Владимир Андриенко – Республика: Группа риска (страница 7)
– Да.
– Берия считает Антисоветский центр Губарева идеальным источником для дезинформации.
– Я опасаюсь, что немцы тоже так считают. И если они раскрыли «Мертвеца» и ведут с ним игру, то это игра против нас!
– Ты считаешь, что они не верят в существование Антисоветского центра?
– Не могу утверждать, но думаю, что они всё ещё сомневаются.
– Значит их нужно убедить, Иван Артурович. Они должны поверить в его существование. Полковник контрразведки Колчака Губарев идеальная фигура для руководителя. И полковник не подставной, а настоящий. Мы передали им сведения и фото. Губарева опознают его бывшие сослуживцы. И есть вероятность что они пришлют в Москву кого-то кто лично знал Губарева в 1919 -году.
– Не думаю, Владимир Иванович. Люди его знавшие давно его опознали по фото и дали ему характеристику. Но с тех пор прошло много времени. И им нужно знать, чем дышит Губарев сейчас.
– И они пришлют Третьяка?
– Уверен.
Максимов вспомнил как во время своего первого визита в Москву, Третьяк попался и был арестован патрулем госбезопасности.
– В свое время он глупо попался, Иван Артурович. Немцев это не могло не насторожить.
– Это была случайность, – сказал Нольман. – Просто подкачали документы. Сейчас они постоянно меняются и у Третьяка были документы старого образца. Но всё прошло благополучно!
Третьяк тогда был заброшен немцами в Москву по документам майора НКВД Горшкова начальника особого отдела 217-й дивизии. И его действительно задержали из-за документов старого образца. Нольман сам тогда взялся уладить это дело.
– А меня эта случайность волнует, Иван Артурович. Постоянно думаю об этом. Скрыть от немецкого начальства этого не мог. И их должно было это заинтересовать. Меня бы заинтересовало.
–Я не отрицаю очевидного, Владимир Иванович. Но это доказательство того, что мы не «вели» Третьяка в Москве. Будь он у нас на крючке, стали бы мы его арестовывать?
– Но арестовали же!
– Случайность, – еще раз сказал Нольман. – Не думаю, что это сильно обеспокоило фон Дитмара и фон Лорингера.
– Если снова пришлют Третьяка, то ты прав, Иван Артурович.
– Скоро мы его увидим, Владимир Иванович. Главное не спугнуть на этот раз! И потому мне нужны лучшие сотрудники!
– Это больной вопрос, Иван Артурович. Всем нужны лучшие. Воспитай их сам.
– Я воспитал многих, Владимир Иванович. Но у меня постоянно забирают офицеров. Дают новых, я воспитываю и учу, а затем их снова забирают.
– Что делать, Иван? Война.
– Но и я выполняю важную работу, Владимир Иванович. А сейчас, когда проводится операция «Наживка» мне весьма нужны люди.
В рамках операции «Наживка» Нольман решил отследить всех, кто интересуется подробностями биографии или делом сотрудника 2-го управления НКГБ Глебовой.
Лейтенант Александра Глебова, шифровальщица 2-го упокоения НКГБ, была введена в операцию Нольманом. Для организации бывшего колчаковского полковника Губарева были нужны источники информации. И Глебова была важным источником. Немцы должны были поверить ей. Глебова дворянского происхождения и её отец в свое время верой и правдой служил царю Николаю Второму.
Но даже после проверки Глебовой как источника информации, Нольман опасался, что немцы всё равно до конца не поверили в её антибольшевистскую позицию. Потому старший майор и начал операцию «Наживка».
Нольман знал, что где-то в управлении НКГБ сидел немецкий агент. Ему могут поручить собрать информацию, и он может «клюнуть» на Глебову. Хотя Максимов сомневался с самого начала и не хотел давать добро. Но старший майор умел быть настойчивым.
Однако, для наблюдения и проверки не хватало опытных сотрудников. Потому операция с самого начла шла вяло.
– Зря ты возишься с этой «Наживкой», Иван, – сказал Максимов.
– Я сам уже не жду от «Наживки» ничего, но проверку пока не остановил. Раз уже начали, то стоит довести дело до конца.
Нольман Иван Артурович.
С 1918 года сотрудник Особого отдела ВЧК. Затем сотрудник Иностранного отдела ОГПУ в группе «Дугласа» («Дуглас» – Сергей Михайлович Шпигельгласс руководитель группы ИНО ОГПУ, затем ИНО НКВД). Нольман принимал участие в ликвидации лидеров белого движения генерала Кутепова, полковника Тирбаха, генерала Миллера, лидера Организации украинских националистов (ОУН) Евгения Коновальца. После ареста Шпигельгласса-Дугласа в 1938 году, арестован органами НКВД. Освобожден по личному приказу Лаврентия Берия.
