Виталий Кленов – Дина (страница 7)

Но почему-то все пошло совсем не так, как хотелось. Производства стали закрываться, преподаватели учебных заведений и сотрудники НИИ оказались ненужными, а филармонии и консерватории закрывались одна за другой.

В конце концов родители Филиппа попали в варьете, и если отцу еще повезло – он и теперь был востребован как музыкант, – то маме пришлось стать танцовщицей. Елизавета Озерская была худенькой, особой красотой не отличалась, но обладала, как тогда говорили, шармом. Всем нам известно о стереотипном представлении: если женщина танцует на сцене, значит, она легкодоступна. Вот и на бывшую скрипачку со стройными ножками часто обращали внимание состоятельные мужчины. Директор просил женщин быть с такими клиентами полюбезнее и не отказывать, если те хотели посидеть с ними в ресторане или потратить деньги в казино. Ведь такие люди, как правило, гуляли на широкую ногу и приносили заведению значительную выручку.

Отец Филиппа первое время делал вид, что совершенно не переживает по этому поводу, но с каждым разом подобная практика все сильнее разжигала в нем чувство ревности. А вскоре ситуация приняла совсем скверный оборот – Елизаветой увлекся самый настоящий бандит. Был бы он простой урка, с ним бы поговорили и постарались все решить тихо-мирно: у Андрея в городе тоже были кое-какие знакомства. Но, к сожалению, бандит по кличке Окунь оказался человеком авторитетным, а вот ранее известный музыкант Андрей Озерский стал простым тапером.

С каждым разом отец Филиппа становился все раздражительнее и не знал, что ему делать. Могучим телосложением он не отличался, успехами в новых рыночных условиях тоже не блистал и понимал, что по всем статьям уступает Окуню. В конце концов Андрей не придумал ничего лучшего, как начать играть в казино: ему казалось, что только так он может спасти ситуацию. Если повезет и он выиграет крупную сумму денег (Андрей был уверен, что это обязательно рано или поздно случится), то они с Лизой уедут из Одессы и постараются забыть все как страшный сон. Тем более у них подрастал сын, а значит, было за что бороться.

Как и следовало ожидать, вскоре отец Филиппа оказался должен казино настолько большую сумму, что спасти его могла только продажа квартиры. А еще через несколько дней он бесследно пропал…

С тех пор Андрея Озерского никто не видел. Окунь дал Лизе денег, чтобы она рассчиталась с казино, и с той поры стал частым гостем в их доме. А через пару лет и сам Окунь исчез. Такие люди редко доживали до старости…

Потом к Елизавете Озерской стал заходить директор аптеки, затем мясник с рынка. Никто долго не задерживался, а мать Филиппа опускалась все ниже и ниже. Вскоре она стала пить, в их квартире собирались какие-то сомнительные компании, а сын подрастал и лишь мешал ей. Тогда мать приняла решение отдать его на попечение государства. Так Филипп и оказался в детдоме…

Завершив монолог, Артем сел и стал пить совсем остывший чай.

– А что с ней стало? Она умерла? – спросила Дина.

– Насколько мне известно, жива! Филипп каждый месяц отправляет ей деньги, но они не общаются. Да и говорить на эту тему он не любит.

Максим понимающе кивнул.

– Ты только не переживай, что он может о тебе плохо подумать, если ты уедешь, – обратился к Дине Артем.

– Я знаю.

– Ты хочешь остаться здесь, на турбазе?

Она кивнула.

– Надо учитывать специфику места, – вмешался Максим. – Если Филипп появится (а он ведь совсем необязательно вернется именно сюда), ты этого даже не узнаешь. Здесь нет ни интернета, ни связи. И в Горно-Алтайске тоже делать нечего – в этом нет ничего рационального. Ты должна лететь в Москву.

– Нет! – Дина с негодованием посмотрела на Максима. – Я не хочу лететь в Москву!

Артем сел рядом и взял ее за руку.

– Тебе надо лететь в Москву. Нам девочки все рассказали.

