Владимир А. Паутов – Операция «ВОЗМЕЗДИЕ» (страница 18)

Над дорогой стал подниматься густой белый туман с очень резким и едким внезапно появившимся специфическим запахом уксуса. Вслед за этим от трассеров бронебойных пуль загорелся бензин в джипах охраны, вскоре огонь перекинулся на автоцистерны и поджёг вытекавшее из пробитых баков дизельное топливо. В воздух взметнулось огромной высоты пламя, и затем повалил чёрный-чёрный дым. Нападение на колонну было столь стремительным, что охрана не успела ничего предпринять и практически полностью погибла в течение нескольких минут после внезапной атаки.

Вскоре на шоссе с двух сторон, как в направлении пакистанской границы, так и к городу Кандагару образовался довольно внушительных размеров автомобильный затор. Создавшуюся пробку невозможно было объехать ни по обочинам, ни по каким-либо другим дорогам.

АФГАНИСТАН. ПРОВИНЦИЯ КАНДАГАР. 2007 ГОД. КОНЕЦ МАЯ.

К 2001 году движением «Талибан» в Афганистане почти полностью были искоренены посевы опиумного мака. Однако после того, как в страну вошли войска НАТО во главе с США, производство опиатов резко стало расти. Так по данным организации «Программа контроля за наркотиками ООН», если в 2001году в Афганистане до ввода в эту страну Международных сил содействия безопасности было произведено 185 тонн опиума-сырца (на 1 кг героина необходимо 10 кг опиума-сырца), то в 2002 году – 3400 тонн, в 2003 – более 3600 тонн (87% мирового потребления и почти 100% потребления в Европе), в 2004 – 4200 тонн, в 2005 году – более 4500 тонн, в 2006 году – 6100 тонн, в 2007 году – около 8200 тонн, что составляет почти 93% всех опиатов в мире. При этом коалиционные силы не имеют мандата на уничтожение посевов опиумного мака и героиновых лабораторий. "Урожай смерти" приносит свыше 100 млрд. долларов в год, 7 млрд. из них возвращаются в Афганистан, остальные идут тем, кто вовлечен в транспортировку, оптовую и розничную торговлю и т.д.,

К началу 2007 года в Афганистане сложилась полноценная производственная, кредитно-финансовая и банковская инфраструктура, ориентированная исключительно на обеспечение наркоторговли. Центром наркобизнеса стал город Кандагар.

В этой связи можно констатировать факт, что никакой другой экономики, кроме как героиновой, в Афганистане не существует.

***

Полковника Клиффорд сидел за столом в своём кабинете и нервно курил. Он пребывал в крайнем раздражении. В последнее время на него лавиной обрушились неприятности, причём они следовали буквально одна за другой. Самой крупной их них, конечно, была операция, которую проводила разведывательная рота 82-й воздушно-десантной дивизии. Правда, разведчики тогда понесли огромные потери: 36 человек убитыми и 60 человек ранеными. В придачу к этому во время боя были сбиты ещё два вертолёта. До сегодняшнего дня таких потерь коалиционные силы не знали. Полковник тяжело вздохнул и задумался: «Так было спокойно, тихо и на тебе!»

Начальник гарнизона уже не первый день раздумывал о своих неприятностях и анализировал причины их появления. И чем больше он размышлял над этой проблемой, тем больше приходил к уверенности, что первопричиной неожиданно возникших проблем стал приезд из Багдада представителя Разведывательного управления полковника Дэвида Фроста.

– Выскочил как чёрт из табакерки! Надо бы навести о нём справки. Не нужно было отказываться, когда Ламберт предлагал свои услуги. Он ведь резидент ЦРУ, у него и возможностей через свою фирму пробить этого Фроста больше, – раздумывал полковник Клиффорд. Теперь ему надо было, как начальнику гарнизона, отвечать на довольно неудобные вопросы Пентагона: почему такие большие потери, кто планировал операцию и взаимодействие и прочее.

А тут ещё пришла жалоба от губернатора провинции. Два дня назад штурмовики наносили воздушные удары по позициям сторонников движения «Талибан». Командир звена после выполнения задания доложил, что результаты атаки оказались очень успешными: уничтожено два автобуса с боевиками. Полковник Клиффорд тогда обрадовался и начал составлять подробную реляцию в Пентагон об успешных действиях американских войск в провинциях Кандагар и Гильменд. Он очень старался произвести впечатление, чтобы хотя бы как-нибудь сгладить раздражение, возникшее у военного руководства коалиционными силами в связи с недавними потерями разведчиков 82-й воздушно-десантной дивизии.

Полковник сделал глубокую затяжку, затем сложил губы трубочкой и выпустил тонкую струю дыма. Дело с написанием рапорта никак не могло сдвинуться с мёртвой точки. Как только он собирался начать работу, то в голову тут же лезли мысли о представителе из Багдада. К тому же полковник Клиффорд не мог забыть и того унижения, которое претерпел от приезжего офицера: пощёчина, что он получил на глазах солдат и офицеров разведроты буквально не давал ему спокойно спать.

