Владимир Арсеньев – Китайцы в Уссурийском крае (страница 27)

Прибор для курения опия стоит от 30 до 50 рублей и состоит из подносика и масляной лампочки (ен-тын) со стеклянным колпачком, для того чтобы случайное движение воздуха не загасило бы ее пламени. Вверху стеклянного колпачка сделано небольшое отверстие, у которого сосредоточивается весь жар огня. Затем принадлежностью опиекурения будут: роговая коробочка для хранения опия, щипчики для подправления фитиля лампы, длинная игла (ен-ченза), о которой я буду говорить ниже, и кривой ножичек, которым оскабливают нагар внутри трубки. Этот нагар тщательно собирается в другую коробочку и, когда его наберется достаточно много, его варят с водою. Получается жидкость такого цвета, как слабый кофе или крепкий чай. Жидкость эту процеживают сквозь хлопчатую бумагу и затем подвергают кипячению до тех пор, пока не выпарят всю воду. Оставшаяся густая масса — будет опий. Но так как в нем могут быть посторонние примеси в виде сажи, то его один не курят, а смешивают с чистым опиумом в половинном размере.

Главной принадлежностью опиекурения будет трубка (китайское название да-ен-чен), длиною в полтора фута. Трубки в большинстве случаев деревянные, но некоторые китайцы делают их и из слоновой кости, украшают серебряной резьбой и ценят очень дорого. Опиекурильная трубка устроена следующим образом. Сбоку ее, приблизительно на две трети мундштука, имеется отверстие величиной с небольшую монету, в которое вставляется граненая или круглая головка (да-ен-тау) с плоской, немного сфероидальной верхушкой, посредине которой проделано маленькое отверстие, ведущее в мундштук.

Прежде чем курить трубку, надо ее приготовить. Это довольно длинная процедура. Заряжение трубки, если можно так выразиться, производится следующим образом. Китаец ложится на кан на левый бок так, чтобы правая его рука была свободной. Зажженная лампочка, прикрытая стеклянным колпачком, стоит тут же на подносике. Нагрев немного над огнем иглу, китаец опускает ее в баночку с опием. Порошок опия и мелкие его кусочки пристают к горячему железу. Если опий не очень сухой и имеется целым куском, то при помощи ножа от него отделяется небольшой кусочек, который и надевается на холодное острие иглы. Очень часто манзы курят сырой опий, и тогда они выпаривают из него воду тут же над лампой. Поддев иглой часть липкой бурой массы сырого опия, китаец нагревает его над лампочкой. Опий пузырится и кипит. Курильщик постоянно поворачивает иглу и все время навертывает на нее сползающие опийные потеки. Время от времени китаец отнимает опий от лампочки и, не снимая с иглы, раскатывает его на ладони левой руки. Затем он опять его нагревает до тех пор, пока опий не перестанет пузыриться и не начнет дымиться, что узнается по цвету дыма и по его запаху. Когда опий готов, курильщик, опять-таки не снимая с иглы, вновь катает его на ладони и старается придать ему форму кокона с заостренными концами. После этого, нагрев немного головку трубки и растопив один конец приготовленного опия, китаец втыкает иглу в отверстие головки и тем самым прикрепляет к ее поверхности горячий опий. Затем, осторожно поворачивая иглу вокруг своей оси, он вытаскивает ее из опия. Теперь остается только головку трубки вставить в мундштук — и все готово. Маленькое отверстие, оставшееся от иглы в опии, непосредственно соединяется с каналом трубки.

Во время курения опия трубка поддерживается левой рукой. Опий все время подогревается на лампе. Он кипит, бурлит, дымится, сползает, вспыхивает и гаснет. Китаец через мундштук сильным всасыванием втягивает в себя дым. Вся забота направлена к тому, чтобы не заплыло отверстие, ведущее в трубку, для чего во время курения его все время прочищают иглой.

Выкурив одну трубку, китаец заряжает другую, третью и т.д. до тех пор, пока не почувствует себя удовлетворенным. Обыкновенно в фанзах мало опиекурильных приборов, и потому трубки эти постоянно переходят из рук в руки.

Относительно того, насколько вредно сказывается на организме человека курение опиума, можно сказать, что это зависит исключительно от количества его употребления. В том, что опий — вещество наркотическое, сильнодействующее, нет никакого сомнения, но рассказы о его вреде сильно преувеличены. Мне приходилось видеть таких курильщиков опиума, которые по внешнему своему виду нисколько не отличались от других людей, не куривших опиума. Другие курильщики на вид были здоровы, но цвет лица имели желтоватый; наконец, третьи, т.е. такие, которые курили, что называется, запоем, имели сильно изможденный вид и землистый цвет лица. Это были неврастеники, люди слабосильные, худосочные. Все они харкали мокротой с кровью, имели мутные слезливые глаза, постоянно открытый рот, отвислые губы. Эти несчастные отлично сознавали, что они погибшие люди, что для них нет спасения, и, чтобы заглушить это сознание, они спешили вновь накуриться и уснуть поскорее.

