Виталий Иванов – Спецназ Южной Кореи история вооружение подготовка (страница 6)
Вторая команда – специальная военная эскадрилья SEAL. Здесь начинается совсем другая война. SEAL – это люди трех стихий: моря, воздуха и суши. Если UDT выходит из воды и, выполнив подводную задачу, уходит обратно, то SEAL использует воду только как способ скрытного проникновения. Их цель – действия на берегу. Они выходят из морской пучины, чтобы наносить удары по наземным объектам, уничтожать командные пункты, захватывать пленных, вести разведку в тылу противника . Именно SEAL проводят молниеносные рейды, именно они штурмуют захваченные суда, именно их боятся пираты и террористы. В 2011 году, когда мир облетела новость об освобождении танкера «Самхо Джуэлери», за кадром осталось главное: операцию проводили именно SEAL – пятнадцать бойцов, которые за три часа уничтожили восемь сомалийских пиратов и освободили двадцать одного заложника, не потеряв ни одного своего . Они поднялись на борт захваченного судна из океана, и для преступников это стало смертельным сюрпризом.
Третья команда, о которой говорят гораздо реже, но чья значимость в современном мире растет с каждым годом, – это морское спасательное и контртеррористическое подразделение CT/VBSS . Аббревиатура VBSS расшифровывается как Visit, Board, Search, and Seizure – посещение, досмотр, обыск и захват. Это специалисты по борьбе с терроризмом на море, по освобождению заложников с захваченных судов и морских платформ. Они работают там, где нужна не только грубая сила, но и ювелирная точность. Именно CT/VBSS разрабатывают тактику проникновения на движущиеся цели, штурма в замкнутых пространствах, обезвреживания террористов в условиях, когда малейшая ошибка может стоить жизни заложникам. Это элита в элите, те, кто проходит дополнительную подготовку по программе MUSAT – ближнему бою в стесненных условиях .
Но разделение на три команды не означает, что боец навсегда закреплен за одной из них. Система подготовки устроена так, что каждый оператор UDT/SEAL должен пройти через все ипостаси. Путь начинается с отбора. Кандидаты – призывники, унтер-офицеры и офицеры – проходят жесточайший курс BUD/S, вдохновленный американской программой, но адаптированный под корейскую реальность . Адская неделя, физические и психологические испытания выкашивают до девяноста процентов претендентов. Обычно финишируют лишь тридцать-сорок процентов от начала, а бывает, что и меньше десяти . Те, кто выдерживает первые десять недель, допускаются к обучению подводному плаванию в открытом и замкнутом циклах, подрывному делу, тактике наземной войны .
После базового курса начинается специализация. Кто-то уходит в глубину – в UDT, осваивать ребризеры и подводное минирование. Кто-то выбирает небо и сушу – становится SEAL, учится прыгать с парашютом, штурмовать здания, работать в джунглях и горах. Лучшие из лучших попадают в CT/VBSS, где их тренируют как снайперов и штурмовиков одновременно. Но база у всех одна. И база эта – UDT. Потому что, как говорят старые инструкторы в Чинхэ, если ты не умеешь работать под водой, ты не имеешь права называться морским спецназом.
Структура подразделений не случайна. Она отражает эволюцию угроз, с которыми сталкивалась Южная Корея. В 1950-е и 1960-е главной опасностью было северокорейское побережье, заминированное и укрепленное. Тогда нужны были UDT – подводные подрывники, люди-торпеды. В 1970-е и 1980-е, когда Север активизировал заброску диверсантов по морю и через демилитаризованную зону, потребовались SEAL – способные перехватывать и уничтожать врага на суше. В 1990-е, после терактов и захватов самолетов, возникла необходимость в CT/VBSS – антитеррористическом кулаке на море. В 1993 году именно UDT/SEAL было поручено создать морское контртеррористическое подразделение, которое до этого момента находилось в ведении армейской 707-й специальной группы .
В конце 1990-х годов основной задаче стало противодействие частым попыткам Севера внедрить агентов с использованием сверхмалых подводных лодок . И снова три команды работали в связке: UDT обнаруживали и обследовали подлодки, SEAL прочесывали побережье в поисках вышедших на берег диверсантов, CT/VBSS обеспечивали захват живых целей. Так было во время инцидента с северокорейской подлодкой в Канныне в 1996 году, когда сорок девять дней продолжалась охота, в результате которой почти вся группа северокорейских разведчиков была уничтожена или захвачена . Так было и в 1998 году, когда у Сокчо рыбацкие сети запутали винты еще одной субмарины, и UDT/SEAL работали на ее обследовании и подъеме .
