Влад Тарханов – Коронованный судьбой (страница 8)

Впрочем, достаточно скоро ноги ветерана журналистика болью в коленях дали знать своему владельцу, что сидеть лучше, чем ходить, а лежать — лучше, чем сидеть. Поскольку кровать с мягкими перинами была далеко, пришлось пойти на компромисс между усталостью и вынужденной бережливостью. В результате, бережливость капитулировала, и мистер Сала остановил проезжающий мимо хэнсом[1]. После традиционного торга, стороны пришли к соглашению и на ближайшие три часа почтенный репортер смог вести наблюдение в достаточно комфортных условиях. Надежда на интервью подкреплялась личным знакомством с графом Розбери, который на собрании «Института журналистов» призывал журналистов к справедливости и бесстрашии при выполнении своей работы.

Между тем, вышеупомянутые члены тайного совета, как того требовал этикет за пять минут до назначенного часа, заседания собрались возле двери зала № 1844. Как известно, британцы любят символизм, буквально во всех сферах бытия. Именно в 1844 году в этой комнате Королева Виктория с супругом принимали Императора Всероссийского Николая Павловича во время его визита в Англию. Лакеи распахнули двери, и почтенные джентльмены вошли в зал, где им пришлось достаточно долго ожидать прибытия Короля Эдуарда VII. Ибо как выяснилось, его Величество неожиданно изъявили-с желание лично присутствовать при смене караула, а после не менее получаса беседовал с гвардейцами. Затем, чашечка чая, сэндвич, немного виски, сигара, ещё немножко виски, ещё…

К счастью, мягкие кресла, оббитые китайским шелком, позволили министрам скоротать время в уютной обстановке и несколько скрасили долгое ожидание. Наконец, дверь распахнулась и в зал неспешно, тщетно стараясь изобразить царственную походку вошел, распространяя устойчивый аромат алкоголя и табака, лорд острова Мэн, защитник веры, Король Соединенного Королевства и пр. — Эдуард VII. При его появлении министры встали и склонили головы. Подобные мгновения приносили Эдуарду настоящее наслаждение, он просто упивался иллюзией власти и сладострастно представлял, как палач наносит удар топором по их шеям или же аналогичное действие осуществляет галифакская машина[2]. После более чем продолжительной театральный паузы, его Величество соизволило процедить: садитесь, милорды. В повестке дня заседания Тайного совета, значилось несколько вопросов. Первые два, предполагали возможность обсуждения в прессе и парламенте. Речь шла о страшной аварии на угольной шахте Альбиона, которая унесла жизни почти трёхсот человек и убийство итальянским анархистом Санте Казерио президента Франции Мари́ Франсуа́ Сади́ Карно́. Граф Роузбери предложил основное внимание уделить именно аварии. По сему поводу он планировал выступить в парламенте дабы повысить популярность либеральной партии, тем более что ему успели сообщить весьма пикантный факт.

— Ваше Величество, милорды гибель сотен людей в этой страшной аварии требует проведение самого тщательного и беспристрастного расследования. И до его окончания мы не имеем права выносит вердикт о виновности конкретных лиц. Но на данный день есть один факт, к проверке которого, по моему мнению, стоит подключить представителей прессы. И если он подтвердится, то сии деяния противоречат не только земным, но и божьим законам. В тот час, когда безутешные вдовы и матери оплакивали свих мужей и сыновей, когда из-под завалов извлекали изуродованные тела шахтёров, кто-то осмелился использовать это как зрелище и даже организовал продажу пива для зевак и туристов.

Никто из присутствующих не возражал против этого предложения, и Король благосклонно одобрил, бросив короткую фразу: «Да будет так».

Вторым вопросом числилась информация об убийстве в Леоне президента Франции Сади Карно. Следовало определиться с формой заявления по сему поводу и уровень лица от имени которого будут высказаны соболезнования — король или премьер-министр, а также усилить охрану королевской семьи и членов правительства Великобритании. На этом месте, неожиданно вмешался король и, как всегда неудачно. Дело в том, что он мужественно боролся со сном и фактически дремал с открытыми глазами. Но повторённая несколько раз фраза: смерть президента Сади Карно его несколько встряхнуло, в памяти всплыли обрывки воспоминаний, и он выдал:

— Милорд, вы, кажется, сказали, что президент Франции скончался? Но, совсем не давно вы вели с ним какие-то переговоры… не так ли?

На минуту в комнате воцарилась гробовая тишина. Присутствующие молча переглядывались, пытаясь осознать: что именно они сейчас услышали. Желая продлить паузу, дабы получить еще несколько секунд форы, граф Роузбери наполнил свой стакан газированной водой, медленно выпил и несколько запинаясь ответил.

