Влада Медведникова – Предвестники Мельтиара (страница 14)
Скоро начнется война.
Я думал об этом, когда проснулся, думал весь день. Я знал об этом и без снов, зачем они напоминают мне?
Я никогда не хотел предвидеть будущее.
Уже стемнело. Я протер глаза и огляделся. Запах синего дыма все еще витал в воздухе – я опять курил слишком долго, опять потерялся среди мыслей, воспоминаний и предчувствий. Я не знал, сколько просидел здесь, за столом, над старым пергаментом. Час, два?.. Когда я пришел, сквозь пыльное окно падал свет, квадратами ложился на потускневшие строки. А сейчас было так темно, что я не видел собственных рук.
– Эли!
Окрик снаружи, незнакомый и резкий голос. Я встал и, пытаясь не сшибить ничего на пути, направился к двери. Ящики не давали мне пройти, а запах древности, смешанный с дымом, мутил мысли. Меня окликнули еще раз, и я наконец нашел дверную ручку, вышел из дома.
Снаружи был свет. Призрачно-алый, он бился в хрустале, ночь обступала его, тени дрожали на земле.
Я медленно спустился по ступеням, остановился рядом с часовым.
Сигнализация зажглась. Один из шаров сиял – погасшее созвездие с единственной звездой, и у меня в руках не было карты, я не помнил, где север, где юг, не мог понять, какая деревня под угрозой и куда нам лететь.
Я взглянул на часового, и тот понял меня без слов.
– Это Форт, – сказал он. – Самое южное поселение. Загорелся только что. У нас есть время?
– Час или два, – кивнул я. – Может быть, больше. Найди Аник. И Джерри или Рилэна. Кого-нибудь. И позови их.
Я сам не мог сделать ни шага. Алое мерцание не отпускало меня, звало подойти, прикоснуться, запеть. Сквозь мое волшебство звучала другая, затерянная в веках песня, она наполняла ночь, наполняла мою душу.
Здесь, на границе, Форт – единственная крепость. Если враги открыто напали на нее, значит ли это, что началась война?
Чужая песня отвечала мне, пронзала сияющими нитями сердце. Нет, нет, говорила она, еще рано, еще рано.
Я едва заметил, как они пришли. Джерри и Рилэн, Аник и Тин – обступили мое созвездие, и их тени вздрагивали и метались от всплесков алого света.
– Летим туда? – спросил Рилэн. Он стоял ближе всех к пылающему хрусталю, сигнальный свет отражался в его глазах.
Говорить мне все еще было трудно, и я кивнул.
– Я уже отдала приказ, – сказала Аник. – Отряд собирается, мы немедленно выезжаем.
Все правильно. Чем больше нас там будет, тем лучше.
– А деревни? – Тин стоял рядом с Аник, смотрел требовательно и тревожно. – Никто не поедет патрулировать в горы?
Мой голос наконец-то отделился от песен, от переплетенного потока волшебства, и я сказал:
– Видишь? Только Форт. Все остальные в безопасности.
– А если на них нападут по пути? – возразил Тин. – Или после? У вас не будет сигнализации с собой. Отправляйтесь в Форт, я поеду в горы.
– Один? – Аник нахмурилась и покачала головой. – Опасно. И ты нам нужен.
Тин отвернулся на миг, а потом посмотрел мимо Аник, на меня.
На миг мир потемнел, и я был уверен – сейчас меня вывернет наизнанку, я потеряю сознание или потеряю себя. Но дыхание вернулось, и вернулась ясность. Я видел Тина, видел в его глазах просьбу хранить тайну.
Никогда прежде чужие мысли не проходили сквозь мое сердце, как отравленный пепел. Я слышал мысли учителя, мысли других волшебников – они звенели в моей душе, как новая струна в знакомой песне. Но безмолвную речь всадников я услышал впервые, и она оказалась совсем другой.
«Это не волшебство, не называй это так», – сказал мне Зертилен, и сейчас я не мог с ним спорить.
Но я умею хранить тайны.
Я поймал взгляд Аник и сказал:
– Тин столько времени жил в горах один и несколько раз останавливал врагов. Пусть поедет.