– Ладно, рассчитаемся ещё! – подумал полковник Клиффорд и, взяв себя в руки, принялся за рапорт. Вот за этим важным делом его и застал дежурный по гарнизону.

– Сэр, – обратился он, войдя в кабинет Клиффорда, – прибыл вице-губернатор провинции и просит принять его!

Полковник недовольно взглянул на офицера. Начальнику гарнизона и так было трудно сосредоточиться на рапорте, так как в голову упорно лезла одна и та же мысль о том, что прибывший из Багдада полковник Фрост имеет прямое отношение ко всем бедам и несчастьях, обрушившихся на голову Клиффорда. Он только начал успокаиваться и входить в обычный свой рабочий ритм, но доклад дежурного буквально взбесил полковника. Он вскочил с места и, скомкав лист бумаги, на котором даже не успел ещё ничего написать, выбросил его в мусорную корзину.

– Что там случилось? Мне дадут, наконец, работать? К чёрту посетителей! – истерично стал выкрикивать полковник.

– Сэр, он настоятельно просит принять его! Говорит, что привёз жалобу от губернатора на действие наших парней.

– Как же они надоели своими стенаниями, просьбами и жалобами! Мы им несём демократию, свободу, счастье, а они вместо благодарности занимаются всякой хренью! Воевать им надо! Террористов надо уничтожать! Видите капитан, мне с этими разборками настоящим делом заняться некогда! – разразился длинной и гневной тирадой полковник Клиффорд.

– Ну, так что, сэр? Пригласить! – дождавшись, когда полковник закончит свою речь, спокойно спросил дежурный офицер.

– Пропустите! – недовольно буркнул Рассел Клиффорд и рухнул в кресло.

Через пять минут в кабинет начальника гарнизона вошёл высокий красивый пуштун. На нём был светлый костюм, на голове – каракулевая шапочка в виде пилотки.

– Здравствуйте, господин Аминулла! – поднялся из-за стола полковник и двинулся навстречу гостю. – Как Ваши дела? Что будете пить: может, виски или джин? – полковник не смог удержаться от того, чтобы не предложить афганцу спиртное, зная, что тот не пьёт. Однако гость не обратил внимания на иронию американца. Он даже бровью не повёл, а подошёл к полковнику и достал из кожаной папки, в которой обычно носят важные документы на доклад начальству, несколько сброшюрованных листов бумаги.

– По поручению губернатора провинции, господин полковник, я уполномочен вручить Вам этот документ. Мы хотели бы, чтобы по нему были приняты безотлагательные меры! Так же должен поставить Вас в известность, что губернатор уже доложил о случившейся трагедии президенту страны. До свидания, господин полковник!

После этого афганец еле заметно кивнул, чётко, по-военному, развернулся на месте и вышел вон из кабинета немного опешившего начальника гарнизона.

Брови полковника, как только он начал читать документ, удивлённо поползли вверх. На чтение ушло несколько минут. После этого Клиффорд зло бросил документ на стол.

– Вот же чёрт возьми! Опять эти лётчики напортачили! Вместо талибов отбомбились по свадьбе. Два автобуса сгорели полностью вместе с людьми! 85 человек! Снова придётся мне улаживать дела с местной администрацией. Вот ублюдки! – правда, было непонятно, в чей адрес было направлено последнее ругательство: то ли американским лётчикам по ошибке убивших почти сотню мирных афганцев, то ли самим афганским чиновникам, то ли погибшим людям за то, что оказались там, где не нужно в неположенное время.

Полковник вернулся за стол. Его настроение и без того плохое было окончательно испорчено. Ему пришлось звонить в авиа-эскадрилью штурмовой авиации. Разговаривать с командиром, затем приглашать к себе лётчиков для дачи объяснений. Так за разборами полётов и дружественных бомбовых ударов незаметно приблизилось время ланча. Полковник отпустил всех фигурантов дела и начал думать, как ему объясняться с губернатором.

– Столько дел навалилось! Ладно, всё переносим на завтра… – сказал он вслух самому себе и хотел уже покинуть кабинет, как зазвонил телефон спутниковой связи. Оставить без внимания этот звонок полковник не имел права. К тому же, он почему-то заставил Клиффорда занервничать. Полковник сам не понимал почему, но что-то тревожное прозвучало в обычном сигнале телефонного зуммера. Он быстро вернулся к своему столу и взял трубку аппарата.

– Рассел, ты чем там занимаешься? У тебя под носом жгут автоколонну в двадцать автоцистерн, а ты протираешь штаны у себя в кабинете! Мои ребята гибнут, а их некому вытащить из этой адской передряги! – из трубки раздавался такой сильный крик, что полковник невольно поморщился и даже отвёл руку, в которой была трубка, чуть в сторону.