Лишь только действие опия на организм начинает ослабевать, как тотчас же появляются физические и душевные страдания. Больной начинает чувствовать сильное натяжение в спинном хребте и болезненные половые эрекции, с постоянным истечением семени (это и есть главная причина изнурения), потом появляются головная боль, головокружение, упадок сил, лень, апатия, отсутствие аппетита, бессонница, тоска и нередко — помешательство.

Опиекурилыцики чрезвычайно боятся этого и потому, куда бы они не шли, они постоянно носят с собой запасы опия. Особенная опасность грозит тем, которые идут в далекое путешествие или которые занимаются исканием женьшеня и соболеванием. Я знаю несколько случаев самоубийства тех звероловов-китайцев, у которых не хватило опия и которые вследствие выпадения глубоких снегов не могли добраться до людей вовремя. Во время походов, на охоте китайцы опий не курят, а принимают его внутрь в виде пилюль. Нередки случаи, когда опиемисты бросают курить опий. Они отлично знают, что сразу этого сделать нельзя и что отвыкать от этой пагубной страсти надо постепенно. Для этого они делают из опия крепкую настойку на водке и пьют ее ежедневно по одной рюмке, добавляя в бутылку каждый раз столько же чистой водки. Таким образом, опий мало-помалу разбавляется. При этом китайские лекари больным дают пить еще какое-то лекарство. Интересно то, что почти все бросившие курить опий перестают курить табак и пить водку.

Курильщики опиума часто страдают головными болями, от которых они лечатся крайне оригинальным способом. Сильными щипками друг другу они делают кровоподтеки: на лбу и на переносье — если болит голова, на шее — если болит горло, на груди — во время бронхита и кашля и на спине — во время ломоты в костях и ревматизма. В последних двух случаях кожа не щиплется, а натирается ногтем большого пальца, гладко оструганной палочкой или металлической ложкой.

На другой день кровоподтеки синеют и остаются долго на теле. Эти нащипывания и натирания кожи до крови имеют такое же значение, как наши пиявки и кровососные банки. Другими излюбленными китайскими способами лечения будут массаж и согревание голого тела у огня. Для массажа грудь, живот или спина, смотря по тому, что болит, покрывается мокрой тряпицей, по которой наносятся частые резкие удары ладонями рук или концами пальцев. При болях в животе или при ревматизме китайцы раздеваются и греются у огня. Тут важную роль играет лучистая теплота. Тело они нагревают до тех пор, пока оно не покраснеет. Согревание живота у огня равносильно нашим грелкам с горячей водою.

Китайская медицина в высшей степени оригинальна. Она вся почти основана на мистицизме.

Китайцы полагают, что в глазах каждого человека есть огонь, который можно видеть, и по оттенкам и по яркости которого можно узнать всякую болезнь; они считают число волосков на теле, рассматривают морщинки и складки кожи, находят какие-то линии, изучают расположение прыщиков, угрей и т.п. Особенное внимание уделяется пульсу. На основании этих наблюдений китайский врач ставит свой диагноз.

Китайцы полагают, что в каждом человеке есть три стихии: огненная, водяная и воздушная. Обыкновенно одна из них преобладает. Силы эти определяют характер человека. В сангвинике — много огня, в флегматике — преобладает вода, в ветреном, рассеянном человеке — воздух. Поэтому сангвиника нельзя лечить красным порошком, потому что это цвет огня, а флегматик не должен принимать лекарства синие и голубые, потому что это цвет воды, и т.д. Сангвинику даются в прием жидкости, флегматику — порошки. Многое из китайской медицины основано на символизме. Например, страдающему болезнью почек рекомендуется ослиное мясо, потому что след этого животного похож на почку; на этом же основании ему прописываются в пищу бобы и т.д.

Не менее интересны и китайские парикмахерские. Здесь они моются и чистятся. Парикмахер бреет не только голову, усы и бороду, но и все лицо, потом особыми лопаточками и ложечками он чистит посетителю нос и уши, оправляет его ногти и т.д. Процедура этой чистки доставляет китайцам, видимо, большое удовольствие. Они сидят с закрытыми глазами, и блаженная улыбка не сходит с их лица. И немудрено! Такое удовольствие манза может получить только раз или два в год, а то и того реже — только тогда, когда он выйдет из гор и попадет в какой-нибудь большой китайский поселок, где есть купцы, врачи, парикмахерские и харчевни.