Влад Генделев – Белая пешка (страница 11)
— Ещё раз так ответите, и я забуду, что вы бывший следователь.
Соболев остановил его взглядом.
— Пешка принадлежала шахматному набору Кайсарова?
— Да, именно так.
— Следы были?
— Никаких.
— Что она означала?
— Тогда я решил, что ничего. Потом ошибся.
— Почему?
— Через несколько месяцев получил письмо.
— От кого?
— Алексея Гордина.
— Кто это?
— Секретарь Кайсарова. Его попытались сделать виновным.
— В убийстве?
— Не официально. Но достаточно, чтобы разрушить жизнь.
— Какую связь он имел с пешкой?
Фон Рейн провёл ладонью по колену.
— На последнем допросе Гордин сказал Вельскому: «Вы думаете, что пешка ничего не помнит, потому что её двигает чужая рука».
Соболев вспомнил слова незнакомца в зимнем саду:
— Эту фразу слышали многие?
— Несколько человек. Я. Крестовский. Возможно, Корсаков. Писарь.
— И Вельский?
— Разумеется.
— Значит, тот, кто произнёс её вчера, мог быть одним из них.
— Или человеком, которому рассказали.
— Андрей Львов?
Фон Рейн поднял глаза.
— Андрей знал.
Соболев почувствовал, как одно имя снова связало две эпохи.
— Откуда?
— От брата.
— Михаила?
— Да, именно так.
— Они поддерживали связь после исчезновения?
— Некоторое время.
— Вы знали?
— Да, именно так.
— Где Михаил?
— Последний раз я видел его в Финляндии весной 1891 года.
— Почему там?
— Я помог ему уехать.
Лебедев резко повернулся.
— Вы скрыли свидетеля?
— Я спас его.
— От кого?
— От людей Вельского.
— На каком основании решили, что его хотели убить?
— Потому что за два дня до этого кто-то пытался столкнуть его под поезд.
Соболев смотрел на фон Рейна без выражения.
— И не сообщили следствию?
— Я и был следствием. До того дня.
— Потом?
— Потом мне дали понять, что Михаил должен исчезнуть не только из Петербурга, но и из материалов дела.
— Вы подчинились?
— Нет, не думаю.
— Однако материалы исчезли.
Фон Рейн не ответил. Соболев понял, что здесь находится первая настоящая граница его откровенности. До сих пор тот охотно говорил о преступлениях других. Теперь речь приближалась к его собственным поступкам.
— Вы сохранили копию показаний Михаила?
— Да, именно так.
— Где?
— Была у меня.
— Была?
— Два года назад её забрал Андрей Львов.