В 1939 году преподаватель в Школе особого назначения НКВД СССР. С 1941 года старший майор госбезопасности и сотрудник 2-го управления НКГБ СССР. В 1944 году комиссар государственной безопасности 3-го ранга.
Иван Артурович Нольман по делу Берии в 1953 году не пострадал как его начальник комиссар госбезопасности 2-го ранга Владимир Иванович Максимов, который был арестован, обвинен в измене Родине и в заговоре с целью захвата власти, и 23 декабря 1953 года приговорён Военной коллегией Верховного суда СССР по статье 58 УК РСФСР к высшей мере наказания – смертной казни.
И.А.Нольман продолжал служить в органах госбезопасности. С 1969 года в отставке в звании генерал-лейтенанта. Пенсионер союзного значения. Умер в 1975 году в Москве.
Глава 3
Проверка.
Новым руководителем структуры Цеппелин был назначен штандартенфюрер СС Вальтер Куррек, который с 1939 года состоял сотрудником Главного управления имперской безопасности (РСХА), а с 1942-го служил в зондеркоманде при штабе группы «Д» на Восточном фронте.
Руководящий штаб организации «Цеппелин» в это время состоял из трёх отделов: 1-й – подбор и обеспечение агентуры, 2-й – подготовка агентуры и направление её на задания, 3-й – работа с действующей агентурой и обработка данных. «Цеппелин» к 1943 году располагал широкой сетью специальных школ для подготовки. В них проводилась фильтрация и подготовка агентуры. Среди главных были школа в Зоннэберге, «Лагерь В» в городе Веймар, школа для элитных агентов в Локте (с сентября «Лагерь А» в Белоруссии), лагерь Легиново под Варшавой.
Куррек сразу захотел провести инспекцию этих школ в октябре 1943 года. Он был специалистом именно в деле отбора и подготовки агентов. Зондеркоманда при группе, в которой он служил до нового назначения, занималась сбором сведений о политическом и экономическом положении СССР путем опроса военнопленных.
Вальтера ценили за его отношение к делу. Он уделял внимание многим мелочам, на которые иные сотрудники обращали мало внимания: элементы экипировки и обмундирования, особенности заполнения документов.
Куррек в докладной записке на имя Шелленберга предложил изменить состав зондеркоманд, указал на малую их эффективность в настоящих условиях.
– Большое число команд приводит к несогласованности действий и дублированию многих функций. А в итоге это рождает неразбериху.
– И что предлагаете вы? – спросил Куррека Шелленберг.
– Расформировать зондеркоманды и на фронте с русскими создать только две структуры, дабы не распылять силы по всему фронту. Сосредоточить действия этих команд только на главных направлениях.
– Разумно. Я сам думал об этом. Что еще?
– Начальник команды будет подчиняться только руководящему штабу «Цеппелина». В практической работе он должен быть полностью самостоятелен.
– Я подумаю над вашим предложением, герр Куррек. С чего вы хотите начать вашу работу?
– С инспекции, герр бригаденфюрер. Мне нужно лично видеть школы для подготовки агентов. Только так я смогу сделать правильные выводы. Особенно меня интересует школа под руководством майора фон Лорингера.
– Фон Лорингер ценный сотрудник, штандартенфюрер. Хотя не все в его работе складывалось удачно. Но его опыт нам сейчас нужен. Учтите это при вашей инспекции.
– Я понял вас, герр бригаденфюрер.
– Хорошо. Отправляйтесь в инспекцию. Но помните, штандартенфюрер, что времени у нас мало…
***
3-го октября Куррек прибыл в «Лагерь А». Начальник школы штурмбаннфюрер СС25 Фердинанд фон Лорингер встречал нового шефа.
– Хайль Гитлер! Майор26 фон Лорингер! – представился он.
– Хайль! Штандартенфюрер Куррек.
– Рад приветствовать вас на территории школы, герр штандартенфюрер!
– Много слышал о вас, майор. Ваш шеф Грейфе, когда передавал мне дела, отлично отзывался о вас. Я думаю, что вы не станете жалеть о смене руководства, майор.
– Уверен в этом герр полковник.
– Хочу сразу посмотреть ваше хозяйство, майор.
– Прошу вас, герр полковник.
– Как вы разместились на новом месте?