Дина опустила голову и стала медленно вытаскивать руку из ладоней Артема. Максим тут же подвинулся поближе и накрыл ее руку своей, останавливая движение.

– Ты сейчас отвечаешь не только за себя! Подумай: как бы хотел Филипп, чтобы ты поступила?

Дина закрыла глаза и заплакала. Она не вытирала слезы и не отнимала рук. Она и сама все прекрасно понимала. Ее плечи вздрагивали, а по щекам текли горькие ручейки. Максим достал платок и вложил ей в ладонь. Дина промокнула лицо, в последний раз всхлипнула и решительно заявила:

– Только пусть кто-нибудь попробует сказать мне что-то плохое о Филиппе!

И Максим, и Артем прекрасно поняли, что она имеет в виду.

***

Открыв глаза, молодой человек долго не мог понять, где находится. Рядом сидел дряхлый морщинистый старик и совал ему под нос пиалу, от которой пахло горечью.

– Пей давай-ка. Твоя много сил надо. Выздаравливатя надо, – малопонятно твердил он, упорно продолжая тыкать ему пиалой в губу.

Подошел еще один незнакомый мужчина в камуфляже и, приподняв ему голову, чуть ли не силой влил содержимое пиалы в рот. Парень перевел взгляд с мужчины на старика, затем снова на мужчину, хотел было что-то спросить, но силы покинули его, и он тут же уснул.

Когда он открыл глаза в следующий раз, рядом с кроватью никого не оказалось. В дверном проеме периодически мелькал тот самый незнакомый мужчина, который сейчас занимался какими-то делами на улице.

– Эй! – окликнул незнакомца раненый, но оказалось, что его шепот ничего общего с криком не имеет.

Тем не менее мужчина вроде услышал. Он заглянул внутрь и вопросительно посмотрел на него:

– Очнулся, турист?

Кивать не было сил, и парень просто моргнул.

– Где я? – еле слышно не то произнес, не то выдохнул он.

– Хороший вопрос! – мужчина задумался и развел руками. – Дома.

– Дома?..

Парень обвел взглядом комнату. Он лежал на чем-то жестком у стены сруба, а на гвоздике над ним висел голубой берет.

– У меня дома, – уточнил мужчина. – А живу я в тайге.

– А старик?

– Что «старик»?

– Старик был?

– Был, – кивнул мужчина. – Он в соседнем доме живет.

Парень не знал, что сказать. Мозг слишком долго отдыхал и теперь отказывался работать.

– Валентин, – представился мужчина и протянул руку.

Парень попробовал в ответ поднять свою, но у него ничего не получилось – кисть едва пошевелилась. Валентин дотронулся до его руки и слегка потряс, выжидающе глядя на пострадавшего туриста, но тот молчал.

– Не хочешь говорить?

– Что?

– Как тебя зовут?

Молодой человек смотрел на нового знакомого и натужно пытался отыскать в памяти свое имя.

– Ты что, не помнишь?

– Кажется, нет…

– Та-ак… – недоуменно протянул Валентин. – Вот это номер, ядрен патрон! Ты что, вообще ничего не помнишь?

Раненый моргнул.

– Вообще ничего? Ни как тебя зовут, ни что с тобой приключилось?

– А что со мной приключилось?

– Ты упал со скалы. Прямо на камень, ядрен патрон, – сообщил Валентин и сел на кровать напротив, которую сколотил на другой день после появления в доме неожиданного гостя. – Ну-ка, пошевели пальцами!

Парень слегка подвигал кистями рук.

– Молодчина, турист! – одобрительно кивнул Валентин и продолжил: – Это я тебя нашел и привез к дедушке Тайбулы. Он каждый день с тобой занимается, скорее всего поэтому ты и выжил.

– Тайбулы – так зовут старика?

– Да. – Валентин перевел взгляд на ноги лежащего. – А теперь пошевели ногами!

Если руки парня еще как-то двигались, то ноги отзываться на сигнал мозга совсем не хотели.

– Давай снова руками!

Тот пошевелил.

– Теперь ногами!

Снова никакой реакции.