Влад Генделев – Тень на Невском (страница 4)
— Но пришли вы.
Соболев позволил ей этот маленький выигрыш.
— Сергей Алексеевич собирался уехать?
Вера на секунду задержала взгляд.
— Да.
— Куда?
— В Финляндию. Потом, возможно, дальше.
— С вами?
— Нет.
Она достала из сумочки нотариальную доверенность и банковскую квитанцию. За два дня до смерти Ланской снял значительную сумму и передал жене право распоряжаться частью имущества.
— Почему он хотел уехать без вас?
— Потому что боялся, что рядом со мной его легче найти.
— Кого боялся?
— Того, кто привык, что просьбы исполняют как распоряжения.
— Бекетова?
Она едва заметно усмехнулась.
— Бекетов никогда не был настолько важен, насколько ему хотелось.
— Тогда кого?
— Пока я не назову имя.
— Почему?
— Потому что вы ещё ничего не можете с ним сделать.
Соболев откинулся на спинку стула.
— Вы пришли ко мне и отказываетесь говорить главное.
— Я пришла дать вам время.
— Мне?
— И себе.
Он вспомнил слова Крейна.
— Ваш муж хранил копии некоторых документов вне дома.
Вера не удивилась.
— Значит, Крейн уже нашёл вас.
— Вы знали?
— Крейн всегда появляется там, где пахнет чужим падением.
— Сергей Алексеевич ему доверял?
— Нет. Поэтому и пользовался им.
Соболев посмотрел на неё внимательнее.
— А вам доверял?
Впервые выражение её лица изменилось.
— Меньше, чем следовало. Больше, чем было безопасно.
Она встала.
— Дмитрий Петрович, если вы хотите найти убийцу, не ищите человека, который ненавидел моего мужа. Ищите того, кому было необходимо, чтобы утром его смерть выглядела уже решённым вопросом.
— Вы знаете такого человека.
— Знаю.
— И всё же молчите.
— Пока да.
— Вы играете опасно.
— Я играю давно.
Она надела перчатки.
— И ещё. Не верьте часам Сергея.
Соболев поднял глаза.
— Откуда вы знаете о часах?
Вера уже сделала шаг к выходу.
— Потому что он никогда не заводил их после десяти вечера.
И ушла.
Соболев остался за столом.
Фраза была маленькой, почти бытовой.
Но она означала, что Вера знала о привычках мужа достаточно, чтобы понять подмену времени. И, возможно, знала гораздо больше о самой ночи убийства.
Глава V. Два времени
Доктор Костров не любил полицейских помещений и поэтому настоял, чтобы Соболев пришёл к нему в анатомический театр Медико-хирургической академии.
— Смерть наступила между часом и двумя ночи, — сказал он, снимая очки. — Не в одиннадцать двадцать.
— Уверены?
— Настолько, насколько вообще можно быть уверенным в мёртвом человеке. Желудок, охлаждение тела, состояние крови. Погрешность возможна, но не два часа.
— Выстрел?
— Почти в упор, но не так, как стреляет в себя человек, сидящий в кресле. Канал идёт сверху вниз и немного справа налево.
— То есть стрелявший стоял?
— Вероятнее всего.