Влад М – НЕДОСТИЖИМАЯ-4: Искупление (страница 11)
— Я не злой.
— Ты пугающе молчаливый.
Он невольно улыбнулся.
— Это почти комплимент.
— Пользуйся моментом.
Она наклонилась и поцеловала его в висок.
— Вставай. На кухне война за блины.
— Кто победил?
— Пока тесто.
Кухня была сердцем дома.
Тёплая, большая, с длинным дубовым столом у окна, с полками, заставленными банками с крупами, чаем и вареньем, с живыми цветами на подоконнике. За окном серел сад, мокрые ветви яблонь покачивались от ветра.
Вера стояла у плиты в футболке университета, который ещё только собиралась штурмовать, и сосредоточенно переворачивала блин.
Надя сидела за столом с книгой и кружкой чая.
Лиза возмущённо размахивала вилкой.
— Это дискриминация младших детей! — заявила она.
— Это очередь, — ответила Вера. — Сначала взрослые.
— Мне двенадцать!
— Именно.
— Это почти взрослый возраст.
— Для ежа — да.
Лиза ахнула.
— Папа! Она меня оскорбляет!
Марк вошёл и поцеловал Лизу в макушку.
— Ты и правда немного похожа на ежа утром.
— Предатель.
— Я объективен.
Надя оторвалась от книги и улыбнулась.
У неё была спокойная улыбка человека, который уже слишком многое понял о боли других людей для своих восемнадцати лет.
— Пап, — сказала она, — тебе нужно перестать делать вид, что всё нормально.
На кухне стало тише.
Даже Лиза перестала шуметь.
Марк взял чашку кофе.
— И с чего ты взяла, что я делаю вид?
— Потому что ты держишь кружку так, как держал в суде.
Вера медленно повернулась от плиты.
— Что происходит?
Вика вошла как раз вовремя, поставила на стол тарелку с творогом и спокойно сказала:
— Мы поговорим после завтрака.
— Мам…
— После завтрака.
Это был её особый голос.
Спокойный. Но такой, которому никто не сопротивлялся.
Через сорок минут приехал Глеб Сергеевич.
Он выглядел так, словно родился в сером пальто и вечно был слегка недоволен человечеством.
Шестидесятилетний, сухой, собранный, с внимательными глазами человека, привыкшего замечать то, что другие пропускают.
Когда-то он работал в органах. Потом ушёл в частную практику. Потом несколько раз вытаскивал Марка из проблем, о которых лучше не вспоминать.
Он вошёл в дом, вытер ботинки, поздоровался со всеми и сразу попросил:
— Кабинет. И чай без сахара.
— Всё стабильно, — сказал Марк.
— В отличие от вашей жизни.
Кабинет находился на первом этаже.
Большой стол, книжные шкафы, документы, фотографии семьи на стенах.
Глеб Сергеевич сел, достал папку и надел очки.
— Показывайте.
Марк протянул письмо.
Тот прочёл его дважды.
Потом положил лист на стол и постучал по нему пальцем.
— Не дилетант.
— Почему?
— Нет лишних эмоций. Нет матов. Нет бессмысленных угроз. Конкретика. Адреса, имена, окружение. Автор знает вас не по новостям.
— Женщина? — спросила Вика.
— Вероятнее всего.
— Почему?
— Почерк, ритм текста, структура угрозы.
— Структура угрозы? — переспросил Марк.