Владимир А. Паутов – Операция «ВОЗМЕЗДИЕ» (страница 19)
– Ты, что так раздираешься, Сэм? Говори толком и по делу!
– Я и говорю по делу! Мои ребята, как ты догадываешься, сопровождали груз! Кажется, это была твоя просьба?
– Не тяни! – грубо перебил своего собеседника полковник Клиффорд.
– Не доезжая до Кандагара, они попали в засаду! Я позвонил в штаб дивизии, но там какой-то полковник ответил мне, что военные не вмешиваются в дела частной охранной фирмы. Это, мол, ваше личное дело, и пусть, мол, голова болит у владельца груза. Вот и разбирайтесь с ним!
– Сэм, успокойся! Ты можешь толком объяснить, где они попали в засаду?
– Где-то на дороге от границы! Сам точно не знаю!
– Когда это произошло?
– Часа четыре назад!
– А откуда у тебя такие сведения?
– Начальник местной полиции сообщил! Дорога на Кветту забита до отказа. Пробка образовалась в обои стороны миль по пять.
– Кто напал?
– Ничего не знаю!
– Жди моего звонка! Сам пока ничего не предпринимай!
Полковник Клиффорд отключил связь. После разговора он замер в кресле и, сидя с телефонной трубкой в руке, всматривался в окно, словно на взлётно-посадочной полосе мог что-то такое увидеть, что помогло бы ему понять суть произошедшего на трассе Кветта-Кандагар. Из этого состояния его вывел очередной звонок. Полковник торопливо схватил трубку. На том конце был афганец, с которым недавно встречался резидент ЦРУ.
– Мистер Клиффорд, Вы знаете, что колонна сожжена полностью?
– Да, господин Мохаммадзай, мне известно об этом происшествии!
– И что?
– Ничего! А собственно, почему Вы обращаетесь ко мне?
– Понимаю! Но кто возместит мне убытки, ведь груз был полностью оплачен!
– Я не готов пока ответить на этот вопрос, господин Мохаммадзай! Давайте поговорим на данную тему немного позже. Я должен сейчас вылететь на место засады. Ведь там погибли в основном американские граждане, как Вам известно.
– Хорошо! – коротко бросил афганец.
Полковник вызвал дежурного офицера и приказал тому подготовить к вылету санитарно-транспортный вертолёт с бригадой спасателей. Затем он связался с командиром комендантской роты и распорядился выделить взвод солдат для охраны. Через полчаса всё было готово и два вертолёта вылетели к месту, где колонну автоцистерн и сопровождавших их джипов с сотрудниками частной охраной дотла сожгли неизвестные лица.
*****
– Как колонна могла попасть в засаду? Кто организовал нападение? – в который раз полковник задавал себе один и тот же вопрос. – По документам вполне обычный груз дизельного топлива. Сопровождение не армейское. Да и Мохаммадзай заверял, что колонна пройдёт нормально. Ведь вся провинция у него под контролем. О грузе знали несколько человек. Значит, информация каким-то образом ушла к тому, кто организовал засаду! Как ушла, от кого! От меня? Бред!!! Ламберт?… Полный бред!!! Значит, утечка произошла в окружении Мохаммадзая. – размышлял Рассел Клиффорд, сидя возле иллюминатора и посматривая вниз.
Вертолёт находился примерно в километрах десяти от места засады, а результаты последствия тяжёлого боя уже можно было увидеть даже с этого расстояния. В отсутствии ветра над горным перевалом чёрным столбом стоял дым. Трасса от Кандагара была забита автомобилями: грузовыми, легковыми, автобусами. Вертолёты сделали два круга над местом боя и затем пошли на посадку. Вначале они зависли над дорогой почти возле автоцистерны, которая подорвалась первой. Посадку сделать здесь было невозможно из-за крутого склона. К тому дорога в этом месте сильно сужалась, и вертолёт вполне мог задеть лопастями гору и рухнуть на землю, поэтому полковнику, спасателям и солдатам взвода охраны пришлось десантироваться с высоты более четырёх метров прямо на твёрдое асфальтовое покрытие трассы.
Десантирование прошло успешно. Полковник, прикрывая лицо от поднятого вертолётными винтами пыли и песка устремился к сгоревшему джипу сопровождения, возле которого толпились афганцы. Это были водители и пассажиры машин и автобусов, которых вынудили остановиться останки подбитых машин, перегородивших магистроаль. Объехать искорёженные автоцистерны какой-либо другой дорогой было невозможно, так как по верблюжьим тропам автобусы и машины ехать не могли. К тому же наученные горьким опытом долгой войны, афганцы прекрасно знали, что после такого жестокого боя дорога и её обочины могли быть нашпигованы минами и фугасами.
Полковник, не дойдя несколько метров до подорванного внедорожника, остановился. Жестом руки он дал команду сапёрам обследовать место возле сожжённого джипа. Солдаты с миноискателями быстро проверили дорожное полотно и обочину возле внедорожника на наличие фугасов. Сержант махнул рукой, и спасатели осторожно двинулись вниз по дороге. Следом за ними пошёл и полковник Клиффорд. Дизельное топливо уже почти выгорело и дыма стало меньше. Асфальт был влажным, и над дорогой стоял крепкий запах уксуса.
