Владимир Андриенко – Республика: Группа риска (страница 6)
– Здравия желаю, товарищ комиссар госбезопасности второго ранга!
– Прошу вас! – Максимов указал Нольману на стул.
Нольман сел и стал ждать, когда начальник заговорит.
– Я не стану рассказывать вам о положении на фронтах, Иван Артурович. Вы и сами это знаете.
– Так точно, товарищ комиссар госбезопасности второго ранга.
– Оставьте, Иван Артурович. Просто по имени отчеству.
– Как прикажете, Владимир Иванович.
– Я подготовил приказ о вашем переводе в мой отдел. Вы ничего не имеете против этого назначения?
– Я готов к работе, Владимир Иванович.
– Я скажу вам правду, Иван Артурович. Сейчас наши дела не блестящие. Увеличился поток диверсантов и агентов. За первые месяцы 1942 года количество задержанной агентуры врага составило почти 8 тысяч человек!
– Я это знаю, Владимир Иванович. И в отличие от прошлого 1941 года изменился качественный состав немецкой агентуры. Если в 1941 году они засылали сюда наспех завербованных шпионов и диверсантов, то теперь значительная часть их диверсантов обучена в специальных школах Абвера.
– И количество таких школ только на оккупированных территориях – 36 учебных заведений. А это три тысячи курсантов! Нам нужны сведения об абвершколах. Очень нужны, Иван Артурович. Но я сейчас хочу говорить о другом. За последний месяц я потерял пять групп. Пять, Иван Артурович! И это были хорошо подготовленные разведчики! Вчера начальник 4-го управления Судоплатов21 на совещании указал мне на мои недоработки.
«Так вот в чем дело!» – подумал Нольман.
– Но дело совсем не во мне и моей карьере, Иван Артурович. Мы ведем войну! И дело победы в этой войне превыше всего! Вы согласны?
– Так точно, Владимир Иванович. Дело прежде всего! Но скажите – все провалы разведгрупп в районе Харькова?
– Именно так. Как вам известно, Иван Артурович, наши войска Юго-Западного фронта в январе-марте 1942 года успешно развили наступление в районе Изюма и подготовили плацдарм для наступления на Харьков. Наши части захватили станцию Лозовая и отсекли линию снабжения Днепропетровск-Сталино. Но в марте из-за дорог наступление пришлось остановить.
– Мне хорошо знакома обстановка на фронте. Как я понял, все ваши разведгруппы были нацелены на Харьков, на штаб немецкой группы войск?
– Именно так. В первых числах января были заброшены две группы. И уже через две недели нам сообщили по линии агентурной разведки о провале обоих групп. Затем я отправил еще одну расширенную группу, а составе десяти человек, но её ждали сразу на месте высадки. Никто не выжил. И вот вчера провалились еще две группы. Отправлены две недели назад с небольшим интервалом. Разные места высадки.
– Две последние группы были нацелены на выполнение заданий первых групп?
– Нет. У этих была более узкая задача. В Харьков прибыл высокопоставленный офицер из Берлина. Полковник барон фон Рунсдорф.
– Кто это?
– Один из адъютантов Генриха Гиммлера. Ныне работник из структуры под названием Аненербе.
– Это организация «Наследие предков». Я о ней слышал.
– Именно так, Иван Артурович. Этот фон Рунсдорф возглавляет один из отделов. И его отец в прошлом был генералом в армии Австро-Венгрии. Возглавлял одно из ведомств разведки. По линии агентурной разведки мы получили данные о важности его задания. Я хочу поручить вам, Иван Артурович, создать команду в моем отделе. Вы станете заниматься только полковником Рунсдорфом. Я не стану вам мешать привлекать любых людей. Тех, кого вы лично сочтете нужным.
– Цель?
– Похищение полковника и доставка его в Москву.
Так Нольман стал служить под началом Максимова…
***
Старший майор НКГБ22 Иван Артурович Нольман лично докладывал Берии о плане операции «Антисоветский центр»23. Предварительный этап прошел хорошо. Нольман сумел понять игру работавших против него Дитмара и Лорингера, и его московские агенты проверку прошли на «отлично». В Ведомстве у Шелленберга в существование Антисоветского центра поверили.
Вчера он получил шифровку о том, что Школа для подготовки специальных агентов фон Лорингера преобразована в «Лагерь А». И во главе, остался все тот же майор СД фон Лорингер.
Шелленберг сменил руководителя организации «Цеппелин» Грейфе на полковника Куррека. Но фон Лорингера оставил на месте, хотя провалов у его агентов достаточно. Куррек наверняка скоро посетит школу Лорингера на новом месте. Если сам Лорингер собирает прежних агентов под своим крылом. В шифровке сказано, что он лично ездил за Третьяком в Лепель.
Нольман понимал, что если в игру снова вступил майор фон Лорингер, то он снова станет просеивать свой персонал. Наверняка вспомнят про «Мертвеца». А сейчас именно агент «Мертвец» приблизился к «Лагерю А» так близко.
Зазвонил телефон. Старший майор снял трубку:
– Нольман!
– Иван Артурович, это Максимов. Срочно зайди ко мне.
– Есть товарищ комиссар госбезопасности!
Владимир Иванович Максимов, комиссар государственной безопасности 2-го ранга24, непосредственный начальник Нольмана, также был обеспокоен делом Антисоветского центра. Задумка показалась ему перспективной, но он сомневался в том, что в ведомстве у Шелленберга поверили в это. А отвечать за все предстоит ему как руководителю 2-го управления.
– Проходи, Иван Артурович. Ты домой не ходил?
– Провел ночь в своем кабинете.
– Не спал?
– Немного, Владимир Иванович. Сон не идет. Голову себе сломаю.
– Но ты доложил Берии что все идет хорошо.
– Пока волноваться вроде нечего. Всё складывается удачно, но у меня есть тревожное чувство, Владимир Иванович.
– Говори.
– Вам ведь уже доложил о шифровке?
– Да. Я знаю, что Третьяк из Локтя переведен в управление «Цеппелин».
– Он переведен в «Лагерь А». А эта структура будет заниматься Антисоветским центром бывшего колчаковского полковника Губарева.
– Но как они станут использовать Третьяка?
– На агентурной работе.
– Для нас это хорошо, Иван.
– Меня сейчас заботит иное, Владимир Иванович. Лорингер станет просеивать персонал. И может добраться до «Мертвеца». Да даже не это страшно. А что, если он уже до него добрался?
– Но «Мертвец» вне подозрений.
– А если Лорингер раскрыл «Мертвеца» и ведет игру против нас?
– Ты говорил, что абсолютно уверен в «Мертвеце».
– Я не говорю о перевербовке, Владимир Иванович. Я о том, что они ведут «Мертвеца» тайно.
– Но Шепитько опытный агент, Иван!
– Фон Лорингер тоже далеко не дурак, Владимир Иванович. А ошибок у Шепитько накопилось много. Он уже был под подозрением и едва не провалился в начале 1942 года.
– Но тогда нам удалось вывести его из-под удара.
– Удалось. Но сейчас у Лорингера важное задание и он станет надежно прикрывать свои тылы. По его личному настоянию около десяти сотрудников бывшей канцелярии обер-бургомистра Локтя переведены в «Лагерь А».
– Так много?
– Это только предварительные данные. Точного числа тех, кто попал именно в «Лагерь А» у меня еще нет.
– Но «Мертвец» там.