое-какие планы.

Тем более что менее чем через месяц предстоит им переехать отсюда в Звездный городок, где сейчас полным ходом идет строительство всего и вся, включая учебные корпуса, жилые блоки, лаборатории, мастерские, гаражи, стрельбище и тиры, аэродром, ангары, эллинг для дирижабля и причальная мачта.

Разумеется, выполнялись в основном пока работы лишь первой очереди, поскольку успеть все к сентябрю было физически невозможно, несмотря на привлечение мной значительных сил Инженерно-строительного корпуса. Но все было и ненужно сразу. Тем более что Звездный университет я планировал открыть только в следующем году. Это был куда более масштабный и амбициозный проект, значительно превосходящий по своему масштабу Звездный лицей, особенно с учетом того, что там не только будут жить и работать студенты, но и планируется создание серьезной научно-технологической базы, позволяющей проводить масштабные исследования и разработки.

Но все это будет позже. А пока все силы брошены на подготовку к началу учебного года в Звездном лицее. Причем, если работы в Звездном городке были, так сказать, у всех на виду, то вот огромная организационная работа по отбору более-менее подходящих сирот по всяким приютам и отдельным семьям, оставшимся без кормильца, велась не так явно. Но Корпус Служения в этом вопросе вел серьезную работу по всем губерниям европейской части России. Дальше мы пока не добрались, но это было и физически невозможно в установленные сроки.

Вообще же, Корпус Служения развернулся во всю ширь. Были сформированы отдельные батальоны территориальной милиции в Москве, Петрограде, Киеве и Одессе, а также отдельные роты в губерниях и областях. Шли занятия и обучение, а после учебы добровольцы из территориальной милиции помогали полиции поддерживать порядок в городах. Во многих городах были сформированы комиссии из фронтовиков, уволенных в запас по разным уважительным причинам, и эти комиссии брали на контроль всю систему помощи ветеранам, семьям погибших и увечных, помощь раненым и демобилизовавшимся. В первую очередь, помимо помощи семьям, утратившим кормильца, речь шла о том, чтобы помочь ветерану устроиться в городе, получить какую-то профессию. На базе Корпуса Служения открывались курсы шоферов, механиков, трактористов и прочих специалистов. Чем меньше недовольных вернется в деревни, тем лучше.

Параллельно с этим шла подготовка к всероссийскому съезду членов Корпуса. Писались наказы, шли дебаты, полыхала полемика. Особенно в части грядущего Съезда Аграриев и обсуждаемого «Закона о земле».

* * *

МОСКОВСКАЯ ГУБЕРНИЯ. ИМПЕРАТОРСКАЯ РЕЗИДЕНЦИЯ «МАРФИНО». 8 (21) июня 1917 года.

И тут в Швеции разорвалась информационная бомба эпических масштабов. Каким-то образом яростному критику и противнику «проклятого царизма» господину Пропперу удалось раздобыть сенсационные сведения – «русские что-то скрывают!»

Были опубликованы фотографии Сухаревской башни и материалы, как сказали бы в мое время, журналистского расследования, в результате которого утверждалось, что масса очевидцев в Москве видела, как под покровом ночи, на трех грузовиках, в башню были доставлены некие ящики, которые были привезены той самой экспедицией к месту катастрофы некоего объекта, который, вполне возможно, является аппаратом, прилетевшим с Марса.

В статье описывались меры строгой секретности, которые окружали эту экспедицию в целом и доставку этих ящиков в частности. Не забыли в статье и о мрачной славе самой Сухаревской башни, утверждалось о том, что многие оккультисты верят в то, что где-то в стенах башни спрятан могущественный артефакт – Черная книга колдуна Якова Брюса.

Газета утверждала – почти наверняка в руки «проклятого царизма» попали найденные на Подкаменной Тунгуске обломки марсианского корабля, а может, и сами марсиане. А если это и не так, то не вызывает сомнения тот факт, что меры властями Российской Империи принимались спешные, но чрезвычайно тайные. Но разве может сохранить тайны прогнившая государственная машина царизма?

Ну, и в таком вот духе. В общем, Станислав Максимилианович был в своем репертуаре и клял нас и меня лично на чем свет стоит.

