Владимир Андриенко – Республика: Пуля для бригаденфюрера (страница 7)
Май, 1944 год.
Резидент немецкой разведки Коллекционер не пострадал во время последних арестов. Он ловко обрубил все концы и ни одна ниточка к нему не привела. Теперь вся его команда состояла из него самого и его доверенного товарища Вепря.
Но это не пугало резидента. В запасе всегда имелся резерв людей, которых он мог привлечь в случае необходимости. Именно теперь начиналась настоящая игра. Только вчера Коллекционер навестил старого знакомого вора по кличке Корень. Знакомы они были еще с 30-х годов.
– Начальник? Это ты или твоя тень?
– Я. Но и ты, Корень давно в покойниках числишься. А я тут случайно узнал, что здесь обретается мой старый знакомец. Тот человек, что мне кое чем обязан.
– Я долги помню, начальник.
– Не называй меня так, Корень. Давно уже я не начальник.
– Дак ты теперь в розыске.
– Ого! Ты и про это знаешь?
– Слухами земля полнится, товарищ… Как называть то тебя ныне?
– А ты меня Иваном зови. Знакомцы мы давние. Чего нам отчества вспоминать.
– Так чего пришел, Иван? Не старину вспомнить.
– Коли знаешь, что в розыске я, то знаешь, чем можешь помочь.
– Дак тебя, Ваня, не менты ищут, а чекисты. А с этой братией наши связываться не шибко желают.
– Я не стану просить тебя Кремль взрывать, Корень. И братве тебе меня представлять надобности нет. Скажешь старинный кореш заглянул и дело предложил.
– Дело?
– Я ведь не бесплатно предлагаю тебе работать, Корень.
Так они сговорились и теперь Коллекционер мог рассчитывать на помощь целой команды, что пребывала в распоряжении Корня…
***
На квартире у Коллекционера Вепрь появился редко. Но в тот вечер Третьяк не отпустил его. Предстоял серьезный разговор.
Он сказал Вепрю:
– Вот и произошло то, о чём я говорил, Вепрь. Штабс-капитан провалился. Взяли его почти всю его группу.
– Вас это совсем не тревожит?
– Нет. А с чего это должно меня занимать? У меня своя задача.
– Однако Штабс был полезен.
– В том то и дело, что был. Ныне нам он без надобности. Работал Штабс под кураторством фон Лорингера. А теперь его наверняка перевербует Нольман.
– Штабса взяли не люди Нольмана. Это СМЕШ.
– Но его передадут Нольману. А Нольман принудит Штабса к сотрудничеству. В этом я уверен.
– Начнут радиоигру?
– Обязательно начнут. И все что станет предавать Штабс – дезинформация.
– Нам нужно только предупредить…
– Нет, – покачал головой Коллекционер. – Штабс станет валить все на меня. Именно меня Нольман сделает агентом НКГБ. И там начнут сомневаться. А это то, что нужно Нольману.
– И что нам делать, Иван Петрович?
– Думать. Вепрь. Штабс мало думал, и где он тепрь? Но сейчас я хочу говорить с тобой о другом.
– Что-то случилось?
– Случилось. Ты сделал то, о чем я тебя не просил, Вепрь. И вот это вызывает тревогу.
Вепрь понял, о чем говорит резидент. Три дня назад он навестил известного спеца по подделке документов и после дела ликвидировал его. Так предписывала инструкция.
– На эту квартиру они не выйдут. Документы у нас надежные, Иван Петрович.
– Зря ты убрал этого дядьку, Вепрь. Такому цены нет в определённых обстоятельствах.
– Он видел вас. Вы не забыли, что три месяца назад самолично с ним говорили.
– И что? Мое фото есть на Лубянке, Вепрь. Наш главный противник Нольман хорошо знает кто я такой. И только мое умение перевоплощаться может мне помочь. А ты его убрал.
– Но есть инструкция, Иван Петрович.
– Да плевать на инструкцию, Вепрь. Я и жив до сих пор потому, что не соблюдал их дурацкие инструкции. Но что сделано, то сделано. Теперь этого дядьку уже не воскресить.
– Нам нужно затаиться, Иван Петрович.
– Затаится? – усмехнулся Коллекционер. – Этого от нас и ждут. Нет. Самое время для активности.
– Так и нас сцапают. А грехи наши перед советами таковы что нам…
– Не сцапают, если будешь всё делать как я скажу. Я ведь не раз спасал наши шкуры, Вепрь, и на этот раз спасу. Знаешь в чем сила комиссара госбезопасности Нольмана?
– Откуда мне знать? Я выполняю приказы. Думаете, вы.
– Нольман мастер провокаций. И немецкая агентура попалась. Он умеет оставлять жирные кусочки в мышеловке. Я ведь предупреждал что в игре с Нольманом легкой победы не будет.
– Но нас только двое, Иван Петрович. Хотя скоро немцы пришлют нового радиста и рацию.
– Новый радист прибудет из гауптлагеря «Цеппелин-норд».
– Из «Лагеря А», Иван Петрович. Это агентура подполковника фон Лорингера.
– Но гауптлагерь и «Лагерь А» связаны. А вся агентура гауптлагеря это провал! Именно поэтому я не могу доверять новому радисту. Сейчас мы с тобой меж двух огней, Вепрь. И потому мы избавимся от радиста.
– Избавимся? Я не понимаю вас, Иван Петрович.
Третьяк пояснил:
– Мы с тобой сразу подставим его Нольману.
– Подставим? – не понял Вепрь. – Радиста?
– Пусть Нольман захватит его.
Вепрь не понял слов Коллекционера.
– Я не понимаю, Иван Петрович.
– Если он засвечен, то это приманка для нас с тобой. Та приманка, на которую мы должны клюнуть.
– Но вы не можете знать наверняка. А если радист чист? И мы завалим его?
– Пусть так. Нольман должен полностью поверить в свой успех! Он должен думать, что я в ловушке и выхода у меня нет.
– Но без радиста так оно и будет! У нас нет связи. Мы полностью изолированы после ареста Штабса и «Тициана». И сейчас на Лубянке в тюрьме НКГБ трясут его людей. Они хотят выйти на вас.
– А теперь послушай меня, Вепрь. Нас сюда отправили для установления связей с Антисоветским центром. Так?