Владимир Атомный – Бастион: Хрустальный плен (страница 30)

Уже собираясь в Трисмегист, получил известие, что матч одобрили. Назначен на понедельник следующей недели. Я тут же спросил, как составить список группы поддержки, организовать транспорт и прочее. К вящему облегчению, члены учсовета взяли всё на себя, и я только попросил включить в поддержку Волох Агнию.

После недавних разборок, атмосфера в клубе начала налаживаться. Пусть не сразу, но мосты стали крепнуть. Теперь, помимо результатов исследований, планирования экспедиций и небольшой руководящей деятельности, я уделяю внимание и атмосфере.

Деятельность вошла в размеренное русло. Пока Вероники нет, не будет и экспедиций, а значит можно штудировать библиотеку, сортировать информацию и пить ароматные чаи. Я больше кофе люблю, но от чая не отказываюсь. Дабы рутина не надоедала ребятам, решил больше уделять времени перерывам и разговорам. Даже играм. Это, к тому же, сблизит коллектив после недавнего.

Вечером долго любовался на кристалл Вероники. Голубая жидкость, похожая на туман, мерно плескается в объёме, а фантазия рисует море и замок на мысе, в котором заточена девушка. И это море бъётся о его скальное основание.

Глава 21

Матч по волейболу между Бастионом и Ростком – это большое событие для нас и рядовое для города. Ружияр, как и Империя в целом, регулярно проводит спортивные мероприятия, всецело ратуя за активный образ жизни каждого жителя. Благодаря этому, если есть желание заниматься какой-либо дисциплиной, то всегда будет возможность поступить в секцию на бесплатной основе, либо с существенной скидкой. В купе с развивающейся медициной и правильной информационной политикой, подобный подход привел к снижению заболеваний и повышению средней продолжительности жизни.

Для активного проведения уроков физкультуры, в Бастионе есть всё необходимое. Но мы больше научная школа, чем спортивная, поэтому, в грядущем матче нашим ребятам будет непросто.

Играем мужской и женскими командами, в которые попали наиболее высокие ученики Бастиона, насколько мне ведомо.

В школу примчал рано. Из учсовета один Сиг пришёл раньше, да и то по традиции выполняя утренние упражнения и разминку на улице, где много снарядов и тренажёров. Поздоровались. С ощущением приятного присутствие оружия на поясе, я двинулся ко входу в школу.

Зайдя в кабинет проверил пару бумажных итоговых документов и окунулся в электронные. Меня вновь поглотило напряжение организатора, как тогда, во время Дня Основания.

Вскоре собрался весь совет. Я продолжил терзать каждого на предмет их работы, и спустя полчаса немного успокоился, заливая в себя чашку за чашкой кофе.

Автобусы прибыли ровно в восемь. В сумраке утра, математическое скопление их габаритных огней и ближнего света, производит внушительное впечатление. Три поместились на парадной площади, еще три остались припаркованными перед школой.

Вокруг озябшей группы учсовета, понемногу стали скапливаться старосты, отвечающие за группы поддержки. Подошёл Василий – тренер и пока единственный взрослый в нашей компании. А потом начался напряжённый момент посадки. Ребят много, но благодаря старостам и самим ученикам сильно не бедокурили. В этот момент, считая и провожая группы, одетые уже частично в зимнюю форму, я с тоской осознал, как родителям иногда с нами трудно.

Подобно ветру разгоняющему туман, так и образ Агнии смёл тоску и напряжение. По спискам, её место в пятом автобусе, но мне хочется быть рядом. Вспомнил, что в головном транспорте, с забронированными для Администрации, учсовета и старост местами, есть одно свободное. Как раз для Агнии.

– Привет! Не холодно? – спросил я подошедшую девушку, так щедро дарящую тепло своей улыбкой.

– Бр-р-р! Пр-р-ривет. Вр-р-роде нет, – отозвалась она и я даже рассмеялся. Выдалась минутка на разговор.

– Заметно, – ответил я снимая пиджак и накинув ей на плечи. Форма блеснула холодным блеском в слабом утреннем свете.

– Спасибо! Надо было зимнюю надеть.

– Вот-вот, – проговорил я и указал на сумку в руке, – что собралась рисовать?

– Ну, – смутилась девушка-ангел, – вдруг моменты будут особые.

– Молодец! Ладненько, мне пора. Садись в первый автобус, – я поднял руку, показывая, где тот припаркован, – на седьмое место.

– Погоди, у меня же пятый? – растерялась она.

– Уже нет, – я широко улыбнулся. – Александра я поставлю в известность.

– Хорошо, – мило кивнула она, дернув двумя косичками и пошла к первому.

Вскоре удалось всех рассадить. Двоих нет по уважительным причинам, третий проспал. Сверив последнюю группу со списком, я побежал к голове вереницы автобусов и поднялся в тёплый салон комфортного пассажировоза. Не новый, но в очень хорошем состоянии, он напомнил мне Живицу и то отношение Империи к заведениям и их ученикам, выражающееся в большой щедрости. Автобусы предоставил муниципалитет города.

