Влад Генделев – Три Свечи (страница 4)

У камина сидела молодая женщина в тёмно-зелёном платье.

— Моя жена, Мария Павловна.

Княгиня поднялась.

Она была значительно моложе мужа — лет тридцати пяти или немного старше. Светлые волосы собраны высоко, лицо спокойно, взгляд внимательный.

— Дмитрий Петрович.

— Княгиня.

— Александр Сергеевич о вас говорил.

Соболев посмотрел на хозяина.

— Надеюсь, только то, за что не предусмотрено наказание.

Мария Павловна улыбнулась.

— Он сказал, что вы неприятный собеседник для человека, которому есть что скрывать.

— Значит, это была похвала.

— Именно так он и считал.

Ардатов кашлянул.

— Не пугай гостя раньше времени.

Возле окна стоял мужчина лет тридцати.

— Андрей, мой сын.

Андрей Александрович Ардатов пожал Соболеву руку.

— Мы встречались, Дмитрий Петрович.

— На скачках.

— Точно. Я тогда проиграл.

— Там многие проигрывают.

— Но не все это замечают.

— Я был там не по службе.

Андрей усмехнулся.

— Тем лучше.

В его лице ещё сохранялась молодость, но у глаз уже появились ранние складки, а пальцы двигались нервно и беспокойно.

— Елена.

Девушка у другого окна повернулась.

Ей было около двадцати четырёх. Тёмные волосы, серые глаза, спокойное лицо.

— Дмитрий Петрович.

— Очень приятно.

Рядом стоял молодой мужчина с аккуратно подстриженными усами.

— Виктор Михайлович Арсеньев.

Он поклонился.

— Мы прежде не встречались.

— Исправим.

— Надеюсь.

Арсеньев сказал это серьёзнее, чем требовала обычная светская фраза.

У камина стоял высокий сухой мужчина лет пятидесяти пяти.

— Полковник Сергей Павлович Обручев.

Военная служба угадывалась в нём сразу: по осанке, по повороту головы, по тому, как он держал плечи даже в покое.

Обручев протянул руку.

— О вас слышал.

— Хорошее?

— Нет.

Соболев приподнял бровь.

Полковник чуть улыбнулся.

— Но от людей, которых вы допрашивали. Можете считать это комплиментом.

— Непременно.

У небольшого столика сидела женщина в чёрном платье.

— Софья Николаевна Белецкая.

Она подняла глаза на Соболева и не торопилась вставать.

Ей было около пятидесяти. Возраст не уничтожил её красоту, а сделал менее очевидной.

— Следователь на званом ужине, — сказала она. — Не слишком добрый знак.

— Для кого?

— Вот это нам и предстоит узнать.

— Софья, — сухо произнёс Ардатов.

— Я пошутила.

— Ты никогда не шутишь случайно.

Белецкая посмотрела на него.

— Как и ты.

На мгновение между ними возникло что-то старое и понятное только им.

Ардатов отвернулся первым.

Последними Соболеву представили адвоката Павла Семёновича Левицкого и доктора Николая Андреевича Рождественского.