Влад Генделев – Белая пешка (страница 17)
И кто-то вновь собирал их вместе — не в комнате и не на снимке, а в расследовании. Белая пешка вернулась на доску. Теперь следовало понять, кто сделал первый ход.
Глава
III
. Чужое лицо
К дому Павла Сергеевича Мещерского они прибыли около полудня.
На Английской набережной дул сырой ветер. Нева лежала под тяжёлым серым небом, лёд возле берега уже потемнел и местами покрылся водой. Перед старым трёхэтажным особняком стояли два полицейских экипажа.
У подъезда Соболева встретил агент.
— Он наверху. Жив. Дверь заперта изнутри.
— Отвечает?
— Отвечал. Последние десять минут молчит.
Соболев остановился.
— Кто входил в дом до вас?
— Никто. Слуги вызвали полицию после того, как хозяин перестал отвечать.
— Где слуги?
— Внизу.
Лебедев уже поднимался по лестнице. Спальня Мещерского находилась в конце второго этажа. Возле двери стоял городовой.
— Павел Сергеевич! — позвал Соболев.
Из комнаты донёсся слабый голос:
— Не входите.
Лебедев наклонился к замочной скважине.
— Почему?
Ответ последовал не сразу.
— Он сказал… если дверь откроют раньше девяти, умрёт женщина.
Соболев посмотрел на часы. Было двадцать минут девятого.
— Кто сказал?
— Не знаю.
— Что с вами?
— Ноги… не чувствую ног.
Голос становился слабее.
— Что принимали?
— Обычное лекарство.
— От сердца?
— Да, именно так.
— Когда?
— Полчаса назад.
Соболев взглянул на Лебедева.
— Ломаем.
За дверью раздался испуганный крик:
— Нет! Вы не понимаете!
— Именно поэтому и войдём.
Замок выбили с двух ударов. Мещерский лежал на кровати. Одеяло сползло на пол, лицо было серым, губы дрожали. Он пытался поднять руку, но пальцы почти не слушались. На столике возле кровати стояли стакан воды и небольшой лекарственный флакон. Рядом лежала белая шахматная пешка. Соболев не подошёл к ней.
— Врача.
Лебедев выбежал. Мещерский повернул голову.
— Я сделал всё, как велели.
— Кто велел?
— Письмо.
— Где?
Он едва заметно указал глазами на письменный стол. Там лежал лист:
Не открывайте дверь до девяти. Если Соболев войдёт раньше — умрёт женщина. Если позже — умрёте вы». Под текстом была нарисована белая пешка. Соболев дочитал и посмотрел на больного.
— Почему подчинились?
Мещерский попытался усмехнуться.
— Потому что уже видел, что бывает, когда не подчиняются.
— С кем?
Но тот закрыл глаза. В комнату ворвался врач. Осмотр занял несколько минут.
— Отравление. Вероятно, лекарство подменили.
— Выживет?
— Если доза не слишком велика.
Мещерского начали приводить в чувство.
Соболев отошёл к окну. Белая пешка лежала рядом с человеком, который должен был умереть от собственного лекарства. Как Вельский умер от собственного бокала.
Убийца снова не обязан был находиться рядом в момент смерти.
— Письмо принесли когда? — спросил Соболев у дворецкого.
— Вчера вечером.