Владимир Алябьев – Шокеры (страница 17)

– Послушай, Ириш, я всё понимаю, но коридор – не лучшее место для излияния души. Пойдём ко мне в комнату, и ты мне всё расскажешь.

Ирина молча кивнула в знак согласия, поднялась с колен вместе с Дашей, и, обнявшись, они пошли в сторону комнаты. Войдя, Даша усадила Ирину на диван, а затем и сама села рядом.

– Ну, давай, подруга, рассказывай, что в твоей жизни стряслось? Что так сильно выбило тебя из колеи? Если честно, мне безумно интересно, что такую умную девочку, как ты, могло настолько расстроить.

Ирина неожиданно для себя подумала: "А ведь такого человека я и искала". Ей давно хотелось излить душу кому-то, кто будет просто молча слушать, не перебивая, пока катились слёзы.

Ирина заговорила:

– Даш, в последнее время я будто не я. Что-то бунтарское зреет во мне. Вот даже сегодня, всё было классно… Владимир, мальчик спортивного телосложения, шатен… губы… и глаза… Господи, что я такое говорю? Я очень хочу ещё с ним увидеться, но сегодня я опять всё испортила, вылив на него то, в чём он не виноват.

– Это… как… – Даша удивлённо подняла бровь.

– А это вот так: я, например, сегодня наговорила ему слова, которые к нему не имеют никакого отношения, из-за своих обид прошлого, которые периодически, словно паническая атака, накрывают меня с головы до ног. Как только я вижу хоть сколько-нибудь симпатичного мальчика, меня порой начинает трясти. И вот даже сейчас мои эмоции меня пугают и радуют одновременно. Раньше бы я даже не обратила на него внимания, а теперь мысли только о нём. Скажи мне, Даша, хорошо это или плохо?

– Конечно, хорошо, – Даша пожала плечами. – Что же в этом плохого? Наконец-то твоё сердце почувствовало родственную душу. Разве это плохо? Но, если хочешь чистосердечный совет подруги, не торопись бросаться в отношения. Они не всегда приводят к хорошим последствиям. Бывает так: ты веришь человеку, отдаёшь ему самое ценное, что у тебя есть – своё время, а в итоге оказывается, что для него это всего лишь лёгкий флирт.

Ирина подняла брови.

– Да-да, именно об этом я и думаю. Какой смысл отдавать время человеку, если ты не уверен в нём на 100%?

Даша приложила палец к подбородку и подняла глаза к потолку.

– Ну, хотя, с другой стороны, не уколешься – не научишься. И каждый человек для нас – словно закрытая книга. Мы не знаем, что у него в голове, что у него на душе. И порой, чтобы узнать человека, нам нужно ему довериться. Так что здесь очень двоякая ситуация. Вот обрати, например, внимание на нас с тобой: мы едва знакомы, а что-то тебе во мне очень понравилось, либо чего-то тебе очень не хватало в своей подруге Наташе, что ты увидела во мне?

– Да ты знаешь, я вообще сильно сомневаюсь, что она была мне хоть когда-нибудь подругой, – отрезала Ирина. – Человек очень высокомерный. И, будем до конца честны, таких душевных разговоров у меня не было с ней ни разу. А с тобой… как-то всё проще. Без обид. Как будто мы с тобой знакомы много-много лет.

– Ну, удивляться нечему – я давно живу, – Даша ехидно толкнула девочку в плечо, и они с Ириной рассмеялись.

– Насколько же давно ты живёшь?

– Ну, я помню ещё те войны, о которых ты ещё не знаешь, поскольку не родилась.

И девочки снова расхохотались.

– Как же обрести столь долгую жизнь?

И неожиданно, словно рубильник, Дашу "вырубило". Улыбка пропала с её лица, и Ирина заметила в её глазах какой-то ужас.

– Очень многое надо отдать за это, Ириш, очень многое. В первую очередь – эмоции и чувства. Да… Много чего.

Ирина внимательно посмотрела на Дашу и снова засмеялась.

– Ну, ты, подруга, даёшь! Я ведь действительно поверила!

– Ну, такая вот я, – ехидно прошептала Даша.

После разговора Даша словно увяла, будто солнце, скрывшееся за тучей. Ирина же, поглощенная своими мыслями, не заметила тоску, угнездившуюся в глубине её взгляда. Легко коснувшись плеча, Ирина прошептала:

– Прости, если я тебя обидела. – Голос её был тихим, как журчание ручья.

