Владимир Алябьев – С.АД (страница 7)

– Я не один!

– А кто у тебя есть?! – не меняя мимику и тембр голоса, спросил Хмурый.

– У меня есть друзья, которые придут на помощь.

Хмурый оглядел автобус, как будто в чем-то убеждаясь, посмотрел на Макса с долей понимания и жалости.

– Хорошо! Я рад, что тебе есть кому вернуться через три месяца.

– Мост через десять минут! – утробным басом пророкотал водитель, и салон зашевелился, словно потревоженный муравейник.

– Вот и переход…

– Что это?

– Мост! – хмуро подтвердил Хмурый, словно высекая каждое слово из камня. Тон его был таким же угрюмым, как и у водителя.

– Слушай, Хмурый, а зачем куклы?

– Ну, как тебе сказать… – Хмурый заметно напрягся. Опустив взгляд в пол, он словно выдавливал из себя каждое слово. – Оно их впускает, заодно и нас. Думает, мы их ему везем! Но в деревню поедут только мужчины!

– Что за бред? Что значит "Оно"? Ты мне мозги пудришь?

– Так, ребятки, приехали. Пора попрощаться с этим миром, – резко оборвал водитель, и словно по команде ребята посыпались из автобуса, будто горох. Макс, не отставая от Хмурого, следовал за ними, пытаясь разгадать происходящее.

– Слушай, если хочешь, чтобы мы подружились и доверяли друг другу, я должен понимать, что здесь происходит, – серьёзно произнес Макс, в упор глядя на мужчину.

– Это переход! – Хмурый ткнул пальцем в сторону бескрайней водной глади, простирающейся до самого горизонта.

– Что это за море? – Макс потерял дар речи. Зачарованный, он смотрел на бесконечный простор, медленно приближаясь к берегу.

Вдруг Хмурый резко схватил его за руку, развернул к себе и продолжил:

– Это не море! А если быть точным, это даже не вода!

– Что ты несешь?

– Я понимаю, тебе трудно в это поверить, но это факт. Попытаюсь вкратце объяснить, что тут происходит. Тварь не пускает на остров просто мужчин. Для этого нам и нужны куклы.

– Чего? Ты сумасшедший?

После непродолжительной стоянки тебе вручат тюбик с мутной жидкостью. Ей нужно будет окропить куклу. И еще… – Хмурый замялся, откашлялся. – И банку вазелина. Им… в общем, ей нужно будет все это намазать. Своими руками.

–Разверните автобус! Я ухожу, вы безумцы! – Макс толкнул Хмурого плечом и направился к автобусу за своими вещами.

– Макс! Постой! – Хмурый бежал следом, пытаясь его догнать.

– Я достаточно услышал. Эй, водила! Открой двери, я забираю вещи. Можете меня не везти, сам доберусь.

Водитель стоял у начала моста, устремив взгляд вдаль, словно не слышал Макса. Парень решил, что у него наушники, и медленно двинулся к нему.

– Я сказал, открой автобус!

– Я не могу! – прозвучало почти по-детски.

Максу стало жутко. Ребята, словно зомби, тянулись к мосту, их тела казались безжизненными. Пассажиры, ехавшие с ним в автобусе, невольно стекались к мосту и, подобно водителю, неотрывно смотрели в его даль.

– Время! – резко обернувшись к толпе, проскандировал водитель. – Пора, ребята! Братишки мои, я знаю, многие из вас видели неудачные переходы. И все мы страшимся этой твари. Но есть те, кто заперт в ней. И наша задача – остановить эту адскую карусель. Все готово.

Водитель подошел к автобусу и из бокового багажника вытащил черный ящик, внутри которого лежали пробирки с именами. Ребята по очереди подходили и брали свои, возвращаясь к автобусу и ожидая, когда откроются двери.

– Макс, пожалуйста! Только ты можешь пройти!

– У тебя должна быть чертовски веская причина, чтобы я поверил в этот бред! – проорал парень Хмурому в лицо.

Вдруг вода забурлила, и из нее, словно из клубка водорослей и торфа, поднялось черно-зеленое пятно, непонятная тварь. Макс застыл, словно вкопанный, его мозг отчаянно пытался объяснить происходящее, но безуспешно. Тварь росла в геометрической прогрессии. Это нечто напоминало одновременно медузу и осьминога, от него несло болотом, и больше всего оно походило на шар тины и грязи со щупальцами.

– Что это за дерьмо?!

– Просто сделай, как я тебя прошу! – серьезным голосом произнес Хмурый и пошел к автобусу, указывая рукой на пузырек с надписью "Оксана" и "Макс".

