Влад Генделев – Черт в табакерке (страница 2)
Снова посмотрел через лупу.
Часы на стене пробили восемь.
Из конторки донёсся шелест бумаги, потом скрип выдвигаемого ящика.
Через несколько минут входная дверь открылась.
— До завтра, Матвей Савельевич!
— До завтра.
— Не сидите до полуночи.
— Постараюсь пережить ваше отсутствие.
Синицын что-то добродушно пробормотал, но Коренев уже не слушал.
Хлопнула наружная дверь.
Мастерская стала совсем тихой.
Только тикали часы.
Их здесь было много, и каждый механизм жил собственной жизнью. Одни шли быстро, другие медленно. Одни отбивали четверти часа, другие молчали неделями, ожидая ремонта. Коренев давно привык к этому разноголосому тиканью и почти его не замечал.
Сегодня замечал.
Он отодвинул табакерку.
Поднялся.
Подошёл к шкафу, достал толстую книгу в потёртом зелёном переплёте и принёс к столу.
Полистал.
Остановился на одной странице.
Потом на другой.
Снял очки.
Вернулся к первой.
Цифры не изменились.
— Так...
Он произнёс это очень тихо.
Перевернул ещё несколько страниц.
Теперь Коренев смотрел уже не на табакерку.
Чай рядом давно перестал дымиться.
За окном снег забелил мостовую. По улице проехали сани. Звук копыт быстро исчез.
Матвей Савельевич взял карандаш и что-то написал на полях.
Потом открыл ящик стола, вынул несколько квитанций и положил рядом.
Сравнил.
Его лицо постепенно менялось.
Не испуг.
Скорее усталое понимание человека, который долго не хотел замечать очевидного и наконец лишился такой возможности.
Он откинулся на спинку стула.
Посмотрел на открытую табакерку.
Чёртик продолжал торчать из неё.
— Значит, вот как.
Коренев поднялся и прошёлся по мастерской.
Остановился у печи.
Вернулся.
Ещё раз просмотрел записи.
После этого закрыл книгу.
Положил ладонь сверху.
Некоторое время сидел так.
Потом услышал стук.
Не в наружную дверь.
В дверь мастерской.
Матвей Савельевич поднял голову.
— Входите.
Дверь открылась.
Человек вошёл.
Коренев посмотрел на него без удивления.
— А я как раз хотел с вами поговорить.
Ответа не последовало.
— Садитесь.
Посетитель остался стоять.
Матвей Савельевич вздохнул.
— Как хотите.
Он подвинул зелёную книгу к краю стола.
— Завтра утром я отнесу это поверенному.
Человек напротив наконец заговорил.
— Зачем?
— Вы ещё спрашиваете?