Виталий Храмов – Наследие (страница 50)

– Нам помогли, – ответил Марк. Его сумеречный голос был совсем другим. Голосом совсем другого человека. Или – не человека.

– Это понятно, продолжай.

– Так, давай прикинем силы наших сторонников. Вольных или невольных. Но это другой вопрос. Самое очевидное – маги. Не думаю, что иерархи университета, но общность магов я могу отследить. Умозрительно. Как говорил Старый – среднее звено управления.

– Так, – кивнул Ястреб, вернувшись к своему занятию – скидыванию всех останков в одну кучу.

– И не только маги. Отпрыски знати. В университете образовалась какая-то общность, в замыслы которой мы и попали. Безусловно – Престол Триединого. Их равнодушная позиция в данном случае – знак горячего одобрения.

– Потому что Светлый Престол – не един. Там слишком много противоречий накопилось. Слишком. Много. Взаимоисключающих, – добавил Ястреб.

– Власть. Стража, войско бездействовали. Тайные службы… нет, они не бездействовали. Мышь! Его люди!

– Да. Мышки. И Пташки Пятого. Именно поэтому Мышь и Пятый попали под удар. Я тебе рассказывал, как погибли Мышь и Рулевой?

– Да, я помню. Получается, что его организация не разрушилась, обезглавленная.

– Это старое противоречие, – вздохнул Ястреб, выпрямляясь, – почти философское. Кто-то считает, что хороший руководитель – тот, кто все держит под своим контролем. Такая связанность организации – быстрая, управляемая и надежная. Уязвимость ее – как раз – голова. Есть другие руководители. Они строят другое образование. Рыхлое, аморфное, слабосвязанное. И потому слабо управляемое, с большой долей самоорганизации. Но невероятно живучая. У такой общности нет главы. Одним ударом ее не разрушить. Ее и заметить-то сложно.

– Пауки, – кивнул Марк. – Связанность их прислужников очень сложно заметить.

– А – Красная Звезда? Не на таком ли принципе замутил ее Старый? Это Петля из нее обратно гильдию охотников лепит. И Птахи с Мышками настолько привыкли работать в отрыве от руководства, привыкли к самодостаточности, что продолжили работать даже без Мыша и Бруски. Так-то!

– Но тут другие риски… – возразил Марк.

– А как иначе? Другая ступень – другие риски, – пожал плечами Ястреб.

– Вот почему ты гоняешь меня Уроком, – улыбнулся Марк.

– Императора играет его свита. Мне нужна очень хорошая свита. Не отвлекайся. Поехали дальше!

– Тайные службы, часть вельмож, молодая поросль знати, средняя ступень магов, – перечислил Марк, – кто еще? Армия? Погоди, погоди!

Марк подозрительно уставился на Ястреба:

– Ты же был с императором и Учителем! Когда разрушили монолит Пауков! Но ты же уже по уши погряз в Уроке навозно-грязевом. Где, мать твою, император?!

Ястреб пожал плечами:

– Ну, а я – о чем? Тупой! Да, император. Кто еще?

Марк молчал, думая.

– Никак? – спросил Ястреб. – Кого ты встретил со мной вместе?

– Инквизиция? – Марк отшатнулся, его сумрак побежал крутиться более активными оборотами.

– Едва я объявил, что являюсь властителем Журчи, тут же явился этот безумец. То, что он бывший инквизитор, я уже сам вычислил. Так что будем считать и их тоже. Хотя подозреваю, что «Их» – слишком громкое звание. А теперь, Марк, следующий вопрос: за каким хреном? Вопрос «как» будем разбирать отдельно, много позднее, всем составом.

– Не знаю, – пожал плечами Марк, – но я подумаю. Понятно, что мы с тобой не могли бы поднять такую волну. Значит, была проведена очень большая работа. А учитывая масштаб – очень-очень большая! Огромный город, столько различных, взаимосвязанных и взаимоисключающих интересов. Привести их всех к одинаковому знаменателю – непросто. Но это было сделано. А мы с тобой – та искра, что подожгла бочку с маслом. Но масло подогрели, поставили в нужное место, причем в нужное время. М-да!

– Зачем?

– Да не знаю я! Дай подумать! Пойду от обратного. Чего получилось-то? От него найдем «что хотели?». Потом – «кому выгодно». Так узнаем цели и планы, если уж мы знаем, кому все это надо.

– И что получилось? – усмехнулся Ястреб.

– Бардак! – воскликнул Марк. – Массовая бойня все против всех!

– Оставь эмоции! Ты же – Темный! Тебе не к лицу. Да и когда вопрос стоит о жизнях сотен и сотен тысяч человек, судьба нескольких сотен, а даже и тысяч – приемлемая цена, как бы жестоко это ни звучало. Слушай, у тебя, случаем, лопаты нет?

Марк, поднеся руку к Мешку, пожелал, и в его руках появились лопата и кирка. Но Марк, казалось, даже не заметил этого действия своего, в задумчивости. Ястреб начал долбить землю, твердую, как черепица, киркой, слушая размышления Марка.

