Владимир Атомный – Анастасия, ты прекрасна! (страница 71)

— Дурак! — воскликнула она и кинула в меня подвернувшейся под руку губкой. — Не смущай меня, пожалуйста.

— Прошу прощения.

— И так тяжело сказать, а ты ещё… — Насте потребовалось время, чтобы собраться. Я помог — склонился и осыпал её ручку, а потом и колено поцелуями. — Мы с Катей много говорили на тему… близости. Она сказала, что надо сделать эти отношения как можно более разнообразными. Что стесняться не надо. Говорит, только закомплексованные дуры и псевдо-скромницы, типа-а-а… в общем, не разнообразно они ведут себя, — скороговоркой выдохнула Настя. — Понимаешь?

Я кивнул, внимательно смотря на неё.

— Катя взяла с меня обещание, что я попробую. Ну и… мне показалось, что надо с тобой это обсудить.

Очередной глоток кофе прокатился по горлу. Я отставил кружку, сделав глубокий вдох и выдох.

— Случившееся вчера стало плодом этого обещания?

С проникновенным взглядом, Настя помотала головой. Даже в сгустившихся сумерках могу разобрать все краски мимики.

— Я сама давно об этом думала, но… не только об этом, просто теперь запуталась немного.

— Катя — это Катя. В чём-то молодец, а в чём-то оторва, каких поискать. Ты и сама это знаешь. Я бы всё равно дал тебе этот совет, но вообще-то, как статусный растлитель, — сделал я паузу, вызвав лёгкую улыбку, — просто обязан расставить точки на «и». Интимная сфера человека полна комплексов, наверное, даже больше, чем что-либо. Тут любые психологические особенности или отклонения проявляются, как в химических опытах. Мне даже кажется, что по ней можно давать психологический портрет. И он будет самым точным. Мне бы хотелось, чтобы ты была свободна от правил и стереотипов. Не следует в постели быть Катей, как и кем бы то ни было ещё. Попробуй слушать себя. Я говорю попробуй, потому что мы всегда будем заложниками моделей поведения. Человек априори принимает одну из, адаптируя потом под себя.

Настя слушала внимательно, а сейчас смотрит едва ли не с мукой.

— Это сложно, Саш.

— Это сложно, — тут же кивнул я. — Если не назвать нашим проклятьем. Что есть норма, что нет? Где допустим компромисс, а где надо выжигать под корень… — всё это требует от нас решительности. Лично мне сложно бывает выбрать направление и поэтому я завидую тем, кто делает это легко. Сейчас от меня зависит, куда пойдёшь ты.

— Но ведь… я сама должна нести ответственность за свою жизнь.

У меня чуть слёзы из глаз не потекли. Кивнул.

— Я сразу ощутил в тебе это пламя, моя Пчёлка.

— Саш, знаешь… — с чувством заговорила Настя, — я знаю, чего хочу. Катя вовсе не сбивает меня с пути. Наоборот помогает узнать о близости больше. Мне не всё нравится, то есть, не нравится её отношение к некоторым темам или, скорее, как она их понимает, но Катя мне сильно помогла.

Я тепло улыбнулся, пытаясь в сумерках полноценно посмотреть Насте в глаза.

— Хочешь ещё поговорить об этом?

— Хочу! — выдохнула она. — Только давай там?

Я посмотрел в сторону квартиры.

— Конечно. Тоже бы не хотелось посвящать соседей в это.

Мы рассмеялись и перебрались в зал. Интернет, нам, конечно, стал большим помощником, но понятно, что обсудить волнующие темы с тем, кому доверяешь, лучше. Настя начала с лёгких вещей, вроде роли трусиков и почему я забрал их себе, но ключевой темой стал анальный секс. Что он есть сам по себе и как к этому относится?.. Настю взволновал тот факт, что когда мои ласки затрагивали эту зону, ей было как-то по-особенному приятно. Естественно, что любой усреднённый житель нашей страны к совершеннолетию успевает наслушаться и в школе, и на улице, а сейчас, зачастую, и дома, куда и как можно трахнуть человека. Пусть не представить в натуре, но всё же наслышан. Я постарался подарить юной диве максимально широкий взгляд на виды секса и фетиши в нём. Не в деталях, а в сущности происхождения, чтобы всяческие мифы и заблуждения отсеивались на корню. Инсинуаций в теме секса настолько много, что, вероятно, она уступает в этом только истории человечества и государств. Либо табуируется, либо искажается. Я же постарался дать взгляд на сексуальность как таковую, и на вариации её проявления.

Естественным образом, мы с серьёзного обсуждения свернули на реплики с намёками, а следом и флирт. Снова началась любовная игра, но уже сытая и полная новых смыслов. Вопреки привычному, когда я выступаю в роли инициатора, Настя с энтузиазмом взялась ласкать сама.

Вначале стянула с меня майку, чтобы с скорее ощупать рельеф каждой мышцы. Особенно понравился пресс и вены, которые она перекатывает под пальцами. Поцелуй — долгий и страстный. Я тоже дал волю рукам, пока он длится. Затем настала пора брюк. Взгляд Насти впился в бугор члена под бельём. Не интересуясь больше ничем, она стянула скорее последнюю ткань. Нежные руки бережно подхватил мой средних размеров член, заново изучая. Я с наслаждением откинулся на подушку и закрыл глаза.