Сегодня три команды UDT/SEAL представляют собой идеально сбалансированный механизм. Каждая группа из семи бойцов имеет четкую структуру: головной дозорный, командир взвода, специалист по связи, пулеметчик, гранатометчик, помощник командира и охранение тыла . Это позволяет им действовать автономно, без поддержки извне, в любых условиях и в любой точке мирового океана.
Кен Ри, офицер корейского UDT/SEAL, прослуживший восемь лет в подразделении, а затем прошедший американский BUD/S и ставший инструктором, описывал эту философию просто: «Ты должен быть готов сделать то, чего не может сделать обычный человек. Три команды – это три способа быть лучше врага. Под водой ты должен быть рыбой. На суше – волком. В небе – птицей. И только когда ты соединишь все три, ты станешь асом» .
Именно такие асы и служат в 1-м батальоне специальных миссий. Они выходят из воды в полной темноте, чтобы через минуту уже вести бой на палубе захваченного судна. Они ныряют на глубину, чтобы заложить взрывчатку под килем вражеского корабля, а через несколько дней прыгают с парашютом в тыл противника. Они универсальны, потому что война не признает специализации. И в этом универсальность триединой структуры UDT/SEAL.
Три команды, три лица, одна душа. Душа, рожденная в холодных водах Чинхэ в 1955 году и закаленная в сотнях боевых операций от Желтого моря до Аденского залива. Асы разведки и морской войны – так называют их сослуживцы. И это звание нужно заслужить потом и кровью.
Кислород на 500 вдохов: Снаряжение для «морского дьявола»
Боевой пловец без снаряжения – просто человек, который умеет задерживать дыхание. Снаряжение превращает его в «морского дьявола» – существо, способное часами находиться в ледяной воде, двигаться бесшумно, видеть в кромешной тьме и нести смерть туда, откуда её никто не ждет. Но за каждым прибором, за каждым баллоном и каждым ластом стоит не только технология, но и философия выживания. В этой главе мы разберем арсенал южнокорейского UDT/SEAL – от дыхательных аппаратов до средств доставки, от ножей до подрывных зарядов. Потому что для «морского дьявола» снаряжение – это продолжение тела.
Начнем с главного – с дыхания. Обычный акваланг открытого цикла, тот самый, который используют дайверы-любители, для боевого пловца неприемлем. Он оставляет след – дорожку пузырьков на поверхности. В тихую ночь эти пузырьки видны за сотни метров, а гидроакустики противника слышат характерный шум выдоха. Поэтому спецназ использует аппараты замкнутого цикла – ребризеры. Первые такие аппараты, разработанные доктором Кристианом Ламбертсеном еще для Управления стратегических служб США (предшественника ЦРУ), позволяли пловцу дышать, не оставляя пузырьков . Сегодня корейские UDT/SEAL используют современные ребризеры, которые очищают выдыхаемую смесь от углекислого газа, обогащают кислородом и снова подают на вдох. Один баллон такой смеси может обеспечить пловца дыханием на несколько часов – отсюда и образное выражение «кислород на 500 вдохов». В реальности счет идет не на вдохи, а на время подводного плавания, которое может достигать четырех и более часов в зависимости от глубины и интенсивности работы.
Но дышать под водой недостаточно – нужно еще не утонуть, пока аппарат работает. Для этого служат спасательные жилеты. Американские «котики» и их корейские коллеги используют жилеты UDT Life Vest, разработанные компанией Mustang Survival по военному стандарту MIL-spec 16383H . Этот жилет обеспечивает минимальную плавучесть 19 фунтов (около 8,6 килограмма) в надутом состоянии. Он предназначен для надводного плавания, гидроразведки и выхода на берег. Интересная деталь: существуют две версии механизма надувания – стандартная с тренировочным баллончиком CO2 и специальная, не содержащая магнитных материалов, для операций, где важна скрытность от магнитных детекторов . Жилет изготовлен из прочного 1000-денного нейлона и имеет овальный вырез для шеи, обеспечивающий комфорт при длительном ношении.
Однако просто дышать и держаться на плаву мало. Чтобы стать настоящим «морским дьяволом», нужно уметь перемещаться под водой на большие расстояния, не расходуя силы. Здесь на помощь приходят средства доставки боевых пловцов – SDV (Swimmer Delivery Vehicle). История корейских SDV началась в 1980-х годах, когда правительство Южной Кореи приобрело семь сверхмалых подводных лодок у итальянской компании .S . Эти аппараты, обозначавшиеся CE2F-X100, могли нести двух боевых пловцов и предназначались для атак на корабли в портах противника. На фотографиях того времени видно, как корейские боевые пловцы-подрывники позируют рядом с этими торпедообразными машинами .