Владимир Атомный – Бастион: Хрустальный плен (страница 33)

– Не, ты ошибся.

– Да чёрт подери, она же сказала, что ты теперь её парень! – потряс он меня.

Я поглядел на его руки. Вернул взгляд обратно.

– Я?

– Да!

– Это ошибка. Прости, мне надо идти, – проговорил я и отвернулся.

– А ну постой!

– Христов! – услышал я голос Валентины. – Я же тебе сказала без скандалов!

– Я должен выяснить с ним отношения! – заявил Христов.

– Нечего выяснять. Между нами не было ничего, – хлестнула словами девушка.

– Но как же обед в столовой?

– Тогда мест не было, а я хотела кушать.

– Но ты же улыбнулась мне, – дрогнул он голосом.

– Это банальный этикет, – отмахнулась дочь Императора.

– А как же наши разговоры? – чуть ли не взмолился Христов.

– Ну-у…– знакомо протянула она. – Ты был интересный, но теперь всё. Матус – мой единственный мужчина.

Услышь я такое в обычное время и от такой девушки – свихнулся бы от эмоций и чувств. Сейчас же обернулся и спрашиваю:

– Почему я узнал об этом только сейчас?

– Ну-у… я не сразу поняла, что влюбилась, – поковыряла она землю носочком ботинка. Я обратил внимание, что волосы распущены. Рыжие вьющиеся локоны до колен.

– Влюбилась? – одновременно спросили мы с Христовом, только он чуть не взвизгнул.

– Да, – отзвучал её ответ.

Я подумал, что эту ситуацию всё равно придётся решать, но не сейчас.

Произношу:

– Давай хоть номерами обменяемся и в Сети добавь в друзья.

– Давай! – охотно отозвалась девушка, доставая роскошную модель флагмана в керамическом корпусе. – И это, Христов, мог бы оставить нас? Мне нужно поговорить с Матусом о личном.

– Хорошо! – бросил тот. Круто развернулся и быстрым шагом двинулся обратно.

После того, как я добавил Валентину в контакты, она произносит:

– Матус, а ты не мог бы… ну-у, не рассказывать о случившимся особо?

– Друзьям и знакомым, близким и родным? Я и не собираюсь посвящать простых людей в реальность существования магии.

– Речь о не совсем простых, – замялась она, бросая на меня осторожные взгляды красивых и ярких глаз, стоит отметить. – Таким, через коих об этом мог бы узнать мой отец.

Я хотел скорей пообещать и ползти к автобусу дальше, но внутри возникло предчувствие.

– Посмотрим на твоё поведение, Валентина.

– Поведение? – изумилась ведьма.

– Именно. Если будешь достойно себя вести, то я не попрошу у отца номер Исинн Георга и не передам через него весточку твоему отцу.

Не без тени удовольствия, я смотрю на изменившееся лицо Валентины. Нигде и никогда бы не стал шантажировать девушку, тем более столь яркую и необыкновенную, но плечи уже ощущают тяжесть ответственности за неё. Совершенно стихийная сила, выбравшая отчего-то тело юной наследницы Императорского рода, представляет непосредственную опасность для уютного и лампового мира моего города и моей Империи. Простые люди не должны знать и догадываться, что ждёт их за порогом реальности. Уж если я остолоп угодил в Истому, то буду на передовой оберегать покой любимых мной жителей Симфонии.

– А что ты имеешь в виду, под поведением? – осторожно спросила она, отчего-то зарумянившись. – Я вообще девушка приличная и если ты попросишь…

– Валентина! – осёк её я. – Во-первых, веди себя, как приличная девушка и не заводи разговоров на неприличные темы, – отчеканил я. – Во-вторых, силу свою держи в узде. Наверняка куче парней уже мозги свинтила.

– Так они же сами…– начала она, искренне оскорбившись.

– Валентина, я чуть в озабоченное животное не превратился благодаря тебе. Имей совесть, это же стыд и позор для парня, потерять человечность, забыть о чести и достоинстве. Пожалуйста!

– Ладно, – буркнула она. – Примешь меня в Бастион?

“Что?!” хотелось крикнуть мне, но вновь осёкся. После всего увиденного, мне будет проще наблюдать за ней в Бастионе. Пока не вернётся Вероника и не поможет решить эту Проблему с именем Валентина Стрём.

– Хорошо, но ты должна обещать мне, что кроме своих впечатляющих внешних данных, ты больше ничем моих ребят охмурять не будешь. Договорились?

– М-м, прозвучало как комплимент, – улыбнулась она, став краше прежнего.

– Договорились или нет? – нахмурился я, скрывая под грозным видом восхищение. Всё же Валентина – пламя во плоти, страсть заточённая в прекрасный сосуд Мастера.

– Договорились, – опустила она глаза.

– Вот и хорошо. Ладно, Валентина, я пойду. Вон уже фарят, увидимся ещё, – слабым голосом сказал я.

– А обняться на прощание?

– Обняться? – бросило меня в смущение.

– Да, а что тут такого? – приблизилась она. – Это же не как там, в Изнанке.

С пылающим лицом, я прижал девушку к себе. Каждый орган чувств постарался донести мне оду этой близости, но я героически отбивался и не поддался соблазну развивать мысли.

– Спасибо, – прошептала она на ухо и отстранилась, вернув на лицо и в походку императорскую надменность. Вьющийся поток послушных и идеально расчёсанных волос стал мне обещанием, как полыхающий закат – жаркого дня.

В кресло я не сел, и даже не упал, а ввалился на последнем издыхании, едва в сознании.

– Ой! – вскрикнула Агния, со страхом воззрившись на остатки формы на мне. – Что случилось, Матус?

– Тс-с! – зашипел я и заговорщицки подмигнул. – Нам нельзя привлекать внимания.

Молча вскипел от досады. Почему Валентина сняла иллюзию?!

Агния немного успокоилась и села. Я ободряюще улыбнулся.

– Не бойся, всё уже хорошо, – взял я её руку в свою. – Кое-что случилось, но уже позади.

– Точно-точно? Матус, у меня сердце разболелось. С тобой всё хорошо? – зашептала ангелок.

– Точно-точно. Обещаю. И будет тоже всё хорошо.

Взгляд девушки прояснился.

– Хорошо. Я верю.

Вот, что меня вдохновляет и заряжает, так это её ангельский голос, интонации в нём и слова.

– Сейчас решим проблему…– проговорил я и достал смартфон. – Валентина, ты зачем сняла иллюзию?

– Ой! Ну-у…– тут я словно наяву увидел, как она крутит носочком обуви. – Я просто уже домой еду и решила убрать. Погоди, сейчас верну для тебя.