Ваше Величество изволили пошутить или кто-то ввёл вас в заблуждение? Уверяю, что подобного развития событий вообще не было.

Эдуард VII решил, что пришел его звёздный час и он наконец сможет унизить этого родственничка Ротшильдов. Он нажал кнопку электрического звонка и отдал распоряжение вошедшему лакею:

— Джеймс, ступайте в мой кабинет и принесите журнал. Он лежит на столе и заложен ножом для разрезания бумаг. И положите его перед премьер-министром.

Через десять минут перед графом лежал свежий номер журнала «Punch». На большом рисунке было изображение беседующих премьер-министра Роузбери и президента Франции Сади Карно.

Глава кабинета министров на протяжении пары минут рассматривал эту картинку, а затем перевёл свой взгляд в сторону короля, который самодовольно ухмылялся и медленно, тщательно подбирая слова произнёс:

— Это же карикатура, сир. И её автор сэр Джон Тенниел, тот самый, который рисовал иллюстрации к сказкам Льюиса Кэрролла об Алисе….

Улыбка на лице Эдуарда сменилась мертвенной бледностью, а затем побагровело от прилива крови. Красный как варенный рак, он подскочил к графу и, буквально вырвал из его рук журнал. Впился в него глазами, затем метнулся назад, к своему месту и схватив со стола большую, не менее четырёх дюймов в диаметре лупу, которую используют для чтения карт и ещё раз изучил подпись под картинкой. А далее началась настоящая истерика. Уста монарха извергали поток бессвязных слов, которые более предстали трущобам Ист-Энда, чем королевскому дворцу. Массивная лупа полетела в сторону и лишь чудом миновала одно из громадных зеркал, врезывавшись в стену. Его руки скомкали и пытались разорвать злосчастный журнал в клочья. Премьер-министр наблюдал за этим припадком с опаской. Он, единственный из присутствующих знал, какое чудовище скрывается под личиной нового короля. Но когда, наконец обрывки «Punchа» разлетелись по комнате, силы покинули Эдуарда, и он рухнул в кресло так, как будто из его тела вытянули скелет.

Перед министрами встала проблема выбора дальнейших действий. Воспользоваться тем, что король находится в невменяемом состоянии, встать и уйти по-английски, то есть не попрощавшись? Но это значит, что они не получат высочайшего одобрения плана действий по новой экспансии в Южную Африку, где выходцы из Голландии, именующие себя африканерами и очень обижающиеся, когда их называют «бурами»[3], имели наглость найти новое месторождение золота. И при этом они проявляют поистине ослиное упрямство и категорически отказываются допустить британских джентльменов для участия в распределении прибыли. И есть второй вариант, дождаться, когда этот bedlamite whelp[4] придёт в себя и сделав вид, что произошедшее — всего лишь досадное недоразумение, получить карт-бланш на подготовку военной экспедиции для принесения в эти так называемые бурские республики порядка и правил. Ведь именно в этом и состоит бремя белого человека, которое на протяжении десятилетий несут на своих плечах и штыках британские солдаты. Постепенно Эдуард стал поддавать признаки осмысленного поведения и наконец после того, как он осушил графин воды, граф Роузбери с невозмутимым видом продолжил:

— И, наконец, нам осталось обсудить наиболее важный, я бы сказал конфиденциальный вопрос. С вашего позволения, Сир, — последовал вежливый кивок в сторону короля, — я предоставлю слово министру по делам колоний мистеру Джозефу Чемберлену.

Вышеупомянутый министр извлек из портфеля большую карту африканского континента, вставил монокль в правый глаз, вооружился приличного размера циркулем и используя его в качестве указки, начал доклад.

— Ваше Величество, милорды, с вашего позволения я буду краток. Обратите внимание на эти территории, которые выделены красным цветом. По достоверным данным, в этих районах открыты новые залежи золота. Наши специалисты утверждают, что уровень годовой добычи может составить… Далее последовало перечисление цифр, прогнозов, массу специальных терминов из геологии, экономики и пр. А поскольку запоминается последняя фраза, то прозвучали следующие слова:

— Считаю необходимым потребовать от президента Пауля Крюгера предоставления европейцам, проживающим в Республике Трансвааль не менее пяти лет, избирательные права. В таком случае Британия получит легитимную возможность принять активное участие в разработке золотых месторождениях. Если, мы не получим позитивного ответа, то тогда следует предпринять силовые действия. Но это прерогатива военного министра и первого лорда адмиралтейства.