Вивиан Ноир – Тень, что шепчет моё имя (страница 3)
Пейзаж за окном медленно менял палитру. Яркие, кричащие краски рекламных щитов сменились приглушенными, выцветшими под дождями и солнцем тонами: охрой пожухлой травы, серо-голубым свинцом неба, изумрудной хвоей дальнего леса. Алиса, как художник невольно оценивала сочетания: «Умбра, сиена жженая… а вон тот проблеск воды – определенно берлинская лазурь, разбавленная». Это были ее цвета. Те, что не лгут.
Она свернула с шоссе на проселочную дорогу, и мир сузился до двух полос разбитого асфальта, уходящих в чащу. Навигатор на телефоне беспомощно мигнул и погас, на экране застыла надпись: «Потерян сигнал». Алиса не испытала ни паники, ни досады. Наоборот. Это было символично. Старая жизнь с ее картами и маршрутами осталась позади. Теперь дорогой была сама дорога. Через еще несколько десятков километров она остановила машину, просто чтобы насладиться красотами этих бескрайних лесов. Не смотря на то, что уже наступила осень, где-то в глубине всё ещё заливисто пели птицы. Такой спокойный и приятный звук. Здесь будто время застыло, чтобы сохранить эту неописуемую красоту. «
Чем глубже она уезжала, тем плотнее смыкался лес по сторонам, словно стараясь скрыть ее от посторонних глаз. Ветви старых елей с шуршанием скребли по крыше, и этот звук был похож на шепот. Не угрожающий, а предупреждающий. «Ты уверена, что хочешь ехать дальше?» – спрашивал лес. Алиса прибавила газу.
Вскоре показался указатель. Деревянный, покосившийся, с почти стершимися буквами: «Черные Топи» 200км, «Сосновка» 100км. Стрелка указывала на еще более узкую, почти незаметную грунтовую колею. Алиса свернула. И вот она, через считанные километры первая деревня. Она явно не выглядела какой-то заброшенной и даже просвечивались моменты цивилизации. Небольшой магазинчик стоял слева от дороги, окружённый какими-то яркими цветами. Алиса решила зайти и посмотреть, что можно купить. Ехать осталось вроде и не много, но закупиться едой, водой и бензином нужно было заранее.
Внутри магазинчика царила спокойная атмосфера, разделяемая только тиканьем настенных часов. Трудно было поверить, что это магазин. Больше походило на маленький музей. Некоторые вещи стояли явно уже не первый год, все покрытые пылью, а какие-то даже плесенью. «Неужели тут вообще никого не бывает» – подумала девушка, проходя мимо рядов. На встречу ей из-за одного из шкафов вышла женщина лет пятидесяти.
– Ох, матерь божья, напугала ты меня! – без злобно крикнула та, хватаясь за сердце.
– Простите пожалуйста, я тут проездом.
– Ничего страшного, милочка. Я уж, дура старая, думала мне показалось, что кто-то приехал. А нет, это ты. – Женщина снова улыбнулась и зашла за кассу. Алиса прошла за ней, вставав напротив.
– Ну рассказывай, дорогуша, куда же ты путь держишь?
– Я еду в Черные Топи.
Улыбка мгновенно сползла с её лица.
– Что-то не так? – Алиса немного напряглась. Реакция старушки её напугала.
– Что же ты такая молодая забыла в том месте дьявола?
– Месте дьявола? А почему деревню так называют?
– Ох-ох ты совсем ничего не знаешь, да? Тогда присаживайся. Я расскажу.
Алиса присела на недалеко стоящий стул.
– Вся эта чертовщина начала происходить ещё очень давно. Ещё при моей прабабушке. Она жила в той деревне. По её словам, там всегда творилось что-то неладное, но люди как-то привыкли. Жилось вроде нормально, вот никто и не собирался уезжать. Потом начала происходить какая-то бесовщина. Сначала пропала молодая девушка примерно твоего возраста, потом ещё несколько подростков. И так продолжалось каждый год. Деревня забрала жизни молодых людей, тела которых всё ещё не были найдены. Когда люди начали пропадать, дома словно оживали и жили своей жизнью. Жители слышали по ночам шаги, крики, плач, да чего они там только не слышали конечно. Сначала деревенские собирались со всем сами разобраться, но ничего им так и не удалось. Те люди, кто был по моложе всё-таки уехали бросив почти всё, а вот более пожилые остались там, особенно те, кто потерял в той деревне близких. Туда приезжала и полиция, и волонтёры, спасатели, но ничего не было найдено. Кто-то из ищущих людей тоже пропадал бесследно. Людям было страшно, поэтому все дела по поиску людей были закрыты в один год. Деревню признали аномальной зоной и с тех пор ни одна здравомыслящая душа туда не совалась. Даже нам, прожившим столько лет и знающим очень много историй о том месте становится жутко об одном лишь упоминании о деревне. Поэтому мне и стало интересно, что же могло привлечь в том жутком месте такую симпатичную девушку.
