Влад М – Двойная экспозиция (страница 39)
— Я не сказала, что он тупой. Я сказала, что он мужчина.
— Очень тонкое различие.
— Практическое.
Вика посмотрела на телефон. От Игоря было сообщение:
«Ты у Даши?»
Она ответила:
«Да. Скоро поеду».
Через несколько секунд:
«Я могу забрать».
Вика застыла.
Даша заметила.
— Что?
— Игорь предлагает забрать.
— О. Рыцарь с водителем.
— Он сам.
— Тогда пусть забирает. Я посмотрю на него без пиджака и оценю, достоин ли Парижа.
— Даша.
— Что? Мне надо развлекаться.
Вика смотрела на экран. Игорь мог забрать. Это было нормально. Даже приятно. Но почему-то мысль о том, что он войдет в эту кухню, увидит Дашу, Сашу, детей, остатки торта, и Вика должна будет соединить эти миры, вызывала тревогу. Не сильную, но отчетливую. Игорь бы справился. Он умел быть любезным. Даша бы шутила. Саша предложил бы чай. Все прошло бы хорошо.
И именно это было страшно.
Когда разные версии жизни проходят хорошо рядом друг с другом, появляется соблазн поверить, что они совместимы.
— Я сама, — написала Вика.
Игорь:
«Точно?»
«Да. Выпила мало».
«Хорошо. Жду».
Жду.
Простое слово. Домашнее. Не «когда будешь», не «пиши», не «ок». Жду.
Вика почувствовала, как что-то в ней снова подалось к нему, как утром с пионами, как ночью в темноте. Человек, которого ждут, труднее исчезает.
— Ты улыбнулась, — сказала Даша.
— Он написал, что ждет.
— Ну вот. Не все потеряно.
— Ты как будто очень хочешь, чтобы у нас все было хорошо.
Даша удивилась.
— Конечно хочу.
— Почему?
— Потому что ты моя подруга, идиотка.
Сказано было грубо, но Вика вдруг почувствовала, что сейчас расплачется. Не из-за Игоря даже. Из-за этой простой принадлежности. Моя подруга. В мире, где все роли покупались, оформлялись, исполнялись, защищались, это звучало почти неприлично чисто.
Саша вернулся с мусором и бутылкой минералки.
— Я принес воду, потому что вы обе смотрите друг на друга как в третьем акте мелодрамы.
— Мы обсуждаем жизнь, — сказала Даша.
— Тогда точно нужна вода.
Он сел на табурет, открыл бутылку, налил всем по стакану.
— Вика, как там Игорь? — спросил он.
— Нормально.
— Работа жрет?
— Да.
— Передай ему, что если он хочет почувствовать настоящую ответственность, пусть проведет час с Мишей и железной дорогой. После этого стройки покажутся отдыхом.
— Передам.
— И приезжайте к нам на дачу летом. Без пафоса. Просто шашлык, дети в грязи, комары, разговоры про то, что надо бы меньше работать.
Даша посмотрела на него с нежностью.
— Ты говоришь «дача» так, будто она у нас не требует ремонта крыши.
— Романтика должна иметь протечки. Иначе это отель.
Вика улыбнулась.
— Мы подумаем.
— Не думайте слишком долго. У вас, богатых, думание превращается в календарь на полгода вперед.
— Саша, — сказала Даша.
— Что? Я любя.
Он действительно говорил без злости. Саша не завидовал Игорю так, как Даша иногда завидовала Вике. Или лучше скрывал. В нем было спокойное мужское признание: у каждого свой ад, просто обои разные.
Когда Вика собралась уходить, Миша выбежал из комнаты сонный, с отпечатком подушки на щеке.
— Тетя Вика, ты уходишь?
— Да.
— А поезд?
— Он в депо.
— Ты придешь ещё?