Агния, сбросив ботинки, забралась с ногами в кресло и дремлет, завернувшись в пиджак. Меня даже попросили подвинуться – так залюбовался видом. Осторожно сел на своё место, но её лёгкий сон был уже потревожен, как утренняя гладь озера от всплеска рыбки.

– Закончил? – спросила она.

Автобус тронулся.

– Ага, первый акт закончен. Теперь будет рассадка по местам в зале, потом встреча родителей, пожелавших приехать и, наконец, игра.

Агния покачала головой.

– Тяжело тебе.

– И да, и нет, – проговорил, задумавшись я.

– Почему нет? – удивилась она, взмахнув пару раз пушистыми ресницами.

– Это примерно тоже самое, что твой художественный труд. Несомненно, требующий больших усилий, но ведь нельзя выразить твоё отношение к нему, как “тяжёлый и не желанный”?

– Нет, наверное, – призадумалась Агния. – Просто между желанием нарисовать, примерным образом в голове и конечным рисунком, лежит он – труд.

– Можно сказать, что он вписан в общую картину жизни и без него она и не жизнь, – подхватил я.

– Ах, Матус, ты красиво всё описал, – смущённо похвалила девушка.

– Как и ты, небесных чертогов юный хранитель, – выпалил я и чуть язык не прикусил, спохватившись.

Агния захлопала ресничками, одаряя меня взглядом серых жемчужин.

– Ой, а это как? – смутившись, но и озадачившись, спросила она.

Я облегчённо рассмеялся и, не удержавшись, потрепал её по голове.

– Это хорошо, Агния, не бери в голову.

Старшая школа Росток находится в старинном районе городе, восточнее Золота Симфонии. Традиционно, все императоры Империи учились в Ростке, как и члены их семей. Территория огромна, а здания не превышают трёх этажей, не считая недавно отстроенного восьмиэтажного корпуса. Если сравнивать правила поведения, то в Ростке они строже. Сказывается спортивный, а раньше боевой уклон. Со слов Карла и Лидии, встречающих нас возле ворот, в прошлом выпускники отсюда попадали на службу в армию Императора. Что отразилось и на форме – темно-серая и больше похожа на полевую военную.

На территории всё носит декоративный и культурный характер. Деревья, из тех что есть, карликовые и вписаны в общую композицию из дорожек, беседок, прудов и мостиков. Основные цвета зданий – голубой и серый. Стоило въехать на территорию, как возникает стойкое ощущение старины. Время здесь замедляет ход.

Возле главного дома, где расположены помещения Администрации, учсовета и зал для совещаний, мы остановились. На небольшой площадке проходит встреча управляющих органов двух старших школ. Я оробел и остро ощутил нехватку Вероники.

Впрочем, официальная часть кончилась быстро. Мы проехали дальше, к комплексу “ШБМ”, как его назвал Карл, тут же пояснив, что это устаревшее, но прижившееся название. Тут много зданий старой постройки с огороженной территорией и надстройками, увеличивающими высоту. Как я догадался, это и есть спортивные залы. К самому крупному, с практически не оставшимся следами старины, мы и подъехали.

Началась активная часть моей деятельности, хорошо еще, что встречу взрослых зрителей, взяли на себя ростковцы. Мои родичи тоже приехали, и мы даже обмолвились парой слов.

Изнутри зал оказался прямо противоречащим внешнему, пусть и остаточному, виду. Это сверхсовременный комплекс для проведения спортивных тренировок и мероприятий. Кругом экраны и указатели, отличный свет и совершенная акустика. Я несколько недоумевая спросил Карла об этом.

– Многие из Совета, Администрации и даже муниципалитета – выходцы из Ростка, – отвечает он, поглядывая на процесс заполнения трибун. – Им тяжело расстаться с внешним обликом полюбившейся школы. Тем более, мы учимся на год больше вашего. Вот и стараются исполнять указы о переоснащении, максимально сохраняя внешнюю часть. Восьмиэтажка стала неким символом, не вписываясь в дизайн настолько, что обнуляет все последующие попытки перестроить старое. Но у нас проблемы с площадями, если прямо сказать. По численности учеников, мы превышаем Бастион в три с лишним раза. Заметь, сюда даже ведут ветку новейшего транспорта – струнного пути. Это значительно снизит транспортную нагрузку на район.

Я внимательно и удивлённо выслушал его. Теперь-то понятны такие метаморфозы.

– Кажется, у наших ребят нет шансов на победу…– констатировал я.

– С чего бы? – улыбнулся он.

– У вас не только уклон спортивный, но и количество играющих выше. А значит и шанс на привлечение в команду гениев.

– Разумно, – покивал он. – Только в Бастион отбор строже. То есть у вас по умолчанию попадают выдающиеся ученики. Их спортивная форма является залогом хорошей деятельности мозга, а значит отвечает требованиям научного уклона.