И главное. В качестве доказательства была приведена фотография этих самых ящиков, в тот момент, когда их выгружали из чрева дирижабля. И утверждалось, что сейчас полным ходом идет подготовка дирижабля «Гигант» к новому полету к месту взрыва.

Нужно ли говорить, что мы все решительно отрицали? «РОСТА уполномочен заявить: Первое – никаких обломков корабля, тел марсиан или иных объектов внеземного искусственного происхождения экспедицией найдено не было. Второе – вся описанная в газетах сенсация является выдумкой от первого до последнего слова. Третье – в упомянутой Сухаревской башне находится всего лишь архив Министерства обороны. Четвертое – подготовка дирижабля «Гигант» к выполнению задач ведется в плановом режиме и никак не связана с темой Марса». Ну, и в таком духе.

В самом же Министерстве обороны поднялась нешуточная суматоха, когда выяснилось, что работавший на месте разгрузки офицер-фотограф пропал. К его розыску и поимке были привлечены так же силы Отдельного Корпуса жандармов.

В общем, все были при деле.

* * *

МОСКВА. КРЕМЛЬ. ДОМ ИМПЕРИИ. 9 (22) июня 1917 года.

Экстренное заседание Совета Безопасности Империи было созвано ввиду чрезвычайных обстоятельств, которые сегодня складывались в Европе. Докладывал Министр иностранных дел.

– Как вам известно, господа, вчера вечером в Бресте было достигнуто соглашение между представителями Верховного Военного Комитета и делегацией Парламента. Стороны договорились о создании совместного комитета «Единая Франция», к которому перейдут функции Временного правительства. Во главе «Единой Франции» должен стать генерал Петен, его заместителем и, по совместительству, Военным министром станет маршал Лиотэ. Вооруженные силы Франции должны подчиняться «Единой Франции». Договорено, что после восстановления порядка будет созвано Учредительное Собрание, которое должно определить дальнейшую форму правления в государстве, а также переучредить все властные структуры в центре и на местах. В связи с этим, я рекомендую принять решение о признании «Единой Франции» законным правительством. Это тем более важно в контексте шокирующих новостей из Компьена.

Да уж, новости с утра действительно шокировали. Я всякое мог предположить, но такое! Всего несколько дней переговоров и делегация Второй Коммуны вдруг подписывает мирный договор на совершенно кабальных условиях – Париж признает независимость Государства Бургундия, Государства Шампань и Государства Пикардия. Три новых карликовых государства-лимитрофа должны протянуться от швейцарской границы и до Ла-Манша, отрезая Францию от Германии и Бельгии.

И все бы ничего, но откуда ни возьмись нарисовались «правительства» этих самых «государств», которые немедленно обратились к Берлину с просьбой о признании и предоставлении военной помощи для «защиты независимости». Военной помощи в виде ввода войск.

Не знаю почему, но у меня в голове крутилось неуместное:

«Двадцать второго июня, ровно в четыре часа…»

Глава 12. Театры действий и бездействий

МОСКОВСКАЯ ГУБЕРНИЯ. ИМПЕРАТОРСКАЯ РЕЗИДЕНЦИЯ «МАРФИНО». 11 (24) июня 1917 года.

— Подводя итоги аналитического обзора, следует особо отметить появления единодушия наших союзников, как действующих, так и потенциальных, в этом вопросе. «Единая Франция» и Временное правительство во главе с генералом Петеном, признаны не только парламентом в Руане. Великобритания, Россия, Италия и Япония также подтвердили свое признание правительства Петена, а США заявили о всемерной поддержке «Единой Франции». Таким образом можно констатировать появления первых реальных признаков стабилизации ситуации на французской земле. Особенно с учетом позиции Парламента в Руане, который подавляющим большинством голосов одобрил подписанные в Бресте соглашения, и согласился признать Временное правительство Петена единым и официальным правительством Франции. Разумеется, там не было единства относительно кадрового состава означенного правительства, равно как и ныне нет единения относительно грядущей формы правления в государстве, но нужно отдать должное депутатам, поскольку у них хватило ума и чувства страха, дабы отделить принципиальные моменты самого существования Франции от каких-то сиюминутных оппозиций. Так что, не считая разного рода социалистов, удалось добиться относительного единства среди поборников восстановления силы прежней Франции.