– Я так понимаю. Помню, Император еще тогда замутил сценарий «Спартака» с тобой в роли главного терпилы. Мы это разбирали. Но ты сбежал. А значит, цели этого плана не были достигнуты. А какие цели? Пустить кровь знати в бессмысленных распрях? Глупо. Проявить недругов и бесполезных, но значимых людей – похоже на правду. И пустить их всех под нож. Но, как по мне, если не убрать причину появления недругов и прочих «лишних», они так и будут появляться.

– Если причина противоречий вообще устранима, а не является неотъемлемой частью системы. Глубоко копнул, дружище! Чуть всплыви. С той глубиной будем разбираться чуть позже, – пропыхтел Ястреб.

– Ага. Значит – надо осветить темные мыслишки знати. Понять, кто свой, а кто – навоз. Но этот бунт в Столице более сложен.

– Ну, так и мы – подросли, – сказал Ястреб, выпрямившись, – Почему ты думаешь, что воздействие Пауков на Мир было только на нас? И все остальные тоже усложнили свои помыслы, не только мы. Планы обрели больше граней. Да и глубина возросла. В этом плане, частично, решалась как раз задача, что ты озвучил. Дети вельмож уже наши. И это огромное достижение. А теперь они проснулись, вкусили крови, осознали свою общность, увидели угрозу.

Ястребу, видимо, надоело слушать «поток сознания» Марка, ждать его, он стал говорить сам:

– Наставник это называл «Резонанс» и «Встречный пал». Ну, резонанс… ты и так знаешь. Про крик в скалах ты уже понял. А вот встречный пожар понять сложнее. У нас нет такой проблемы – горящие леса. Скверные леса слишком влажные. Остальные леса берегут. Да и сколько этих лесов? А вот в мире Старых – леса повсюду. И когда горящий лес грозит спалить город, навстречу пожару пускают свой пожар. От города… Управляемый… И когда лесной пожар встречает этот рукотворный, они гасят друг друга. Нечему больше гореть. Марк, не смотри на меня так! Не я это придумал! Мы с тобой – лишь катализатор этого всего. Что такое катализатор, знаешь?

– Знаю. Ускоряет реакцию, сам в ней не участвуя.

– Вот. Не мой план – выжечь все лишнее в Столице. И слава старым богам, что не моя это боль! И упаси боги от такого решения и выбора!

– Ну, владыка, Урок принят?

– Если скажешь, кого ждем.

– Инквизицию? – закричал Марк, вскакивая.

– Урок засчитан, – кивнул Ястреб, опять вгрызаясь в твердь земли своей киркой, – нам нужен тот разумник. А он у них.

– Думаешь? – Марк передернул плечами.

– Ну, никто из университета не видел этого мага с того дня. Мы же с тобой вчера спрашивали учащихся? А я о чем? А кто тогда, в вашем эпическом подвиге паукоборцев, шел по вашим пятам и подчищал ваши хвосты? А? То-то!

Марк хоть и порозовел, а глаза вновь просветлели, поголубели, но это темное завихрение воздуха вокруг него еще не развеялось. Марк достал совершенно новую, блестящую лопату, стал отгребать в сторону выкорчеванные Ястребом куски земли. Звереныш, пригревшись на разогретом светилом камне, дремал, завернутый в свой хвост, изредка посматривая на работающих одним глазом.

– А ловко ты, – усмехнулся Ястреб, – хвались, чего еще наворовал!

– А что сразу наворовал? Если мне надо, тебе надо, а продавца нет? Как мне купить? Я бы и заплатил, только – кому?

Ястреб рассмеялся, вытирая платком лицо и шею.

– А как ты так делал, что никто не заметил? – спросил он.

– Вот так! – лопата исчезла из рук Марка, потом появилась опять.

– Так это ты устроил ту шутку на причале! Ха-ха! А я думал – магия! – рассмеялся Ястреб.

– Но это – тоже магия! Другая, непонятная, допотопная, но – магия.

– Я сразу тебя заподозрил, но вижу никто не рюхнулся. Там было много магов, они бы сразу занервничали, как в Зале, увидев твою натуру. Но вижу – только ржач лошадиный стоит, решил, что кто-то другой шалит. Как тогда морячки в воду попадали?! Сидели, запершись в трюмах, бах – в воде плескаются! А баржи нет! Ха-ха! Что там хоть в ней?

– Зерно, мука, крупы.

– Нормально. Целая баржа хлеба! Как только влезла?

– С трудом. Говорю же – давит. Я же пьяный был. Думаю, влезет эта громадина али – нет? И при этом ты видел, что в реку упали весла, снасти, руль, еще какие-то бревна? Я не моряк, не знаю, как они именуются. Все это выходило за размеры Мешка, отрезало. И не думаю, что она теперь вообще поплывет.

– А люди почему в воде оказались, если они внутри были?

– Живых в Мешок нельзя переместить. Не получается.

– А мертвых?

– Запросто. Я тут тело Воина Тьмы в Мешок прятал, как запас Силы.

– А нежить? Бродягу?

– Не пробовал. А зачем? – удивился Марк.

– Не знаю, – пожал плечами Ястреб, – а вдруг?