Владимир Анин – Консул Горский. Громкое дело в Триесте (страница 1)
Консул Горский. Громкое дело в Триесте
Глава
ГЛАВА 1
ЗВОНОК ИЗ РИМА
Миланский декабрь радовал прекрасной, совсем не зимней погодой. Назначенный на должность несколько месяцев назад, Генеральный консул Российской Федерации Дмитрий Алексеевич Горский закончил свой рабочий день и собирался на концерт симфонической музыки. В программе были произведения Прокофьева и Чайковского. Солировал Александр Кантор.
Для Дмитрия, а именно так его звали друзья, поход в филармонию был не только удовольствием, но и работой. Представление такого уровня гарантировало случайные встречи, которых в обычных условиях пришлось бы ждать месяцами.
Его занимали мысли о предстоящем музыкальном событии, которое даже по миланским меркам было совсем не рядовым. Внезапно внимание консула привлек экстренный выпуск новостей. Взволнованный диктор Rai Uno в буквальном смысле ворвался в вечерний эфир. «Срочные новости. Полиция Триеста в результате спланированной операции задержала международную банду торговцев людьми, среди которых есть граждане Албании, Италии и России. Были освобождены двенадцать женщин-заложниц из Нигерии».
В первый момент Дмитрий подумал, что ослышался. Он начал листать телевизионные каналы. Там было еще хуже: «Русская мафия хозяйничает на территории Италии», «Кто ответит за преступления русских?». Вот теперь моя итальянская командировка стартанула по-настоящему, в сердцах отметил он. Сейчас начнется!
Звонок из Рима не заставил себя ждать. Временный поверенный Владимир Андреевич Дракахрустов не стал обмениваться любезностями и с места в карьер поинтересовался, видел ли Горский новости. Не обращая внимания на реплики собеседника, Дракохрустов раскатисто вещал о ЧП, о прогнозируемых последствиях этого ужасного дела, о пятне на репутацию страны и необходимости срочно принять меры. Консул не перебивал коллегу, понимая, что нужно дать ему выговориться. Слишком уж громким обещало быть дело. В конце концов они договорились, что Дмитрий немедленно выедет в Триест.
Горский бегло просмотрел электронные СМИ. Кроме имен двух задержанных россиян никаких новых деталей в прессе не сообщалось. Имя одного из них показалось знакомым. Вадим Астафьев. Где-то он уже слышал эту фамилию.
***
Незадолго до отъезда Дмитрий был на юбилее у старого армейского друга Генки, ныне успешного издателя Геннадия Петровича Селивестрова, где познакомился с неординарным, уверенным в себе человеком по фамилии Астафьев. И хотя гости были вполне себе навеселе, Дмитрий почему-то очень хорошо запомнил, что сын Астафьева живет и работает в Италии.
Слишком мало совпадений, чтобы делать какие-то выводы, подумал он, но о культурной программе в любом случае придется забыть. Еще один звонок прервал размышления Дмитрия.
– Дим, привет! Это я, Гена! Не буду тебя отрывать от важных дел, но есть срочная просьба, – друг по привычке начинал без предисловий. – Помнишь, на юбилее я познакомил тебя с Романом Игоревичем Астафьевым? – спросил Гена.
– Конечно, у него еще сын работает где-то в Италии, – сказал Дмитрий.
– Дима, беда! Только что звонил Роман и сообщил, что его сына Вадика в Триесте почему-то прихватили карабинеры. Деталей не знает. Помоги!
Вот черт! подумал Горский, не зря я что-то предчувствовал. Он не стал ничего говорить Генке, но обещал разобраться и перезвонить.
– Да, кстати, Ген, а папа то чем занимается?
– Не спрашивай, Алексеич, нам лучше не знать, – сказал Гена.
Этого мне не хватало на старте командировки, Дмитрий положил трубку.
В комнату зашла жена Галина.
– Митя, кто звонил? – спросила она.
– Наш Гена.
– У него там все в порядке, может к нам собрался?
– У него – да, а вот у его товарища, думаю, проблема. И мне придется ее решать. В банде торговцев людьми, раскрытой накануне в Триесте, фигурирует некто Вадим Астафьев. Это сын Романа Астафьева. Помнишь, на юбилее у Генки была такая яркая пара. Он властный и сдержанный, а она веселая, бесшабашная брюнетка. Ты тогда еще сказала, что они совсем не подходят друг другу.
– Митя, тебе делать нечего, ввязываться в такие истории! А вдруг его сын настоящий преступник, а ты консул. Испортишь отношения и с ним, и на работе.
– Галя, ты же знаешь, Генке я отказать не могу, но, обещаю, буду осторожен.
Задержание гражданина России требует вмешательства консула. Именно консул обязан оказывать первую правовую помощь соотечественникам, находящимся за рубежом, независимо от того, в какую ситуацию те попали. Так что случай Генкиного друга входит в мои непосредственные обязанности.
