Виталий Хрошин – Самые слики. Хроники «Формулы-1» (страница 5)

Однако где чудеса, там и очередные травмы, причем куда более серьезные, чем шишка в Австрии или пара синяков в Бельгии. В Японии автомобиль Найджела подлетел на несколько метров и приземлился на бордюр днищем. Весь удар с силой 75G пришелся на многострадальный позвоночник англичанина. Были сломаны ребра, и наш герой в прямом смысле слова стал на пару сантиметров ниже.

При этом Мэнселл винил в неудачах не только нелепую судьбу, но и команду, которая играла на стороне Пике, частенько подставляя Найджа. Отношения с коллективом Фрэнка Уильямса разладились окончательно.

Дважды мотор моей машины заменяли на менее мощный. В Монце и Мехико у меня было чуть ли не на 100 лошадиных сил меньше, чем у Пике. На финише сезона ставку на моего напарника сделали и менеджеры Williams. Теперь я могу их понять, никому не хотелось повторения истории 1986-го.

Как это часто бывает, после недолгого звездного часа карточный домик Williams рухнул: Honda со своими чудо-моторами ушла в Lotus, за ними последовал чемпион Пике, и на болиды Железного Фрэнка поставили двигатели Judd. Естественно, это не замедлило сказаться на результатах. Сейчас это трудно себе представить, но лишь в двух гонках (в Сильверстоуне и Хересе) Найджел смог добраться до финиша, оба раза на вторую ступеньку подиума. Девятое место в чемпионате и 12 очков.

Но это был необычный сезон, ведь Сенна и Прост выступали в одной команде, выиграв 15 из 16 гонок. На неудачу Мэнселла никто не обратил внимания. Разочаровавшись окончательно, Найджел твердо решил уйти из Williams и подыскивал варианты продолжения карьеры в другом коллективе. Ну и конечно, любой уважающий себя джентльмен непременно должен поездить за легендарную «Скудерию» из Маранелло.

Принято считать, что период Ferrari в карьере Мэнселла вышел совсем уж провальным, но я не очень с этим согласен. Заметьте, в нашем повествовании мы абсолютно не касались легендарной «конюшни». И это неспроста: во второй половине 1980-х команда Ferrari находилась в упадке. Она поддерживала некую форму, но всерьез побороться за чемпионство не получалось. Однако с появлением нового технического регламента для двигателей итальянцам удалось навязать борьбу основным конкурентам – «Скудерия» вновь стала выглядеть как топ-команда. Именно в этот период за них выступал Найджел Мэнселл. Отдельно стоит сказать о том, что англичанин стал последним пилотом, которого в команду выбрал лично Коммендаторе.

Сменив коллектив и получив новый вызов, наш герой победил в первом же Гран-при, в Бразилии, на новой Ferrari 640. Это был ошеломительный успех, но сам Найдж еле смог подняться на подиум. Он долго сидел, попросту не имея сил выйти для получения заветного кубка, а потом уже с шампанским в руках буквально рухнул на подиуме. Спасибо коллегам, которые вовремя подхватили его под руки.

Новый автомобиль Ferrari, оснащенный революционной полуавтоматической коробкой передач, был спесив. Закончить гонку удавалось крайне редко, но если уж Мэнселл добирался до финиша, то никак не ниже третьего места.

На тестах перед сезоном мы с Бергером не могли проехать и пяти кругов: машина постоянно ломалась, а коробка срабатывала не вовремя, что меня лично сильно пугало. Многие спрашивали, как мне удалось победить в Рио. Честно, не знаю. Все тренировки мы закончили с поломками. После старта я ехал и представлял, как тифози обрушатся на меня с критикой, ведь машина скоро сломается. Потом я оказался третьим и ругался на Ferrari: «Не смей меня вывозить на третье место, а потом ломаться!» А когда вышел в лидеры, впервые кричал на свою машину: «Долбаное ты корыто, не вздумай бросать меня сейчас, продолжай… продолжай!» Но в одном из поворотов я заметил, что болид едет сам по себе, а рулевое колесо просто болтается у меня в руках. Пришлось заезжать в боксы и менять руль. После чего наш разговор с машиной продолжился… я уже не кричал, а просто умолял: «Не подведи, родненькая, держись, еще немного».

На этом подвиги не закончились. В Венгрии, стартовав с 12-й позиции, Мэнселл смог одержать замечательную победу, опередив на финише Сенну. Интересно, что в качестве составляющей своего коварного обгонного плана Большой Найдж использовал отставший на круг болид Стефана Йохансона.

Но, как и всегда, с нашим доктором Ватсоном случались и откровенно дурацкие истории – например, черный флаг из-за движения по пит-лейну задним ходом. Случай сам по себе редчайший, способный произойти, пожалуй, только с Мэнселлом.