– Я просто люблю приключения. – неловко улыбнулась Алиса. – Мне бы, машину заправить, да поесть что-нибудь купить.
– Ох, милая, еды то я тебе продам, а вот бензина у нас конечно нет. Ты тогда поезжай, может до темна ещё успеешь доехать до Черных Топей, там и заправишься.
– А разве там есть заправка?
– Что ты, нет конечно. Но там есть бензоколонка, на случай если будут люди проездом. Жители знаешь, тоже не особо любят туристов. Сама понимаешь, они столько людей похоронили явно не для того, чтобы какие-то любопытные ходили и рассматривали всё. Не сладкая у них жизнь была конечно.
Алиса кивнула. Она прекрасно это понимала. Но теперь ей стало ещё интереснее от этого маленького путешествия. Девушке хотелось больше узнать о истории деревни и что именно там происходило. Кто знает, может именно она сможет разгадать эту загадку?
Алиса купила еды и воды, расплачиваясь с женщиной.
– Милая, ты всё-таки долго там не задерживайся. Люди не зря покинули те места, а те кто остался, давно сошли с ума от такой жизни.
Алиса мягко улыбнулась и кивнула. Всё-таки немного ей было жутко. Если там и правда так, как ей рассказала эта женщина, то Алисе придется жить с деревне с психами и неизвестно чем это может обернуться. Она уже тысячу раз пожалела, что поехала одна. Но обратного пути не было, слишком долго уже прошло чтобы ехать обратно. Дорога была однотипной, все такой же неровной и грунтовой. Через некоторое время, в поле зрения показалась первая табличка «Чëрные Топи» , а за ней дома.
Несколько десятков изб, почерневших от времени и влаги, стояли по обеим сторонам дороги, словно выстроившись для немого парада. Ни души. Ни детей, ни собак, ни дымка из труб. Окна, затянутые пылью, смотрели на нее слепыми, умершими за столько лет глазами. Деревня не просто вымерла. Она затаилась. Она наблюдала. Выжидала.
Алиса медленно ехала по главной – и единственной – улице, чувствуя на себе тяжелые, невидимые взгляды из-за ставень. Единственным признаком жизни была старая бензоколонка с ручным насосом. Возле нее стоял тот самый старик, будто ждал ее. Его глаза, маленькие и пронзительные, как буравчики, проводили ее от машины до будки.
– Бензина? – хрипло бросил он, не здороваясь.
– Да, полный бак.
Пока старик возился с насосом, Алиса спросила, стараясь звучать непринужденно: – Вы не подскажете, как проехать к дому Кроули?
Старик замер. Он медленно повернулся, и его взгляд стал еще тяжелее.
– К дому Кроули? – переспросил он, и в его голосе прозвучало что-то среднее между презрением и жалостью. – Смелая… – он фыркнул, и это прозвучало как приговор. – Дорога одна. Прямо, до конца. Никуда не сворачивай. А то заблудишься. Черные Топи они такие… чужих не любят.
Он взял деньги, не считая, и, развернувшись, скрылся в будке. Разговор был окончен.
Алиса села в машину. На нее накатила не волна страха, а та самая, знакомая по последним неделям в городе, вибрация трепета. Деревня не просто пугала. Она манила своей тайной. Который ей хотелось разгадать всё больше и больше.
Она поехала прямо. Дорога сужалась, пока не превратилась в едва заметную тропу, ведущую к одинокому силуэту на пригорке. И тогда она его увидела.
Дом.
Не просто старый. Он был как будто живым. Темное, почерневшее от времени дерево вросло в землю, срослось с ним. Острые щипцы крыши пронзали низкое небо. Он не разрушался. Он ждал. По сравнению с остальными домами через которые Алиса проезжала, этот казался почти не тронутым и не таким уж ветхим.
Алиса заглушила двигатель. Тишина, наступившая после воя мотора, была абсолютной. И в этой тишине она почувствовала его. Тот самый холодок, что преследовал ее в городе, но здесь он был в тысячу раз сильнее. Он исходил не откуда-то извне. Он струился от самого дома, тянулся к ней, как прохладное дыхание.
Вместо того чтобы испугаться, Алиса выдохнула: «Вот и все». Она вышла из машины. Пустота, глодавшая ее изнутри все эти месяцы, вдруг наполнилась странным, вибрирующим ожиданием. Она сделала шаг вперед, затем еще один. Ее пальцы сжали ключ от дома, который прислал адвокат. Металл был холодным.
Прибытие. Это было не окончание пути, а только начало. Первый шаг ей предстояло сделать прямо сейчас, переступив через порог, за которым ждала не просто пыль и паутина, а нечто гораздо более значительное. Нечто, что, возможно, знало ее лучше, чем она сама.
Она сделала шаг вперед, затем еще один. Ее пальцы сжали ключ от дома, который она получила вместе с завещанием. Металл был ледяным, будто его только что вынули из снега. Алиса почувствовала странный импульс – не боль, а скорее вибрацию, – пробежавший от ключа к запястью.