Владимир Андриенко – Республика: Гиль (страница 3)
– Ты хотел со мной говорить? – строго спросил Блажевич.
– Так точно. Я…, – Шепитько представился.
– И чего хочешь? Впрочем, понятно чего – паёк получать и не сдохнуть в лагере. Здесь все этого хотят.
– Я могу быть полезным, господин Блажевич.
– Андрей Эдуардович. Так меня и называй.
– Я могу быть вам полезным, Андрей Эдуардович.
– Чем?
– Знаю немецкий.
– Да? И хорошо знаешь?
– Хорошо. Если и делаю ошибки в произношении, то не так часто.
– А скажи что-нибудь по-немецки.
Шепитько сказал, и нарочно сделал несколько ошибок. Сам он немецкий язык знал в совершенстве.
– Я-то сам не шибко силен в немецком, – сказал Блажевич. – Добро. Представлю тебя Гилю.
***
Год рождения: 11 июня 1905 года.
Место рождения: город Вилейка (Польша).
В совершенстве владеет немецким, французским и польским языками.
Отец: Вальдемар Энтони фон Лютенгаузен-Вольф. Немец. В 1914 году сменил фамилию на Гиль.
Мать: Домбровская Мария Казимировна. Полька.
В 1926 году призван в ряды РККА.
В 1929 году завершил курс Борисоглебской кавалерийской школы.
С сентября 1929 года назначен командиром взвода в 32-ом Белоглинском кавалерийском полку.
С 1932 года член ВКП(б). Партибилет №0268567.
С 1934 года командир эскадрона. (Приказ БВО №4 от 2.02.1934).
С 1935 года начштаба Ставропольского кавалерийского полка. (Приказ БВО №11 от 4.04.1935).
С 1937 года слушатель Военной Академии РККА им. М.В. Фрунзе. (Приказ по Академии №055 от 19.09.1937).
С 1939 года майор. (Приказ НКО СССР №01178).
С 1940 года начштаба 12- кавалерийской дивизии. (Приказ НКО СССР №019795 от19.05.1940).
С 1941 года начштаба 229-й стрелковой дивизии. (Приказ НКО СССР №0030 от 22.03.1941).
***
Шепитько встретился с Гилем через три дня после разговора с Блажевичем. Гиль был высок ростом и хорошо сложен. На вид ему не больше 35 лет. Холодные серые глаза с колючим и цепким взглядом не понравились Шепитько.
– Блажевич просил за вас, – сказал Гиль после приветствий. – Хвалил ваш немецкий, хотя что он сам в этом понимает?
Гиль перешёл на немецкий язык и Шепитько удивился чистоте его произношения, словно это был не офицер Красной Армии, но уроженец Берлина.
Шепитько ответил на немецком и снова с ошибками в произношении.
– Неплохо. Где учили язык?
– В школе начал учить и затем продолжил в университете.
– Вы про профессии юрист?
– Да.
– Как попали в плен?
Шепитько рассказал.
– И вы желаете присоединиться к антибольшевистской борьбе? – снова спросил Гиль.
– Так точно.
– Но вы состоите в партии большевиков. С чего такая перемена?
–Я хочу жить.
– И это все?
– А разве мало?
– Я хочу создать настоящий боевой отряд для борьбы с большевиками. Вы, по моему мнению, доверия не заслуживаете…
***
Комендант офицерского лагеря штурмбаннфюрер5 СС Ханс Шиндовски, узнав, что среди пленных есть несколько тех, кто недурно знает немецкий, вызвал заключенного на допрос.
– Откуда знаете немецкий язык?
– Я способный к изучению языков, герр штурмбаннфюрер. Еще со школы. Затем университет.
– Вы кто по профессии?
– Юрист.
– Не военный?
– Нет. Призван по мобилизации.
– Я могу предложить вам хорошие условия, если согласитесь на сотрудничество.
– Я готов, герр штурмбаннфюрер.
– В лагере уже формируется антибольшевистская группа под руководством господина Гиля. Слышали?
– Да. Я даже говорил с господином Гилем по поводу моего присоединения к группе, но господин Гиль отказал мне.
– Почему? – спросил Шиндовски.
– Мотивировал тем, что я доверия не заслуживаю.
– Вот как? – Шиндовски удивился. Он этого не знал. – И он объяснил вам отчего вы не заслуживаете доверия?
– Очевидно дело в моей прежней службе. Я состоял в партии большевиков.