Владимир Андриенко – Княгиня из Чёрного леса: Пророчество (страница 2)
– Многие роды полян готовы дать воинов для этого похода, княже.
Воеводы полян стали выкрикивать, сколько каждый род выделит воинов.
– Да будет так! Срок сбора – Перунов день!
Снова воеводы стали славить князя Хельги.
– Фарлаф! Пусть готовят корабли! Всех поставить на это дело! Всех! Пусть бросают иную работу и готовят флот!
– Как велишь, княже! – склонил голову первый воевода.
Хельги продолжил:
– Пусть соберут к Перунову дню две тысячи воинов в Новгороде. Полторы тысячи в Чернигове. Тысячу у древлян. Пятьсот в Смоленске. Триста в Любече у северян. Пятьсот у дреговичей в лесной крепости. Пусть гонцы уже завтра повезут мой приказ в эти города!
Воеводы и бояре закричали:
– Слава князю Хельги!
***
Киев.
«Дом» Хельги.
После совета.
Хельги после совета призвал к себе только одного Фарлафа. Разговор был не для посторонних ушей.
– Ныне пришло время сделать то, что я обещал седлать, когда садился на трон Киева! Пойти походом на Константинополь! Сам царь ромеев дал нам повод для этого!
– Ты прав, княже! Твое решение обрадовало народ Киева!
– В этом сомнений у меня нет. Но есть одно, что меня тревожит. Скажи мне, Фарлаф, давно были новости из Чернолесья?
– Совсем недавно прибыл наш посланец, княже?
– И ты не сказал мне? – нахмурился Хельги. – Я же отдавал приказ немедленно сообщить мне все новости из Чернолесья!
– Если бы было нечто важное, я сразу сообщил бы князю. Но ничего нового нет. Князь Вальдемар строит новую крепость, рядом с усадьбой бывшего владельца Велимира.
– Сколько воинов у Вальдемара в дружине?
– Говорит наш посланец, что только тысяча, как и предусмотрено договором. Но сила его, как знает князь, совсем не в его дружине. Много при нем волшебных существ и опасно нам ныне ссориться с Вальдемаром. Да и не посягает он на большее, чем дал ему князь Киевский.
– Дал! – горько произнес Хельги. – Дал! Он сам это взял. И ты сам знаешь как. Тебя тогда я послал с тысячей воинов в его земли.
Хорошо помнил Фарлаф, что вместо тысячи воинов он привел обратно около семисот. Многих пришлось ему схоронить в землях Чёрного леса. До сих пор не мог он забыть битву на болотах, куда заманили его самого и лучшую часть дружины. Тогда сам Фарлаф едва не был убит, и на его глазах пал цвет воинов «старого отряда» киевского князя. Хорошо еще, что не мог Вальдемар использовать эти силы вне пределов Чернолесья.
Тревожные слухи потом ползли из Чернолесья в Киев и иные города. Говорили, что темные маги Чёрного леса снова оживили сотню павших воинов старой дружины и ныне имеет князь Вальдемар мёртвую дружину, которая стоит тысячи воинов!
Помнил про это и князь Хельги.
– Что с наследницей Вальдемара? – спросил Хельги. – Здорова ли?
Спросил Хельги о дочери нынешнего владыки Чернолесья, которую Вальдемар нарек Хельгой! Как он сам сказал, в честь князя Киевского!
– Растет она быстро, княже. Редкая красавица.
– Наши волхвы говорят, что не простая это девица, Фарлаф.
– При Вальдемаре много колдунов и ведьм. Все пророчат девице великое будущее.
– Великое? И что же они говорят?
– Что быть ей княгиней, – сказал Фарлаф.
– Княгиней? Договаривай, воевода!
– Княгиней в Киеве! – сказал Фарлаф.
– Вот как? Прочат девице моё место?
– Это не будет скоро, княже, как говорят волхвы.
– После смерти моей?
– Да, княже. Мы все когда-то умрем!
– И когда умру я? – спросил Хельги.
– Не так скоро, княже. Ждет тебя…
– Фарлаф!
– Я говорю правду, княже. Не из лести мои слова! Ждет тебя долгое и успешное царствование. Много великих дел свершил ты и еще свершишь. Так говорят волхвы богов.
– Пугает меня его растущая сила, Фарлаф.
– Сила князя Вальдемара в колдовстве, княже. Но живет это колдовство только в пределах Чернолесья. Они не сунутся в наши земли.
– Мне приходится думать про это, Фарлаф. Что будет, когда мы уведем наши рати в большой поход, который планировали давно?
– Думает, князь, что не усидит дома воевода Вельдемар, когда князя не будет в Киеве? Нет, княже. Не покинет он Чернолесья! За это могу поручиться!
– Как можешь ты ручаться за него? Не знаешь ты, что у него в голове, Фарлаф.
– Есть у меня соглядатаи в Чернолесье, княже!
– Вальдемар хитер! Темны его мысли и нельзя полагаться на соглядатаев. Волшебный мир у нас в Киеве исчезает. Если что и осталось от него – только жалкие островки. А в Чёрном лесу все иначе!
– Что нам до волшебства, княже? Не имеет оно силы в Киеве!
– Нынче это так, Фарлаф. Но что будет завтра? Не нравятся мне предсказания волхвов!
– По поводу его дочери? Не стал бы я думать про это. Она еще слишком мала, как и княжич Ингвар.
– Вот это меня и беспокоит, Фарлаф. Ингвар подрастает! Скоро станет он юношей! И многие помнят, что это сын Рюрика! Я же был выбран только временным правителем до того, как Ингвар войдет в возраст!
– Но это были условия твоего избрания в Новгороде, княже! А ныне ты князь Киевский!
– Все это так, Фарлаф. Но надобны мне великие дела, дабы закрепить трон за мной!
– Поход на Царьград станет великим делом, княже!
***
Избавился пять лет назад князь Хельги от конунга Годри Острого меча. Ушли с Годри из Киева и Рагнар с Рюгена и Хельмуд из Медвежьего фьёрда. Они также из похода не воротились.
Но зато смог усилиться новый господин Чернолесья конунг Вальдемар, племянник Ранильда Хромого. Хотел тогда Хельги поссорить дядю и племянника и назначил Ранильда боярином своего совета и верховным владыкой Чёрного леса. Но не приняли его в Чернолесье. Просил тогда Ранильд у князя воинов. Дабы воцариться в своей вотчине. Дал ему князь воеводу Фарлафа и войско.
Поход завершился неудачей и сильно подмочил авторитет князя Киевского. Пришлось Хельги пойти на договор с Вальдемаром. По тому договору брал Хельги с Чернолесья только номинальную дань. Признавал он князем Вальдемара и не вмешивался в дела этого удела.
В бешенстве был тогда Хельги, когда принес ему побитый воевода Фарлаф условия того договора.
–Мне признать его князем? Ты привез мне это? А где моя дружина? Где воины, которых я дал тебе, Фарлаф? Отчего я вижу бреши в их рядах? Ведь шел ты воевать не с царем, а с небольшим племенем во главе которого стоит всего лишь воевода, лишенный наследства отца у себя на родине!
– Племя Волка довольно большое, княже.