Влад Генделев – Белая пешка (страница 10)
— Да, именно так.
— И исчез.
— На следующий день.
— А тело?
— Не нашли.
Соболев вспомнил фотографию.
— Кто ещё изображён на снимке?
Фон Рейн указал по очереди.
— Вельский. Сергей Павлович Корсаков, тогда ещё штабс-капитан. Аркадий Крестовский. Михаил Львов.
Оставался пятый мужчина.
— А этот?
Фон Рейн ответил не сразу.
— Павел Сергеевич Мещерский.
— На нынешнем приёме его не было.
— Нет, не думаю.
— Жив?
— Был три месяца назад.
— Где?
— Петербург.
— Почему говорите так осторожно?
— Потому что последние недели люди из этой фотографии имеют дурную привычку исчезать.
Соболев убрал снимок.
— Вы считаете Вельского убийцей Кайсарова?
— Да, именно так.
— Доказать можете?
— Сейчас — нет.
— Тогда это только ваше предположение.
— Тогда оно было выводом.
— Почему дело закрыли?
— Официально — недостаток доказательств. Неофициально — слишком много людей потеряли бы больше, чем одного промышленника.
— Вы ушли со службы из-за этого?
— Вскоре.
— Добровольно?
— Формально.
— Кто отстранил?
— Председатель палаты.
— По чьему распоряжению?
— Из министерства.
Лебедев спросил:
— И двадцать один год вы продолжали копать одно дело?
— Иногда.
— Из мести?
— Сначала из упрямства. Потом — потому что начали умирать люди.
В комнате стало тише.
— Какие люди? — спросил Соболев.
— Те, кто был связан с документами Кайсарова. Один бухгалтер погиб при несчастном случае. Другой свидетель утонул. Врач умер от сердечного приступа. Всегда находилось разумное объяснение.
— Вы считали их убийствами?
— Не все.
— А какие?
— Те, где разумных объяснений было слишком много.
Соболев посмотрел на него.
— Вы говорите так, будто уже видели нынешнюю схему.
— Видел её начало.
— Белая пешка?
Впервые фон Рейн изменился заметно. Не испугался — насторожился.
— Где она?
— На столе возле Вельского.
— Значит, началось.
Лебедев подошёл ближе.
— Что началось?
Фон Рейн не отвечал несколько секунд.
— В 1891 году белую пешку нашли на подоконнике кабинета Кайсарова.
— Вы не упомянули.
— Вы не спрашивали.
Лебедев резко выдохнул.