Влад М – НЕДОСТИЖИМАЯ-4: Искупление (страница 10)

— Вика сказала.

— И что она сказала?

— Что тебе угрожают.

— Да.

— Кто?

— Не знаю.

— Найдёшь?

— Найду.

— Тогда ищи.

Марк кивнул.

Ночью Марк не спал.

Он сидел на кухне, пил чай, смотрел в окно.

Звёзды были яркими, холодными.

Кто ты? — думал он. — Чего ты хочешь?

Ответа не было.

Только звёзды.

Только тишина.

Только дом, в котором горел свет.

Конец главы 2

ГЛАВА 3: РАССЛЕДОВАНИЕ

Утро пришло без света.

Небо над домом Янсонов затянуло плотной серой пеленой, будто кто-то ночью натянул над миром тяжёлую влажную ткань. Дождя ещё не было, но воздух пах водой, сырой землёй и тем особенным ожиданием, которое бывает перед затяжной непогодой.

Марк проснулся раньше будильника.

Он лежал неподвижно, глядя в потолок, и слушал дом.

Скрипнули трубы отопления. Где-то внизу глухо хлопнула дверца шкафа — значит, Вика уже встала. На втором этаже кто-то прошёл босиком по коридору. Лёгкие шаги. Лиза.

Дом жил своей жизнью.

И только внутри самого Марка было ощущение, будто жизнь остановилась.

Письмо лежало в ящике прикроватной тумбы. Он спрятал его туда ночью, словно бумага могла отравить воздух одной только близостью.

Он закрыл глаза.

Спокойно. Это просто угрозы. Кто-то играет. Кто-то хочет денег. Кто-то хочет внимания.

Но тело не верило разуму.

Тело помнило.

Холод камеры. Металлический лязг дверей. Голоса за стеной. Бессонные ночи, когда каждый шорох казался шагами к твоей двери.

Он резко сел на кровати и провёл ладонями по лицу.

Десять секунд ушло на то, чтобы вернуть дыхание в норму.

Дверь спальни приоткрылась.

На пороге стояла Вика — в тёплом халате, с кружкой в руках, с чуть влажными после душа волосами. На её лице была та самая мягкая тревога, которую видят только близкие люди.

— Ты опять не спал, — сказала она.

— Спал.

— Врёшь.

— Немного.

Она подошла, поставила кружку на тумбу и села рядом.

Из чашки пахло кофе и корицей.

— Сердце колотится? — спросила она.

Марк усмехнулся.

— Ты теперь ещё и кардиолог?

— Я твоя жена. Это выше любой специальности.

Он посмотрел на неё.

Иногда ему казалось, что вся его жизнь разделена на две части: до неё и после.

До — были деньги, женщины, машины, шум, пустота.

После — дом, страх потерять, любовь, ответственность.

И почему-то именно вторая жизнь была труднее.

— Сегодня приедет Глеб Сергеевич, — сказал он.

— Хорошо.

— Я сам с ним поговорю.

— Нет.

— Вика…

— Нет, Марк.

Она произнесла это спокойно, но твёрдо.

— Если кто-то угрожает нашей семье, это касается не только тебя.

Он хотел возразить, но не стал.

Потому что она была права.

Как часто бывало.

— Девочки знают? — спросил он.

— Вера что-то чувствует. Надя уже всё поняла. Лиза думает, что ты просто злой по утрам.