– Сэр! – обратился к полковнику сержант из сапёрного взвода. – Видимо, здесь произошла большая утечка уксусной кислоты, поэтому надо вызвать взвод химической защиты. Сильный запах, сэр! Возможны отравления!
– Хорошо, сержант! – недовольно буркнул Клиффорд. Конечно, идти вглубь колонны было нельзя, и он это понимал. Но мысленно в этот миг полковник думал совершенно о другом: «Чёрт меня задери! После этого у всех и сразу возникнет куча вопросов к шефу отделения частной охраны, а он естественно переведет стрелки на военных. Да…, брать на себя ответственность Сэм не станет!» Вот такие невесёлые мысли одолевали полковника Клиффорда в тот момент, когда он стоял возле сгоревшего внедорожника и смотрел на обугленные трупы охранников, лежавших на обочине дороги.
Ждать взвод химзащиты пришлось около часа. Наконец, специалисты прибыли и спасательную операцию можно было продолжить, хотя ни у кого из солдат и офицеров, участвующих в неё, язык не поворачивался назвать свои действия «спасательными». Скорее они работали сейчас как похоронная команда.
Команда спасателей и солдат химического взвода вместе с сапёрами медленно прошли до конца колонны, но не нашли ни одного живого или раненного. Около машин, на обочине дороги, на близлежащих горных склонах лежали обгоревшие, изрешечённые, обожженные тела. Цистерны представляли собой настоящее решето. Кабины искорёжены. Остовы полностью сгоревших наливников и джипов выглядели очень удручающе и гнетуще.
– Сэр, – подошёл к полковнику командир группы спасателей, – мы осмотрели все машины: живых нет! Эвакуация вертолётом невозможна! Лётчики передали, что подходящей площадки здесь нет!
– Хорошо лейтенант! Эй, капитан! – окликнул Клиффорд командира комендантской роты.
– Слушаю, сэр! – подбежав, ответил он.
– Выставляйте охрану! Лейтенант со своей группой остаётся с Вами! Я вылетаю на базу! Эвакуационная бригада будет завтра утром. Никого не подпускайте к трупам!
– Слушаюсь, сэр!
– Проверьте внимательно близлежащие склоны! Постарайтесь найти позиции, откуда вёлся огонь по машинам.
– Слушаюсь, сэр!
– Да, сапёры всё проверили?
– Так точно, сэр!
– Что-нибудь обнаружили?
– Ничего, сэр! – ответил лейтенант из группы спасателей.
– На чём же тогда подорвался джип? – усмехнувшись, спросил полковник.
– Он подорвался на мине, сэр! Но мина была установлена под днищем автомобиля. Таким же образом были подорваны и несколько автоцистерн. В дорожном покрытии нет воронок!
От услышанного у полковника округлились глаза. «Это что же получается, джипы и наливники были заминированы? Диверсия!? Но это невероятно!!!» – подумал Клиффорд, и сердце его от внезапно возникшей догадки учащённо забилось.
*****
В вертолёте, когда полковник возвращался на базу, его постоянно терзала мысль о том, что диверсия не могла осуществиться без человека, осведомлённого во всех деталях и тонкостях доставки груза. Но ниточка его логических размышлений постоянно прерывалась из-за шума работавшего двигателя. Звук вертолётных турбин и переговоры лётчиков с диспетчером мешали Клиффорду сосредоточиться. Вообще его отвлекало всё: сам полёт, ясное небо, хорошая погода, яркое солнце, земля под днищем вертолёта. Успокоиться полковник смог только, когда оказался в своём кабинете. Там он плеснул в стакан изрядную порцию виски, сделал внушительный глоток, выкурил пару сигарет и заварил чашку крепкого кофе. Выполнив весь свой ритуал, он полностью успокоился.
После этого полковник Клиффорд первым делом набрал номер дежурного по штабу дивизии. Когда на другом конце провода ответил, он спросил грозным тоном: «Вы что-нибудь знаете о нападении на колонну? Ах, слышали? Ваша часть всего в 25 километрах, так какого чёрта, не была выслана помощь нашим парням?»
Вместо ответа наступила какая-то заминка. Видимо, на том конце провода кто-то у кого-то забрал трубку телефонного аппарата. Интуиция не обманула полковника Клиффорда. Действительно в наушнике раздался голос, принадлежавший другому человеку.
– А кто это говорит? – услышал начальник гарнизона вопрос, который буквально взбесил его.
– Кто говорит?… Да я…. Да…
– Вы зря так распаляетесь, сэр! Я полковник Фрост! По имеющейся у меня информации, колонна была не армейская. К тому же в автоцистернах находилось не дизельное топливо, как это было задекларировано в таможенных документах, а азотная и уксусная кислота. Вы знаете, что эти вещества используются в производстве героина?