В то же время итальянским болельщикам, которые неистово «топили» за «Скудерию» и далеко не каждого пилота принимали за своего, Мэнселл пришелся по душе. Именно в 1989-м в истории «Формулы-1» появилось очередное прозвище – Британский Лев.

И вот, казалось бы, новенький болид, прогресс, который явно указывал на возможность бороться за титул, очередной пик формы замечательного пилота, но… как и раньше, Мэнселл становится вторым номером при очередном великом чемпионе Алене Просте.

Руководству Ferrari можно было только позавидовать: в 1990 году в ее составе были два опытных бойца, истинные корифеи гонок: трехкратный чемпион мира Ален Прост и Найджел Мэнселл, имевший к своим 36 годам 16 побед в 149 стартах. Поэтому для многих настоящим громом среди ясного неба прозвучало заявление Льва Найджа об уходе из команды и из гонок вообще. Оно было сделано 15 июля на традиционной встрече с журналистами и болельщиками сразу после восьмого этапа, проходившего в Сильверстоуне.

Прост всегда был политиком, а политики действуют только в собственных интересах. Он все организовал в команде так, чтобы работа велась в его пользу. Меня это сильно расстраивало. А когда в Сильверстоуне он заявил, что моя машина нравится ему больше, и команда отдала ее Алену, наступил предел. Я был вторым номером при Росберге, затем при Пике, теперь вот Ален Прост… Помните, когда Элио де Анджелис погиб, я решил, что буду продолжать, только если смогу бороться за чемпионство? Это чувство теперь было более актуальным, чем когда-либо. Я заслуживал хотя бы возможности бороться за титул, но понимал, что мне не дадут этого сделать. А в Сильверстоуне меня просто опозорили перед собственными болельщиками.

Не особенно вдаваясь в подробности, Мэнселл объяснил свое решение тем, что на его уходе якобы настаивает жена Розанна, часто упрекавшая мужа в долгих отсутствиях и вынужденных разлуках. Заявление Найджела прозвучало настолько твердо и убежденно, что на следующий день сенсационная новость попала на первые полосы всех крупнейших британских газет. Однако правдой оказалась лишь первая часть угрожающего высказывания – Мэнселл в самом деле вынужден был уйти из Ferrari, но, как вскоре выяснилось, лишь для того, чтобы вновь вернуться в Williams. Истинные причины, думается, крылись именно в том, что двум медведям всегда непросто ужиться в одной берлоге, и рано или поздно кто-то из них, не выдержав конкуренции, вынужденно покидает удобное логово.

Поначалу между Аленом Простом и Найджелом Мэнселлом сложились дружеские отношения, но им не суждено было продлиться долго. Черная кошка впервые пробежала между гонщиками, когда на любезное приглашение простодушного англичанина провести вместе уик-энд за игрой в гольф в его загородной резиденции легендарный француз не слишком вежливо съязвил, что, мол, пока один (то есть он) в поте лица вкалывает от рассвета до заката на тестовой трассе, другой, едва закончив квалификационный заезд, тотчас же мчится к ближайшему гольф-клубу. Вскоре уязвленный Мэнселл публично охарактеризовал напарника по команде как человека «безжалостного» и «жестокого». Прост в ответ обвинил умудренного опытом партнера в «элементарном непрофессионализме». Сор был вынесен из избы и мгновенно разнесен по всему белу свету неутомимой журналистской братией. Всем стало ясно, что оргвыводы последуют неизбежно, и Ferrari следующий сезон начнет в новом составе.

Был и еще один момент: Фрэнк Уильямс предлагал контракт Жану Алези, совсем юному пилоту, мгновенно ставшему звездой после яркого дебюта. Мэнселл действительно мог остаться не у дел, но француз в процессе переговоров, психанул и подписал давно уже хранившийся у него контракт с Ferrari, собственноручно освободив дорожку Мэнселлу к практически верному чемпионству за рулем Williams с активной подвеской, автоматической коробкой и непобедимым 10-цилиндровым двигателем Renault. (Подробнее об этой истории мы расскажем в главе 3.)

В сезоне-1991 машина оказалась недостаточно надежна, однако свои пять побед Мэнселл заработал честно. Это позволило ему единолично бороться с Сенной за победу.

Бразильский Волшебник, что называется, тащил на таланте, хотя и болид, и двигатель вполне позволяли ему конкурировать с Williams. А вот сам Найджел иногда давал сбой, как например, в Канаде, где он начал радоваться победе раньше времени и якобы заглушил двигатель.

В 1991-м машина была еще не столь надежна. Многие обвиняют меня в том, что я допустил ошибку и сам заглушил двигатель, но на самом деле коробка переключилась на нейтральную передачу без моего желания, и я уже ничего не мог сделать.

Зато Мэнселлу удалось в очередной раз красиво победить на родине. Весь мир облетели знаменитые кадры того, как два конкурента за чемпионство едут на одном автомобиле – золотые страницы истории «Формулы-1».