Дай Бог, чтобы там не было ареста, подумал Дмитрий. Но что-то подсказывало ему, что одним задержанием не обойдется и дело будет непростым. По законам Италии полиция может удерживать человека под стражей до суда не более 96 часов. В течение первых 24 часов полиция должна доставить задержанного в прокуратуру. В свою очередь прокурор в течение следующих 48 часов должен направить запрос в суд на подтверждение ареста или задержания. Судья обязан принять решение об аресте или освобождении в течение следующих 48 часов. Итого – 96 часов. Времени оставалось впритык.
– Галя, боюсь, на концерт ты пойдешь сегодня без меня. И свяжись пожалуйста с Ниночкой – так звали секретаршу Горского – пусть соберет все публикации, любые упоминания о случае в Триесте из соцсетей и с заборов и срочно отправит мне на мессенджер. Мне нужна абсолютно вся доступная информация.
Галина была и огорчена, и счастлива. Музыкант по профессии, она испытывала священный трепет перед классической музыкой и давно мечтала побывать в знаменитом театре La Scala, тем более, когда там выступает Александр Кантор. Конечно, этот первый визит она представляла себе вместе с мужем, но долгие годы совместной жизни с дипломатом научили ее правильно реагировать на такого рода неожиданности.
Дмитрий посмотрел на часы. Половина пятого. До Триеста четыреста двадцать километров. К полуночи буду, подумал он, надо будет выспаться, день обещает быть напряженным.
Он быстро бросил необходимое в дежурную походную сумку и направился к машине. Самая сложная задача на ближайшие минут сорок – час – выбраться из города, не попав в пробки. Дальше его ждала живописная дорога вдоль озера Гарда, через Верону и Падую и выше вдоль Венецианского залива до мировой столицы кофе – Триеста.
* * *
Новый российский консул отличался аристократичной внешностью. Правильные черты узкого лица, аккуратный прямой нос, саркастичные губы, осанка, – все это наводило на мысль о благородном происхождении. Но даже, если это было и так, Горский об этом ничего не знал.
Он родился в конце пятидесятых в Щиграх – маленьком городе в Курской области. Рос, как все. В шестидесятые страна уже преодолела послевоенную разруху и люди искренне откликались на позитивные изменения в стране.
Для его поколения стремление приносить пользу родине было реальной ценностью, а не пустым лозунгом. И этот, усвоенный с детства, принцип он сохранил до наших дней. Иногда кто никто из молодых коллег даже называл его олдскульным. Но эта характеристика всегда звучала с уважением.
Дмитрий отдавал себе отчет в том, что это его последняя командировка перед выходом в отставку, и был благодарен судьбе за то, что она забросила его в Италию. Предыдущая дипломатическая карьера Горского была связана преимущественно с экзотическими странами и горячими точками.
Он никогда не думал, что посвятит свою жизнь дипломатии. Детство не сулило никаких преимуществ перед сверстниками. Появившись на свет в маленьком провинциальном городке, он разделил судьбу своих ровесников, для которых основным социальным лифтом были армия, партия и отличная учеба.
Отец был машинистом паровоза и часто отсутствовал дома. Пока родители не развелись, отец время от времени брал сына в рейс, где мальчик смог подсознательно ощутить красоту и магию дороги. Очарование дальними далями, мечта о путешествиях вызвали у него искренний интерес к книгам.
Найти хорошую приключенческую книгу в 60-е годы в провинции, да что там в провинции, и в столице, было большой удачей. Однако в соседнем доме жили мальчишки из профессорской семьи. Именно у них дома Дмитрий впервые увидел то, что мы теперь так легко называем библиотекой. Так он открыл для себя мир Жюль Верна, Джека Лондона, Вальтера Скотта, Александра Грина, Фенимора Купера, Александра Дюма.
Иногда соседи давали ему какую-то из книг домой, иногда он читал прямо там на крыльце дома, время от времени хозяйка приносила ему миску супа. Казалось, это счастье. Однако в один из дней она сказала, что за еду нужно заплатить. Десятилетний мальчишка был раздавлен. Так закрылась его первая в жизни библиотека. Любовь к книгам и страсть к дальним странам остались навсегда.
Мама Дмитрия работала парикмахером и также, как и все советские женщины, ценила красоту и умела создавать ее из самого доступного, иногда из ничего. Леночку, а позже Елену Ивановну, так звали маму Дмитрия, в их городе знали все. На свадьбу и на свидание, на выпускной вечер, на рождение ребенка и на партсобрание местные дамы прихорашивались у нее. Мама работала не только с прекрасной половиной, но и стригла мужчин.
Вся партийная элита прошла через золотые руки Елены Ивановны. В городе даже шутили, если хочешь получить продвижение по службе, посети парикмахерскую. Именно маме Дмитрий был обязан своим умением выглядеть безупречно в любой ситуации, талантом носить костюм, держать осанку, именно она объяснила ему, что встречают по одежке, а дальше, как сможешь.