Прикосновения и поглаживания продолжались ещё какое-то время. Затем Настя принялась уверенно мне мастурбировать и ещё спустя секунды кончиком естества я оказался в пламене её рта. Это блаженство само по себе. Столь красивая и нежная, когда она берёт в рот мой член, внутри происходит какое-то безумие. Соитие противоположностей. Мой Зверь ликует. Не знаю как, но Настя умеет тешить его, отчего я растворяюсь в дремучем удовольствии и теряю рассудок.

— Вкусно! — выдохнула в лицо она, с ароматом моего семени.

Я открыл глаза. Нежно прихватил за шею.

— Правда?

Она кивнула, не отрывая взгляда. Я тут же привлёк и нас связал небывалый поцелуй. Не знаю почему, но солоноватый вкус собственного семени в её рту, снова разжигает вожделение. Рукам я дал полную волю и тут же нашёл маленькие холмики груди. Жадно пробежался по телу, прихватил ягодицы. Потянул их в стороны, а следом забрался под трусики. Настя поддалась и подобралась ближе, так, что теперь полностью легла на меня. Наш поцелуй всё длиться.

— А теперь твоя очередь, Сахарок, поднимись и давай мне свой медовый бутончик…

Она с готовностью выполнила просьбу, быстро освободившись от оков нижнего белья. Сарафан остался надетым и накрыл меня. Я же отдался ласке со всем усердием. Но сегодня проникновения не будет, пусть нежная пещерка заживёт.

Наш коитус окончился могучим оргазмом и поцелуем, когда Настя легла рядом. Мы разделили глубокое чувства удовлетворения и счастья. Приложив светлую голову мне на руку, Настя даже задремала.

Созерцая дивную красоту её черт, я подумал, что впереди ещё целая ночь. Вряд ли мы проведём её во власти сна.

Нас разбудил звонок в дверь. Раздалась уже пятая трель, когда я смог подойти и заглянуть в глазок. Там стоит какой-то мужик в костюме и спокойно жмёт в очередной раз на кнопку.

— Кого надо? — спросил я в щелку, на которую позволила открыть дверь цепь.

Он подошёл и с улыбкой говорит:

— Извиняюсь за столь ранний визит, но такая работа. Вы Соколов Александр, квартиросъёмщик?

В груди шевельнулась тревога. Отвечаю:

— Нет. Это не я.

Он печально улыбнулся.

— Александр, давайте я вам опишу ситуацию, чтобы мы могли понять друг друга лучше. Стой! — подставил он ногу, чтобы я не захлопнул дверь. — Это касается Насти…

Фрагмент 35

Глава 10. Рубиновый флёр

Я замер, мгновенно трезвея ото сна и даже сбрасывая ленивый жирок в мышлении, что набрал за последнее время. Кругом враги! Мне нужен пистолет.

— Нас трое, — обожгли сознание слова человека за дверью. — Мы от Быкова Валерия Михайловича. Даже если весь дом разнесём, на помощь никто не придёт. У тебя нет шансов, Александр. Пожалей девочку и не сопротивляйся. Это бесперспективно, ты же сам понимаешь. Открой дверь и все будет хорошо.

— Кто там, Саш? — вонзились в меня слова Насти. — Ой!

В полубессознательном состоянии обернулся. В одном нижнем белье, Настя прикрыла рот ладошкой, а лицо быстро побледнело.

— Кх!.. Х… хорошо, — удалось мне произнести. — Давайте всё сделаем тихо. Нам же надо будет просто поговорить, да?

Стоящий за дверью поймал мой взгляд и тут же понял, что хочу сказать.

— Обычный разговор и ничего более, — тепло произнёс он, а я без особого труда понял, в каких органах раньше работал.

— Пчёлка! — зашептал я ей. — Не переживай, слышишь? Всё со мной будет хорошо. Это просто разговор, ага?

— Он тебя убьёт… — расплакалась она. — Бомбус, я… я тоже умру. Клянусь! Я не… я не переживу этого.

Мне словно хомутом передавило горло. Заговорить смог только с третьей попытки:

— Всё будет хорошо, слышишь? Я не дам им разрушить наше счастье.

Она судорожно кивнула.

— Иди, оденься, Пчёлка. Впустим их.

Вскоре к офицеру спецслужб присоединились два мордоворота. Мы с Настей наскоро собрались и последовали за ними, только припрятанный пистолет пришлось отдать — главный тут же нашёл и только головой покачал. Позже позволил даже позвонить, хотя, по его же глазам, я понял, что всё бесполезно. Смартфон едва не выпал из потных ладоней. Я дёрнулся, ловя аппарат, а сидящей рядом боевик тут же схватился за рукоять пистолета в подмышке.

— Я на пути к Быкову Валерию Михайловичу.

— Чего, блять?! — подавился завтраком Эконом.

Пока он кашляет, я поясняю.

— Это связано с его дочерью Анастасией. Я ухаживаю за ней.

Тот, что служил в спецслужбе, усмехнулся.

— Боже, какой ты дура-а-ак, Сокол… ладно! Тяни время, слышишь? Я постараюсь тебя вытащить. Держись, сынок, держись…