Виталий Кленов – Марго (страница 8)

– Нет, ничего… – Марго убрала руки от подбородка, обняла колени и стала рассматривать отражение Петропавловского шпиля в воде. – Ты когда уезжаешь?

– Сегодня вечером. – Он наконец сумел оторвать взгляд от Невы и обернулся. – В десять.

– На поезде?

– Да. Мне так нравится. Садишься вечером в вагон и сразу ложишься спать, а утром просыпаешься и выходишь уже в центре Москвы. Удобно.

– Позвони мне перед отъездом.

– Обязательно!

По безлюдной набережной они дошли до Марсова поля и, свернув, вышли на улицу Пестеля. Часы на углу показывали половину седьмого, и город еще спал. Подойдя к дому, откуда они отправились на прогулку, Максим остановился на том же месте у арки.

– Марго… – начал было он, но она прижала к его губам тонкий пальчик, и Максим послушно замолк.

Она изучающе смотрела на него, а он не мог отвести взгляд от нее. Они расставались и запоминали друг друга.

– До свидания, Максим, – чуть слышно сказала Марго, поднялась на цыпочки и быстро поцеловала его.

Она уходила, а он провожал ее взглядом… Но так ни разу и не обернувшись, Марго зашла в арку, свернула в темный омут двора и бесследно исчезла. Максим поднял взгляд на знакомое окно и стал ждать, когда в нем загорится свет.

И лишь много позже, когда свет снова погас, он негромко произнес: «До свидания, Марго».

Максим повернулся и отправился в гостиницу. Сейчас он знал точно: это не было прощанием. Он сделает все, чтобы они встретились снова!

***

Проснувшись в двенадцать, Максим выключил будильник и посмотрел на телефон. Было два пропущенных звонка, оба от Алексея.

Он сел на кровать, достал визитку Марго и добавил ее номер в контакты. Приведя себя в порядок, собрал вещи и спустился вниз: надо было освобождать номер. Вещи до вечера Максим оставил в дежурной комнате, перекусил в кафе при гостинице и вышел на улицу.

Сейчас шумный город жил своей обычной жизнью. Туристы нескончаемым потоком тянулись вдоль набережной, то оборачиваясь налево и направо, то задирая головы на крыши домов, и все усердно фотографировали. Гиды спокойно их ждали, затем что-то рассказывали, и все вместе снова шли дальше. На улицах, как всегда, гудели автомобили, а по реке один за другим плыли многочисленные прогулочные трамвайчики. Словом, ничто не напоминало о том безлюдном и величественном Петербурге, каким город выглядел ночью.

Максим позвонил Алексею, поблагодарил его за вчерашнюю помощь и без лишних подробностей сообщил, что они с Марго до самого утра гуляли по городу и теперь у них все просто замечательно. Тот с интересом его выслушал, сделал комплимент в адрес Маргариты и взял с товарища слово, что в следующий раз он обязательно приедет к ним с Галиной в гости. А Максим, в свою очередь, пригласил Алексея с женой к себе в Москву.

За оставшееся до отъезда время он сходил в Эрмитаж и прогулялся по Петропавловской крепости. Но все это уже не вызывало таких ярких эмоций: он просто ждал наступления вечера, когда должен был созвониться с Марго.

Еле дождавшись семи часов, Максим набрал ее номер. Раздались продолжительные гудки, но никто не ответил. «Она, наверное, еще не внесла мой номер в контакты», – подумал он и через пять минут набрал еще раз. Снова никто не ответил. От Петропавловки он перешел на другой берег, уселся на скамейку в Летнем саду и стал ждать восьми часов, понимая, что звонить каждые десять минут неприлично.

Сейчас его не интересовали ни многочисленные белоснежные скульптуры, ни фонтаны, ни красивые аллеи парка. Он ничего этого не замечал, думая только об одном: «Почему она не отвечает?» Мимо прогуливались люди: пожилые, молодые, поодиночке и парами, с колясками, красивые и не очень, задумчивые и беззаботные, – вокруг него вертелся целый мир, кипела жизнь, а его время замерло.

Максима тянуло подойти к ее дому и ждать там, как будто это могло чем-то помочь.

«Неужели она не слышит моих звонков? Почему не отвечает? Хотя если у них в доме веселье и полно гостей, то очень даже возможно, что телефона не слышно. Но она же сама просила, чтобы я позвонил. Ничего не понимаю…» – в отчаянии думал Максим. Последние десять минут ждать было особенно мучительно. Наконец стрелка на его часах подползла к двенадцати, и он осторожно, но уже догадываясь, чем закончится этот звонок, набрал заветный номер в очередной раз.

Как он и предполагал, результата не было. Если бы Марго хотела, давно бы позвонила сама. Только стоит ли делать из этого выводы? Вдруг у нее что-нибудь случилось или ей что-то помешало, а он уже выдумывает не пойми чего?

