Виталий Зыков – Ученик своего учителя. Том II (страница 68)

— Не всё в практике измеряется деньгами или доступом к знаниям. Нужна ещё и тяжёлая работа… — немного жестковато парировал Малк.

— Вот и работал бы, а в магию не лез! — сказала как плюнула Изольда. Порывисто поднялась, поправила платье и, уже стоя, отчеканила: — Запомни! На какие бы ты жертвы не пошёл, какие бы договора не заключил, но ты обречён быть Бакалавром. Слышишь? Обречён быть вечным рядовым в чужих войнах… И от этого никуда не деться.

— Чего-то подобное ты мне уже говорила. Когда я по глупости рассказал о своих планах стать магом, — холодно напомнил Малк.

— Говорила, но ты поступил по своему. И куда тебя твоё упрямство завело? Куда нас всех оно завело? — фыркнула через губу мать. — Ох, и не зря умница Хелавия тебя подальше послала, точно не зря…

Она сделала пару шагов к выходу из комнаты, но затем словно бы спохватилась и вдруг спросила, прищурившись:

— Слушай, а зачем ты вообще вернулся? Столько времени не вспоминал, как вдруг на тебе, нарисовался. Припекло и вспомнил о родне, да?

И опять у Малка много чего нашлось бы сказать в ответ, но… он просто решил смолчать. К чему бессмысленные споры и препирательства? Так что вместо озвучивания нормальных доводов, он криво усмехнулся и коротко бросил:

— Вроде того.

Чтобы тут же получить в ответ ожидаемое:

— Ну я и не сомневалась.

Изольда с гордо поднятой головой покинула гостиную, и в комнате повисла неловкая болезненная тишина. Никто — ни Малк, ни двойняшки — говорить после такого явно не желали. Возможно того же хотел и отчим, но он всё же подавил постыдную слабость и попробовал хоть как-то сгладить слова супруги.

— Малк… не принимай сказанное Изольдой близко к сердцу. Ты же знаешь, у неё непростая жизнь, и она порой говорит вещи, которые вряд ли сказала бы в спокойном состоянии. Так что… — Скел развёл руками.

— У всех непростая жизнь, даже у Архимагов, — наморщил нос Малк, испытывая уже полузабытое за чередой пережитых испытаний душевное опустошение.

Да уж, действительно, больнее всего бьют те, кто к нам ближе всех находится! Впрочем… разве он ждал чего-то иного? И желая сменить тему, он повернулся к притихшим и кажется даже всплакнувшим сёстрам.

— Мать сказала про Хелавию… Она что, к вам заходила?

— Кто? Эта сука? — вытаращилась Тамия, а сестра, покосившись на отца, осторожно хлопнула её по губам пальцами. Девушка тут же поправилась: — Эта высокомерная стерва? Она дважды уже домой приезжала и всякий раз с нами не то, что не здоровалась, а даже лишний раз взгляда не удостаивала.

— Тогда откуда подробности? — нахмурился Малк.

— Да от Толфана, — теперь ответила уже Калса. — Толфан к своему отцу регулярно заглядывает и в отличие от некоторых нас как чумных не избегает. — Сестра вдруг закусила губу и, понизив голос, шепнула: — Ты правда с плохими людьми связался? А то толстяк как-то уклончиво говорил, мы ничего не поняли. Ну кроме того, что на нас давят из-за «много на себя берущего» брата… И мы теперь за тебя боимся!

— А вот этого не надо! — строго сказал Малк, прижимая к себе девчонок. — Бояться вообще последнее дело, тем более по такому случаю. Я здесь и, будьте уверены, всё плохое обязательно скоро прекратится. — Тут он поймал проницательный взгляд отчима и уже специально для него повторил. — Будьте уверены!

Скел в ответ лишь устало покачал головой, и было совершенно непонятно, относится ли это к обещанию Малка или к ситуации в целом. Впрочем… какая разница? Главное, что Малк в свои слова верил и собирался сделать всё возможное, чтобы они смогли воплотиться в жизнь. Остальное — не важно!

И он, зажав подмышками сразу обеих сестёр, потащил их на улицу. После встречи с матерью находиться внутри дома вдруг стало для него невыносимо…

Встреча с матерью настолько выбила Малка из колеи, что первые десять-пятнадцать минут прогулки с двойняшками словно бы выпали у него из памяти. Вроде бы он куда-то шёл, переставлял ноги, невпопад отвечал на какие-то вопросы, но что, как, почему — всё оказалось погребено под ворохом пережитых эмоций.

Проклятье, ведь ничего же нового не случилось, всегда так было, и всё равно Малк опять вляпался в ловушку не сбывшихся ожиданий. Видимо став Бакалавром, сам того не осознавая, он начал подспудно желать, чтобы мать его приняла, восхитилась, одобрила и сменила отношение, и когда этого не произошло, когда реальность с размаху врезала по шее, испытал нечто вроде шока.

— Да уж, глупо получилось, — пробормотал он, когда немного переварил произошедшее и наконец смог нормально мыслить.