Парень подошел к ящику и, дрожащими руками забрав пробирку, посмотрел на водителя. Тот в ответ по-доброму подмигнул. Когда Макс стал отходить, водитель аккуратно взял его за руку и пожал. На глазах серьезного мужчины блеснули слезы.

– Она болела! Я знал, что она не доживет до моего приезда. Я ей говорил, что нужно лечиться, а она все потом да потом… Береги Оксану, пожалуйста. И знай, когда тело умирает, оно теряет запах жизни. Тварь это знает.

– Ты больной! – Макс вырвал руку и хотел уже бежать, но мерзкая тварь уже оплела пятачок перед мостом, на котором стоял автобус. Макс понял, что ему не выбраться, если не играть по правилам. В голове пронеслась мысль: «Испытательный срок три месяца…» Парень обернулся, сам не понимая, что заставило его это сделать. Водила уже не казался таким свирепым, взгляд его смягчился, словно он смотрел на потерявшегося сына.

– Первый – последний прибывший! – рявкнул водила, и в голосе не осталось и следа отцовской теплоты. Подтолкнув Макса к салону автобуса, бросил: – Иди, учись!

Макс вошел в автобус, где царил хаос. Ребята, словно одержимые, выдавливали тюбики со смазкой на резиновых кукол, щедро умащая их вазелином.

– Дурдом какой-то! – прошептал он.

– Дурдом будет, если тварь заметит подлог! – отрезал водитель, в его голосе слышалась угроза.

– Или ваша баба уже окочурилась! – пробурчал Хмурый, не отрываясь от манипуляций с куклой.

– Я пойду последним! На вас надежды нет! Еще забудете автобус закрыть, – заявил Водитель.

– Ага, жирная свинья, наверное, опять будет дожирать объедки, – не унимался хмурый, и в глазах его заблестели слезы.

– Раздеваемся, девочки, и помним: эта тварь любит сама раздевать девиц!

Макс, с содроганием, повторил все манипуляции. С ужасом наблюдал, как парни, скинув с себя одежду донага, подхватывали резиновых кукол на руки и выходили на улицу.

– Так, ты первый, а новенький – за тобой!

– Хорошо!

Юноша соскочил с подножки автобуса и двинулся навстречу чудовищной, не поддающейся описанию твари. Завороженные взгляды пассажиров провожали его из окон. Он подошел ближе и протянул куклу этому неземному созданию, которое, казалось, ожило от такого подношения. В центре мерцающей сферы, окружающей монстра, пролегла трещина, и оттуда хлынули извивающиеся щупальца. Они впились в резиновую плоть игрушки, совершая некий жуткий ритуал. Парень замер в ожидании. После короткой оргии, чудовище разверзнуло подобие пасти и заглотило куклу, а затем и самого юношу.

У Макса выступил холодный пот, мир поплыл перед глазами, и он рухнул на землю. Очнувшись, он лежал на холодной земле, а рядом валялась та самая кукла. Тварь, казалось, ухаживала за резиновой девицей, совершая непристойные движения. Макс с ужасом обернулся к автобусу. Последнее, что он увидел, – силуэты голых ребят, отдающих ему честь. В тот же миг склизкие, отвратительные щупальца схватили его и втащили в зияющую пасть.

В кромешной тьме его мяло и швыряло. Задержав дыхание, он почувствовал, как скользит вниз, а затем неведомая сила потащила его вверх по извилистым кишкам. Когда воздух стал иссякать, впереди забрезжил слабый свет, словно луч надежды. Яркий свет и внезапный удар обо что-то твердое погрузили его в беспамятство. Напоследок он ощутил вкус незнакомого, насыщенного воздуха. Такого он еще не встречал.

Голоса звучали призраками в темноте сомкнутых век.

– Где Водила?

– Откуда мне знать! Должен был уже появиться!

– Сукин сын, знал ведь!

– Где вещи?

– Да вот они! Будите новенького!

Сквозь пелену сна Макс почувствовал прикосновение, чья-то рука легла на плечо и настойчиво трясла.

– Макс, вставай! Нам пора. – голос Хмурого пробился сквозь остатки дрёмы, заставив веки разомкнуться.

Он лежал под исполинским цветком, напоминающим подсолнух, склонившимся над ними, словно крыша высотой в три метра. Вместо семечек из сердцевины тянулись трубки, уходящие вглубь стебля и теряющиеся в изгибах. Двое парней стояли напротив желтой дыры, источающей тягучую жижу того же цвета.

– Ну где он? Водила окочурился, так и не отправив наши гостинцы?

– Не мог он так поступить! Подождем, сейчас разродится эта задница.

Дыра начала сужаться, и из неё вывалились черные мешки, которых не было в Автобусе.