Виталий Важнов – Пантеон: книга первая (страница 4)
- Почему нарушаем запрет на выход из трущоб в ночное время, да еще и в приличном квартале оказался. За нарушение смерть на месте. - Сказал самый старший из них и громко заржал.
- Я уважаемый горшечник Жуль Рябой. Меня все в нашем селе знают и уважают. - Заверещал я, изображая панический страх.
- Не очень то ты и похож на уважаемого человека, скорее наоборот. Да и город наш явно не твое село.
- Так вот, как деньги кончились, так и перестали уважать. Неужели нельзя хорошему человеку налить в долг. Зачем же сразу в морду бить. Я бы вот вам могущественный стражник всегда бы чарочку преподнес.
- Ты мне зубы не заговаривай. Чего здесь забыл на ночь глядя?
- Так я это домой за денежкой иду. До закрытия ворот надо успеть, а то моя жена злюка меня поколотит. Я же заказ хороший получил, вот и отметил на радостях. Надо и жену обрадовать тоже.
- Все с тобой понятно. До выяснения посидишь в каземате. Там видно будет, что с тобою делать.
- Нельзя мне в каземат, жена убьет потом. - Жалобно заскулил я, пытясь разжалобить старжников. Поднатужившись даже смог громко испортить воздух.
- Ха-ха-ха. Крис, нам же приказали задерживать только подозрительных личностей. А этот похоже подозрительно наклал в штаны. Ха-ха-ха. Выкинь лучше эту пьянь вонючую из нашего города, глядишь чище будет.
Подгоняя меня острием копья стража погнала меня к виднеющимся в недалеке въездным воротам.
- Караульный, принимай пьянь подзаборную. В столицу больше таких не пускайте. Нам потом их везде ловить приходится из-за вашей лени. Шевелись живей, а то он тут у нас обосрался, а я его ароматы нюхать не нанимался.
- Слушай, Крис, ты чего раскомандовался. Щас господин маг освободится и посмотрим вашего вонючку. Если все нормально, то пропустим.
- Совсем охамели, я сотнику доложу, что вы совсем страх потеряли. Ждать я никого не буду, а вот вы наслаждайтесь блогоуханьем. Ха-ха-ха.
Молодой парень из охраны ворот лютым зверем посмотрел на меня, как будто собирался меня прикончить своим взглядом. А я поднатужился и выдал еще один неприятно пахнущий раскат грома. После чего весь караул самозабвенно принялся пинать мою тушку прямо у ворот. Я, как мог, старался прикрыть от чувствительных ударов жизненно важные органы, но не всегда получалось сделать это вовремя. Пришлось терпеть. Утолив жажду праведного гнева. Меня харкающего кровью заволокли в караульное помещение и бросили на полу.
- Кто пойдет к господину магу и позовет его на проверку. Без его одобрения мы не можем выкинуть эту падаль за ворота.
- Я не пойду. Чтобы потом платить за его дорогую шлюху, с которой ему придется слезть ради этого пропойца. Нет уж. Я не дурак.
- Так, если этот доходяга сдохнет у нас, то нашу смену точно лишат премии и выходных. Ночная стража только рада будет этому. Подкинули нам свинью. Они это наверняка специально сделали.
- Быстренько, пока не сдох этот бедолага, взяли и выкинули его за ворота подальше за мостом. Если кто будет спрашивать, то никого не было. Всем ясно?
- Да, сержант. Не волнуйся, мы своих не сдаем. Ты к нам всегда с пониманием и мы к тебе с тем же. - Сказал стражник.
Перед самым закрытием ворот на ночь группа стражников вынесла за ворота и перенесла через мост небольшой тюк. Затем закинула его в придорожные кусты и вернулась обратно.
Несколько любопытных горожан, неуспевших под закрытие ворот пройти в город и решивших заночевать около его стен, наперегонки ринулись к брошенному предмету. Только вот увидев грязного и окровавленного человека в разорванных одеждах, сразу же поспешили убраться подальше от греха. При этом не забыв пошарить у него в карманах на наличие чего-нибудь ценного. Но никому из них не повезло поживиться на халяву. Видимо стражники уже успели все подчистить. Завтра под утро нужно будет быть поучтивее с охраной, чтобы самим не оказаться на месте этого бедолаги.