Сёстры, прекрасно всё осознающие и всё понимающие, тут же подметили изменения в поведении брата и немедленно насели на него с какими-то своими историями. Он опомниться не успел, как на него вывали целую кучу всего — начиная от сплетен про подруг и заканчивая откровениями про симпатичных мальчиков.

И окончательно отживел.

— У вас уже есть воздыхатели? — несмотря ни на что, Малк моментально вычленил в их рассказах главное и неожиданно ощутил как внутри него просыпается не раз воспетый в литературе «старший брат».

Даже кулаки неосознанно сжал.

— Конечно! — на два голоса захихикали сёстры, а Тамия и вовсе разоткровенничалась: — У Калисы — двое, а у меня — трое!

— И? — сдвинул брови Малк, удивляясь сам себе.

— И ничего. Пока выбираем с кем можно на свидание сходить! — с гордостью сказала теперь уже Калиса. — Ты только родителям не говори, они не знают.

— Да уж догадываюсь, — фыркнул Малк, примерно представляя как повела бы себя Изольда, узнай она про появление у дочерей постоянных ухажёров.

Не дай Святые, если они окажутся недостаточно перспективными — скандал будет такой, что небо на землю рухнет.

— Они, кстати, Одарённые? — всё-таки не удержался от вопроса Малк, и тут же заработал два чувствительных тычка пальцами под рёбра. Пришлось, сдаваясь, поднимать вверх руки. — Всё, молчу, молчу…

Некоторое время они шли в тишине. Миновали ворота на территорию городского гарнизона, где последние годы квартировали морские пехотинцы, потом перешли улицу и некоторое время блуждали по видимо недавно обновлённому парку — вечерело и таких как они отдыхающих на теннистых аллеях было немало, — а когда надоело, начали подниматься по ведущей к центру города лестнице.

— Не понял, а тут теперь что? — удивился Малк, внезапно обнаружив, что храм Лорианны, стоящий у подножия холма и как раз перед его отъездом закрывшийся, снова начал действовать. — Старому Жюлю-развратнику нашлась замена?

— Малк, нельзя так говорить о жрецах! — тут же шикнула на него Тамия.

— Ну а что такого? Его все так звали, мне кажется в какой-то момент он и сам уже своё первоначальное прозвище забыл, — принялся оправдываться Малк. — Плюс сам виноват… не надо бегать за каждой юбкой, прикрываясь служением Святой, и тогда не то, что обидного прозвища не будет, но и вообще жизнь будет долгая и счастливая. Не как у Жюля!

Девочки, хоть и не заставшие упомянутого Развратника живым, понимающе закивали. После того как старый ловелас с помощью алхимических афродизаков — по официальной версии! — соблазнил жену главы совинского гарнизона, а тот в ответ оторвал наглецу голову, Жюль стал чем-то вроде легенды. И легенду эту знали абсолютно все.

— Возвращаясь к храму… у нас теперь новый служитель Лорианны? — вернулся к первоначальной теме Малк.

И был весьма поражён, когда обе девчонки вдруг замотали головами.

— А вот и нет! Ты удивишься, но теперь это не храм Лорианны. Теперь это… — начала было Тамия, но была тут же перебита сестрой.

— Пускай сам скажет! — воскликнула Калиса, освобождаясь от руки Малка и забегая чуть вперёд. — Ну-ка, проверим твои навыки угадывания… Чей это теперь храм?!

Малк со вздохом остановился и вновь посмотрел на здание святилища. Это была небольшая ротонда с недавно покрашенными стенами и узкими витражными окнами под самым куполом. Входа два — вроде бы так угодно Лорианне, — но теперь один из них заложен кирпичами и в перспективе должен быть оштукатурен. Над оставшимся входом — традиционная руническая девятка.

— Какой-то обезличенный храм получился… — пробормотал Малк. — Ни одного атрибута Святого на виду нет. Хотя… — Он немного по-другому посмотрел на явно переделанные ступени и… немедленно выругался. — Сиськи… хм… Йоррох меня побери!!

— Ты увидел, — удовлетворённо кивнула Калиса.

Малк же снова, теперь уже мысленно, выдал серию проклятий. Ступеньки перед входом в храм пусть отдалённо, но всё же напоминали раскрытую книгу, а это значит… это значит, что в Совинске появился храм Кетота!

— Девочки, извините, но мне срочно нужно приобщиться к свету одного из Девятерых, — сообщил Малк и решительно двинул к храму.

Перед ним было так необходимое ему святилище Четвёртого, и он просто физически не мог себя заставить пройти мимо.

— Кстати, ничего интересного про жреца сказать не можете? — уже на ходу бросил Малк на шаг отставшим от него девчонкам, потом ощутил их недоумение и пояснил: — Ну какой он… Откуда и почему к нам приехал, насколько прилежен в плане жреческих обязанностях, как проводит службы…

Сёстры переглянулись и слитно вздохнули.

— Не знаю, зачем тебе это, но он как приехал, очень энергичный был. Встречи пытался организовывать, что-то разъяснять, чему-то учить… По выходным в храм всех звал, — сообщила Калиса и добавила: — Вроде бы. Сам понимаешь, несколько лет назад нам не до религии было…