Аник мотнула головой, то ли соглашаясь, то ли возражая, а Джерри пробормотал:
– Я же говорил, надо было сразу лететь в Форт…
Мне нечего было ему ответить, и я пошел к лодке.
16
Мы были на полпути к ангару, когда Лаэнар остановился. Я обернулась и увидела, что он прижимает к виску левую руку. Браслет на запястье мигал зелеными огнями, передатчик шелестел еле слышно, и Лаэнар хмурился, слушая.
Мой браслет молчал. Я взглянула на Рэгиля, на Амиру – но и их передатчики были темными.
Каждый из нас уже получил сообщение утром. Мы все обсудили, решили и шли в ангар – ворота были распахнуты сегодня, знаки созвездий не видны, и сила и голоса машин выплескивались в коридор, неслись, как волна, заставляли чаще биться сердце.
Это еще не война, но преддверье войны – в первый раз мы летим не одни. Еще одна машина или две и отряд бескрылых воинов – они впервые отправляются в открытую битву, они уже в пути.
Только одно затеняло радость – Мельтиара не было с нами. Он не говорил с нами все эти дни, и не он позвал нас в бой. Наша обязанность и наше право – возглавить атаку, сиять ярче всех, но все же это еще не война.
Мельтиар будет с нами, когда начнется война.
Шелест в передатчике стих, и Лаэнар обвел нас взглядом.
– Это Миэлти, – сказал он, все еще хмурясь. – Всадник сейчас один, в горах. Все остальные силы стянуты в Форт. Мы можем уничтожить его, пока он один.
– Все силы стянуты в Форт? – повторил Рэгиль. Он стоял совсем близко, и я чувствовала, как вспыхивает и искрится его тревога. – Они ждут нападения? Откуда они знают?
Все эти дни я снова и снова вспоминала то, что увидела там: чужого мага, деревянную машину, ополчение захватчиков. И сейчас даже ярче, чем прежде. Но у меня не было сомнений.
Я сжала руку Рэгиля на миг и сказала:
– Тем лучше. Мы уничтожим их всех сразу.
Рэгиль промолчал, а Лаэнар возразил, упрямо и резко:
– Нет. Другого шанса может не быть. Нужно уничтожить всадника.
Я хотела ответить, но все мои слова Лаэнар знал и сам. Мы звезды Мельтиара, мы первыми должны ворваться в битву. Пусть это еще не война, но наше место там, в бою, – мы нападем на Форт, это наш долг.
Лаэнар кивнул, словно я говорила это вслух.
– Есть те, кто заменят нас там, – сказал он. – Но никто не отправится в горы искать всадника. А именно он был нашим противником, он нас видел. Мы должны убить его.
Я застыла, глядя на Лаэнара. Он сжимал кулаки, и его темные глаза пылали. На миг мне почудилось: наша подбитая машина, выстрелы, отблеск пожаров – все отражается в его зрачках. Он хотел мести сильнее, чем все мы, хотел одним движением стереть наши неудачи.
Я ничего не могла возразить ему, но не могла и согласиться.
Два дня прошло. Пусть Мельтиар не зовет нас, я могу позвать его.
Моя мысль рванулась белой вспышкой, всполохами света, и Мельтиар ответил мгновенно, без слов. Ответ затопил мою кровь, и на миг я оказалась с ним – в окружении черных скал и лунных теней, далеко отсюда. Он разговаривал с кем-то, воздух был полон звона магии и искр темноты.
Я забыла себя, растворилась в его душе – но всего на миг. Почти тут же вокруг сомкнулись знакомые стены и своды. Белые лампы сияли в вышине, невидимые лопасти рассекали воздух.
От видения остался только голос Мельтиара, всего три слова:
Я не сумела вместить в слова предстоящую атаку, всадника, ярость Лаэнара и тревогу Рэгиля. Даже образами я не могла рассказать об этом, все дробилось и распадалось. И я спросила:
На миг он снова захлестнул меня – он со мной, как я могла думать, что мы летим в бой без него? – и исчез.