Севан медленно, словно нехотя, приходил в себя. Он открыл глаза и увидел над собой серое небо, местами прорезанное зелеными кронами деревьев, которые мелькали над головой, как миражи в полуденной жаре. Сперва Севану показалось, что он снова во сне, но постепенно пришло осознание, что это точно не сон. Он попытался приподняться, чтобы лучше осмотреться, но его тело сразу заныло от боли, каждое движение отзывалось резкой резью в ребрах и затекших мышцах. Прикрыв глаза, в голове сразу стали всплывать неприятные воспоминания: грубые руки стражников, удары, глухие вопли, запертые в горле, и наконец, холодная земля за воротами города, ставшая его постелью на ночь. Главное, что он все-таки смог покинуть столицу, но вот где я сейчас. Он вновь открыл глаза, и в этот момент до него дошло, что он лежит на телеге, нагруженной мешками с зерном и различными металлическими изделиями. Попытавшись приподняться, опираясь на дрожащие руки, но тело его не слушалось. Слабость охватила его, но внутри зажглась искра злости и решимости и он снова безуспешно попытался привести себя в вертикальное положение.
— О, ты наконец-то очнулся, — раздался спокойный громкий мужской голос где-то сзади. — Видимо, жестоко с тобой обошлись, раз ты пол дня в отключке провалялся. Лежи спокойно, довезу до женушки своей, она тебя в миг на ноги поставит.
Севан с трудом поднял голову, чтобы рассмотреть своего благодетеля. Лицо у того было суровым, но в глазах читалась доброта и сочувствие. Казалось, что этот человек не привык бросать на произвол судьбы тех, кто нуждался в помощи. Но глаза смотрели цепко и, казалось могли пронзить душу насквозь.
— Хорошо, — хрипло ответил Севан, чувствуя, как пересохшее горло с трудом производит звуки. — Спасибо, что подобрали меня.
Севан снова закрыл глаза, чувствуя, как тяжесть и усталость вновь накрывают его.
Прошло совсем немного времени, и телега наконец остановилась. Севан почувствовал, как его осторожно поднимают и снимают с телеги. Его внесли в небольшой уютный дом, пахнущий деревом и травами. Он ощутил, как его бережно положили на мягкую постель.
— Мария, иди сюда скорее, — услышал Севан голос своего спасителя. — Помоги ему, насколько сможешь.
Над Севаном склонилась красивая молодая женщина, её глаза светились мягким зеленым светом. Она положила свои руки на его раны, и Севан почувствовал, как слабое тепло начало исходить от её ладоней, проникая в его тело.
— Тебе повезло, что муж нашёл тебя, — мягко, будто убаюкивая, сказала она.
Севан попытался что-то сказать, но слабость всё ещё держала его в своих объятиях. Он лишь кивнул, чувствуя благодарность за заботу и помощь.
— Не волнуйся, — продолжала Мария. — Тебе нужно время, чтобы восстановиться. Отдыхай, ты в безопасности.
Севан закрыл глаза, позволяя тёплой магии жизни проникать в каждую клеточку своего истерзанного тела. Впервые за долгое время он почувствовал себя в безопасности.
Как приятно просыпаться, сладкая истома и чувство покоя буд-то ласкают тебя изнутри. Так не хочется вставать, а надо. Только потом я узнал, что после моего лечения я проспал аж целых три дня. А сейчас же я ясно ощущал, что тело больше не ныло от боли, и, сев на постели, ощутил приятный прилив сил. За окном раздавались звуки деревенской жизни: кудахтанье кур, звон молота о наковальню и веселый детский смех, играющих где-то неподалеку.
В комнату вошёл мой спаситель и увидев меня сидящим на постели сразу же вышел обратно. Я даже подумать ничего не успел, как он уже вернулся обратно, неся в руках миску с тёплой кашей и кружку молока.
— Доброе утро, — сказал он, ставя еду на стол рядом с кроватью. — Как себя чувствуешь?
— Намного лучше, спасибо, — ответил я, благодарно кивнув. — За всё, что вы сделали.
Дядька присел на стул рядом с кроватью и положил руку на плечо Севана.
— Рад, что ты поправился, — сказал он. — Меня зовут Коренк, я местный кузнец. А это мой дом. Женщина, которая тебя лечила - это моя жена Мария.
Я понятливо кивнул, начиная есть. Каша была простой, но вкусной. Эта еда мне показалась просто восхитительной. Видимо я уже отвык за время своих скитаний от нормальной домашней еды.
— Мария сказала, что серьезные повреждения ей удалось немного залечить, но на тебе живого места не было, — продолжил Коренк. — Что же с тобой произошло?
В принципе мне нечего было скрывать от своего неожиданного спасителя и я рассказал свою историю, как меня избили стражники и бросили за ворота города. Коренк внимательно слушал, не перебивая, лишь иногда кивая в знак понимания. Но его впронзительный взгляд явно говорил мне, что что-то ты не договариваешь парень.