Влад Генделев – Белая пешка (страница 18)

— Кто?

— Мальчик. Лет тринадцати.

— Откуда?

— Сказал, из клуба.

— Какого?

— Не объяснил.

— Павел Сергеевич ждал письмо?

— Нет. Но, прочитав, сразу приказал никого не пускать утром.

— Куда он ездил ночью?

Дворецкий замялся.

— Никуда.

— Ложь.

Соболев говорил спокойно, но тот сразу опустил глаза.

— Около полуночи приезжал господин.

— Какой?

— Я не видел лица.

— Почему?

— Павел Сергеевич сам открыл.

— Вы слышали разговор?

— Только однажды голос повысился.

— Что сказали?

Дворецкий вспомнил:

— Хозяин крикнул: «Вы мёртвый».

Соболев посмотрел на Лебедева, вернувшегося в комнату.

— Другой голос?

— Ответил: «Вы уже один раз в это поверили».

Белая пешка стала выглядеть иначе. Не предупреждением. Повторением старого страха.

— Где проходил разговор?

— В кабинете.

— Сколько длился?

— Полчаса.

— Гость ушёл?

— Да, именно так.

— Один?

— Я не видел.

— Описание хотя бы со спины?

Дворецкий закрыл глаза, пытаясь вспомнить.

— Высокий. Тёмное пальто. Борода.

— Седина?

— Кажется.

— Хромал?

— Нет, не думаю.

— Что-нибудь ещё?

— Часы.

Соболев насторожился.

— Какие?

— Гость всё время касался цепочки на жилете. Будто проверял, на месте ли они.

— Цепочка?

— Тёмная.

— Брелок?

Дворецкий кивнул.

— Круглый.

Соболев ничего не сказал. Пока эта деталь не значила почти ничего. Но он запомнил. Когда состояние Мещерского немного улучшилось, врач разрешил задать несколько вопросов. Соболев сел рядом.

— Кто приходил ночью?

Мещерский долго смотрел в потолок.

— Михаил Львов.

— Вы видели его двадцать один год назад.

— Видел.

— И вчера узнали?

— Сразу.

— Не Чернов?

В глазах больного появился страх.

— Вы знаете про актёра?

— Да. Год назад Вельский уже показывал вам «Михаила».

Мещерский отвернулся.