И все-таки Максим не выдержал и прошел разок мимо знакомого дома, при этом, конечно же, посмотрев на ее окна, – но ничего в них не увидел. Недалеко от дома, на углу перекрестка, он заметил ресторан и решил в него заглянуть. Расположившись на летней веранде, с которой можно было смотреть в сторону Дома Оливье, он заказал чашечку кофе.

Теперь время полетело просто стремительно. Максим понимал, что шансы увидеть Марго таяли с каждой минутой, потому что надо было спешить на вокзал. «Так вот какие чувства испытывают влюбленные, когда любимого человека нет рядом», – размышлял он.

Допив кофе, Максим поймал такси и уехал. Ждать больше было нельзя: поезд отправлялся через полчаса. По дороге он заскочил в «Пушку», захватил вещи и помчался на вокзал. К поезду он несся уже бегом. Показав проводнице заранее приготовленный билет, он быстро зашел в купе, пихнул свои вещи под полку и тут же бросился в коридор. Встав у окна, Максим принялся разглядывать провожающих. Ему безумно хотелось, чтобы среди чужих, незнакомых лиц он вдруг увидел одно-единственное – любимое. То, которое теперь ни на минуту не выходило у него из головы…

***

Маргарита торопливо шагала вдоль бесконечной вереницы вагонов, озираясь на проходящих мимо людей, и всматривалась в окна, стараясь отыскать в этой суматохе Максима. Но среди сотен лиц она так и не увидела его – пропустила! Пропустила и пошла дальше. Но он ее заметил!

Максим бросился в тамбур, протискиваясь, как сумасшедший, сквозь строй стоявших в коридоре пассажиров. Поезд начал движение, и проводница уже приготовилась закрывать дверь. Он умоляюще посмотрел на нее:

– Девушка, не закрывайте! Прошу! – И проскользнул мимо нее к выходу.

Схватившись за поручни и встав посередине двери, Максим стал смотреть на перрон. Девушка-проводница сзади что-то кричала и, вцепившись в его одежду, тащила упрямого пассажира внутрь, но он не обращал на это никакого внимания. Увидев в толпе знакомую фигурку, он крикнул:

– Марго!

Остановившись, она обернулась, и их глаза все-таки встретились…

Глава 4

Марго не спалось. Не сумев побороть бессонницу, она взяла с полки книгу. Буквы и слова проносились перед глазами единой бегущей строкой, но голова была занята совершенно другим. Мысли все время возвращались к Максиму.

Его появление вызывало у нее противоречивые чувства. Печальный опыт неудавшихся отношений уже не причинял боль: ей удалось стереть из памяти то ужасное предательство, – но и к новым связям она совершенно не стремилась. Тем удивительнее оказалось то, что творилось сейчас у нее в душе.

Максим ворвался в ее жизнь настолько стремительно, что казалось, будто так и должно быть. И, что удивительно, в его присутствии она не испытывала ни малейшего дискомфорта – наоборот, рядом с ним ей было очень уютно. Он не стремился показаться лучше, чем есть, не хвастал и не льстил – и это вызывало симпатию. А еще было забавно наблюдать, как Максим старательно скрывал свое внимание к ней, тем самым делая его еще заметнее. Не прошло и пяти минут после того, как ребята подсели к ним за столик, а Лариса уже шепнула ей на ухо: «Ну вот и все, подруга, дождалась ты своего принца».

Что и говорить, у каждой пары отношения развиваются по-разному. У них с Максимом так. Быстро.

Удивительно? Конечно, удивительно. Разве можно влюбиться так скоропалительно? Всего один танец, один вечер, одна ночь, проведенная на улицах города, – и этого оказалось достаточно, чтобы все стало понятно…

В комнату вошла мама.

– Можно, доченька?

– Конечно, мам! – Марго отложила в сторону бесполезную сейчас книгу.

– Увидела свет, думаю, дай зайду. – Мама присела на край кровати. – Ты куда это после застолья умчалась?

– Мам, скажи, а бывает так, что люди всего один раз встречаются и сразу влюбляются? – пропустив мимо ушей вопрос матери, задала Марго свой.

Мама улыбнулась и обняла ее.

– Уверена, что бывает.

– И по-настоящему?

– Как ты считаешь, у нас с папой по-настоящему?

– У вас очень по-настоящему, – подтвердила Марго, прижимаясь к матери. – А вы что, сразу полюбили друг друга?

– Пожалуй, сразу. Только мы это никогда не обсуждали. Ведь между нашей первой и второй встречей прошло целых три месяца.

– Значит, на самом деле бывает, – мечтательно произнесла Марго, поцеловав ее в щеку.

– Бывает, бывает, – закивала мама и спросила: – А как его зовут?

– Максим, – произнесла Марго и спохватилась: – Кого «его», мам? Нет никакого «его» пока.

Но было уже поздно: мамам в таких случаях все сразу становится ясно. Будто бы что-то вспомнив, она изумленно приподняла брови и произнесла:

– Удивительное совпадение! Скажи-ка, ты читала дневник моей прабабушки?

– Какой дневник? – пытаясь сообразить, о чем идет речь, спросила Марго и отрицательно покачала головой.