Даша подняла глаза, и слабая улыбка тронула её губы.

– Слушай, а давай чаю? Что-то мы засиделись. И знаешь, у меня есть кое-что для тебя… Предложение, от которого сложно отказаться. Почему бы такой девушке, как ты, не перейти на мою сторону?

Лицо Ирины озарилось наивной улыбкой, словно распустившийся бутон.

– Да, а почему бы и нет? Чем я могу быть полезной?

Даша пропустила вопрос мимо ушей. Она поднялась и, подойдя к небольшому столику, щелчком пальцев зажгла чайник холодным синим светом. Опершись на край стола, она прищурилась, изучая Ирину взглядом, словно сканируя её душу.

– Хорошо, подруга, не будем ходить вокруг да около. Что происходит вокруг тебя? Что за разработки ты ведёшь, которые притягивают столько недобрых взглядов? И почему за тобой охотятся?

Ирина пожала плечами. От недавних слез не осталось и следа.

– Не знаю… разработки как разработки. Я работаю с живым электричеством, изучаю его, – проговорила она, разведя руками, словно рассеивая невидимую дымку, подыгрывая мистической атмосфере.

Даша не улыбнулась. В её взгляде читалось неподдельное, хищное любопытство.

– Ириш, я понимаю, это прозвучит нагло, но не могла бы ты сегодня остаться у меня?

Ирина вскинула брови в изумлении.

– А почему бы и нет? Моя подруга, скорее всего, меня сегодня в комнату не пустит. Так что сегодня я твоя соседка.

– Ну, и прекрасно! – Даша хлопнула в ладоши, и в тот же миг, словно по волшебству, чайник погас.

Даша подошла к верхней полке, открыла небольшой ящичек и достала пакетики чая. Аккуратно положив их в чашки, она спросила:

– Тебе сколько сахара?

– Четыре, – без колебаний ответила Ирина.

– Ну, четыре так четыре.

– Разбавлять или нет? – спросила Даша, резко обернувшись.

– Да нет, наверное. Разговор у нас, как я понимаю, долгий, а спать я сегодня всё равно не собираюсь. Слишком много впечатлений.

Даша одобрительно кивнула и, не разбавляя, наполнила чашку до краев кипятком. Аккуратно подняв обе чашки, она протянула одну Ирине, а другую оставила себе. Окинув взглядом комнату, она произнесла:

– Ириш, прости, без сладкого. Боюсь, студенческая жизнь напрочь отбила у меня желание вкладываться во что-то сладкое и бесполезное.

– Это ещё почему? – удивилась Ирина.

– Да как бы тебе сказать… от пельменей уже воротит, от хлеба тоже. А если переешь сладкого, то ещё и голова разболится.

Обе девушки рассмеялись.

– Да, есть такое, – согласилась Ирина, отпив немного чая.

Даша, немного подождав, задала вопрос, которого, в принципе, стоило ожидать:

– Ну, великая и могучая девушка-искусница, что же ты такое придумала, что от тебя весь институт шарахается, а за тобой гоняются всякие тёмные личности? – с ехидной улыбкой она посмотрела на Ирину.

Ирина не собиралась скрывать правду, понимая, что её разработки – не более чем иллюзия, обман, как ей казалось. Но мысль об этом проекте сладко щекотала ей нервы, и она с удовольствием начала рассказывать:

– Всё, в принципе, просто. Дело в живой энергии. Я изучаю теорию о том, что человеческое тело не только вырабатывает электричество, но и может им управлять.

Даша сделала глоток, а Ирина, захваченная эмоциями, жадно глотала чай и продолжала:

– Таблицу я тебе сейчас не начерчу, но хочу сказать следующее… всё банально просто. Как ты знаешь, существует разное электричество, то же статическое…

Даша неожиданно перебила её:

– А попроще!

– Ну, как тебе объяснить проще? Я считаю, что мы можем формировать электричество, пользуясь… ну, некоторыми подручными средствами. Мы же не удивляемся, когда наш кот электризуется о шерсть. Наши руки создают небольшие электрические разряды.

– Так-так, – спокойно проговорила Даша.

Опустив глаза в пустую чашку Ирины, она добавила:

– Минутку, я тебе ещё налью.

Не дожидаясь ответа, Даша забрала чашку и снова наполнила её чаем, предварительно разбавив холодной водой.

– Вот, держи.